Загадки Древней Руси - Игорь Прокопенко

Члены трибунала заняли свои места, и вот в зал ввели подсудимого. Он высокого роста, худощавого телосложения, в монгольском потрепанном халате, с Георгиевским крестом на груди. Трудно представить, что этого, на первый взгляд, тихого и невзрачного человека с потухшими глазами большевики обвиняют в массовых убийствах, шпионаже и попытках реставрировать монархию в России. На вопросы обвинителя подсудимый отвечает спокойно и искренне, лишь изредка повторяя одни и те же слова о том, что им двигала судьба и таково его предназначение. На лице белого генерала нет никаких эмоций, только усталость… Такими были последние часы жизни самой загадочной и неординарной фигуры времен Гражданской войны, легендарного барона Романа Федоровича фон Унгерна-Штернберга.

Русский белый генерал барон Роман фон Унгерн-Штернберг

1917 год. Россия, изможденная Первой мировой войной, больше не в состоянии обеспечивать армию. Недовольство политикой самодержавия растет, народное движение набирает силу. К власти приходит Временное правительство. По его распоряжению в Забайкалье отправляется казачий атаман Григорий Семенов. На Дальнем Востоке он должен сформировать добровольческие военные части, в которые будут входить монголы и буряты. Вместе с Семеновым едет и его старый приятель — войсковой старшина барон Унгерн фон Штернберг. Когда до места назначения остается несколько дней пути, Семенов получает срочную телеграмму: Временное правительство свергнуто, власть захватили большевики. Понимая, что со стороны новой власти начнутся яростные попытки уничтожить своих врагов, атаман Семенов и барон Унгерн в спешном порядке собирают силы и укрепляют свои позиции.

Атаман Семенов стал атаманом забайкальского казачьего войска и практически правителем Забайкальской области с весны 1918 года. А Унгерн был назначен командиром Азиатской дивизии, которая квартировала на станции Даурия, где он служил еще перед революцией. И это место стало его забайкальской «столицей».

Унгерн становится полновластным хозяином станицы Даурия. Любой, кто подозревается в пособничестве красным, жестоко карается. Унгерн — ярый монархист, он винит большевиков в свержении царя Николая и распространении хаоса. Всех, кто разделяет революционные взгляды, он считает своими личными врагами и люто ненавидит. В своей ненависти барон буквально одержим.

С горсткой преданных солдат Унгерн разоружает пробольшевистские воинские части в Забайкалье, применяя нередко и военные хитрости. Так, однажды накрытое брезентом бревно он выдает за пушку, и перепуганный противник сдается без боя. Захватывая оружие и боеприпасы, барон стремится к одной цели — создать свою мощную армию для борьбы с большевиками. Очень скоро Унгерну это удается: он формирует многонациональную дивизию, которая получает название Азиатская.

Формировалась она очень просто — по казачьему принципу. Казак должен был приходить со своим конем, со своей саблей, со своим ружьем, со своим обмундированием. Вот так казаки и собирались под его знамена.

Здесь были русские, монголы, буряты, татары. Под своим началом белый генерал объединяет всех тех, кто разделяет его фанатичную борьбу за восстановление монархии, и тех, кому все равно, под чьим знаменем воевать. Фактически Унгерн создает полноценное вооруженное формирование, которое подчиняется не Семенову, а лично ему. Между двумя военными товарищами давно нет согласия, и под нарастающей волной красного движения атаман Семенов отступает на Дальний Восток, а барон Унгерн со своей дивизией устремляется в Монголию. Единство Белого движения и его задачи теперь барона мало интересуют. С этих пор он больше не подчиняется никому. Встав во главе собственной армии, он с ее помощью решает осуществить собственные грандиозные планы и мечты.

Унгерн считал, что с Монголии начнется переустройство мира, что Монголия — это единственная в мире страна, не испорченная разлагающим влиянием Запада. Он мечтал создать 100-тысячную монгольскую армию и даже, по рассказам некоторых мемуаристов, с этой монгольской армией дойти до берегов Португалии. Монголы стремились дойти до последнего моря — это берега Атлантического океана.

Из сохранившихся писем барона своим потенциальным союзникам становится ясно — первым делом он планирует освободить Монголию от китайской оккупации и вернуть на трон монгольского монарха. Заручившись поддержкой армии, Унгерн планирует выступить в Поднебесную, разбить правящий режим и восстановить правление династии Цинь.

Именно Монголия и Китай должны были стать основой великой срединной империи. Унгерн мечтает, что войско ЕГО империи под личным командованием, подобно полчищам Чингисхана, двинется на запад с одной лишь целью — истребить мировое зло, порожденное революциями, и вернуть власть законным владельцам — монархам. Этой идее суждено будет стать одной из самых кровавых утопий XX века. Она будет стоить жизни тысячам людей, которые окажутся брошены в мясорубку унгерновской священной войны.

Баянзурх — небольшой горный хребет, который примыкает к Улан-Батору со стороны реки Тола. Это место было на пути движения отрядов белогвардейцев и их союзников-монголов, которые находились под командованием барона Унгерна. Именно здесь проходил один из отрядов унгерновцев при первой попытке взять Ургу, столицу Монголии, 16–18 октября 1920 года.

Улан-Батор — столица современного независимого государства Монголии. В начале XX века этот город назывался Урга. И тогда он был столицей всего лишь автономной области, принадлежавшей Китаю. Здесь почти сто лет назад развернулись масштабные сражения между дивизией Унгерна и китайскими войсками, которые, по мнению историков, изменили геополитическую ситуацию в Восточной Азии.

Китайские войска под командованием генерала Сюй Шучжэна в 1919 году вторглись в Монголию, при этом нарушив Тройственное соглашение между Россией, Монголией и Китаем об автономии Монголии, согласно которому китайские войска не могли сюда входить. Но они вошли, и по заданию китайского правительства — партии Аньхо Сюй Шучжэн стал проводить активную колонизационную политику, то есть политику превращения Монголии в полноценную китайскую провинцию.

Повлиять на ситуацию Россия не могла — царский режим был свергнут, а новое правительство большевиков было больше занято борьбой с внутренними врагами. Белые генералы стремились соблюдать условия Тройственного соглашения и не вводить свои войска на территорию Монголии, к тому же им нужно было противостоять красным у себя дома, в России. В этих условиях барон Унгерн вошел в Монголию со своим войском, не подчиняясь ничьим приказам.

Его дивизия временно была преобразована в партизанский отряд, и он перестал подчиняться Семенову. Здесь, в Монголии, была восстановлена дивизия. Кроме того, что более существенно, — это был его собственный план, и когда Унгерн приступил к боевым действиям против китайцев, он уже не оглядывался ни на кого: ни на Семенова, ни на представителей белых в Китае.

Позже историки будут сравнивать барона Унгерна с Гитлером и Александром Македонским, со Сталиным и Наполеоном. С императором Франции у белого генерала действительно было нечто общее — комплексы. И это не тот известный комплекс низкорослого человека — высокому Унгерну он не грозил. Скорее речь шла о неких психологических чертах, свойственных и Бонапарту, и Унгерну. По сведениям биографов тот и другой были из небогатой дворянской семьи, оба не закончили высшего престижного заведения, оба старались своей отвагой заслужить себе уважение и имя. Унгерн был героем Первой мировой войны, но он был одним из многих, а ему хотелось быть великим, чтобы его имя помнили через века.