Сердце йоги. Принципы построения индивидуальной практики. «Йога-сутры» Патанджали. «Йоганджалисара» Шри Кришнамачарья - Т. К. В. Дешикачар Дешикачар

В: Сохраняются ли в дхьяне индивидуальные качества медитирующего и объект медитации?

– Да. В дхьяне есть ощущение, что «я» пребывает в состоянии медитации. Самосознание сохраняется. Многие люди используют слово «дхьяна», чтобы охарактеризовать человека, близкого к состоянию «самадхи», как если бы в дхьяне был только объект. Но нам следует рассматривать эти три состояния как три ступени или три этапа. Сначала идет дхарана, когда мы концентрируемся на выбранном объекте и закрываемся от внешних раздражителей, за ней следует дхьяна, связь или установление отношений между «я» и объектом, и наконец, на последнем этапе происходит самадхи, когда мы так глубоко погружаемся в объект, что чувство «я» исчезает.

В: Сохраняет ли объект нашего внимания свои отличительные свойства во время самадхи?

– Конечно. Объект не медитирует – медитируем мы. Объект может измениться, как и любая другая вещь, но это не будет результатом самадхи. С другой стороны, один и тот же объект может вызывать у разных людей совершенно разные ощущения. Допустим, мы решили подумать о концепции Ишвары. Мы много прочитали на эту тему и начинаем подробное исследование. Чем дальше мы продвигаемся, тем больше понимаем. Это происходит не потому, что Ишвара меняется, а потому что углубляется наше понимание. Мы не вызываем изменений в объекте нашего исследования, мы не властны над ним. Меняется только наше понимание объекта, потому что ум становится чище и мы получаем возможность видеть то, что раньше было от нас скрыто.

Приведу еще один пример. Исследовать природу гнева – это дхьяна, но находиться в разгневанном состоянии – это не дхьяна. Все классические тексты уделяют большое внимание тому, что же в действительности происходит в состоянии самадхи. В санскрите есть слово «праджня», которое переводится как «очень ясное понимание». Древние тексты говорят, что в самадхи превалирует рита-праджня, то есть все, что мы видим, – истина. Это означает, что в самадхи мы достигаем истинного понимания сути объекта, пусть даже этим объектом является гнев. Мы можем видеть, откуда он появляется, как он развивается и какие плоды он приносит. Но если мы оказываемся во власти гнева, то теряем в нем себя. В этом состоянии ум полностью окутан авидьей, в то время как в самадхи ум абсолютно свободен от авидьи. Поэтому в состоянии «самадхи» мы можем видеть вещи, которые прежде были от нас скрыты. Переживание самадхи проявляется не в сидении со скрещенными ногами и закрытыми глазами с многозначительным выражением на лице. Мы узнаём, что переживаем самадхи, когда обретаем возможность видеть и понимать вещи, которые не видели и не понимали раньше.

В: Говорят, что в йоге мы должны распознать различие между пурушей и пракрити. А теперь вы говорите о самадхи как о состоянии, где нет дистанции между субъектом и объектом. Как связаны друг с другом эти две концепции?

– Дистанция исчезает, потому что происходит наблюдение. Я сказал, что мы видим и узнаём что-то, прежде от нас скрытое. Например, когда мы смотрим в зеркало, мы видим там себя. Но это не настоящие мы, а только наше отражение. Хотя кажется, что отражение в зеркале и мы сами – одно и то же, мы в состоянии отличить их друг от друга. Когда мы смотрим в зеркало, мы не можем убрать оттуда отражение нашего лица, пока не отвернемся. Это то, о чем говорится как о слиянии видимого с видящим. Это также предполагает исчезновение всего, что находится между ними. Как я уже говорил, пуруша видит объект через ум.

Если ум чем-то окрашен, мы не сможем видеть ясно. Если ум очень чист, это почти то же, что отсутствие промежуточной среды. Мы видим объект точно таким, какой он есть. Проблемы, с которыми нам приходится сталкиваться в жизни, основаны на осевших в нашем уме последствиях наших поступков, то есть проблемы возникают из наших санскар. Мы не можем отличить загрязненное изображение в своем уме от реального объекта. Например, иногда я говорю: «Да, я понимаю», – а через пять минут добавляю: «Но мне это не совсем ясно». То же самое «я», которое думало, что понимает, теперь говорит, что не понимает. В самадхи «я» почти не существует, путаница в уме исчезает. Но мы можем понять это до конца, только испытав на собственном опыте.

В: Может ли ученик, который начинает переживать все эти состояния, заниматься один или он должен обратиться за помощью к учителю?

– Как и в любой другой ситуации, небольшой совет всегда полезен. Теоретически все кажется очень простым, но на практике есть много сложностей. Например, что вам выбрать в качестве объекта и с чего начать – как на нем сконцентрироваться? Поскольку мы все находимся в разных исходных условиях, будет лучше, если вы найдете человека (которого уважаете и с которым вам легко общаться), способного направлять вас. Учитель помогает вам, потому что он может наблюдать за вами. Во времена написания «Йога-сутр» было само собой разумеющимся, что ученики приходили к учителю, поэтому в текстах нет об этом специальных упоминаний. Изначально йога передавалась изустно, записи были сделаны намного позже. Ученики жили со своими учителями, пока не узнавали их как следует. Я считаю, что лучше всего проходить индивидуальное обучение.

В: Может ли дхьяна возникнуть при выполнении асан? Можем ли мы использовать тело в качестве объекта и позволять взаимодействию между умом и телом перерасти в дхьяну?

– Да. Этому посвящена третья часть «Йога-сутр». Если объект вашей медитации – Полярная звезда, вы можете постичь движение всех звезд, а если вы медитируете на пупочную чакру, то можете добиться понимания всего тела^[44]. Тело, несомненно, может быть объектом медитации. Это позволит лучше понять его. А если вы используете в качестве объекта медитации дыхание, вы будете лучше понимать дыхание.

В: Тогда можем ли мы достичь самадхи, занимаясь асанами?

Не будет ли это мешать выполнению движений?

– Разве во время выполнения асан у нас нет всех необходимых элементов – ума, объекта и их взаимодействия? В чем тогда проблема? Единственная разница в том, что во время выполнения асан наше внимание концентрируется на другом. Например, если мы хотим прочувствовать поворот, все, что нам нужно, – это полностью сфокусировать на нем свое внимание. Тогда мы поймем, что такое поворот. Когда мы выполняем асаны, у нас есть много объектов, подходящих для дхьяны. Это может быть вся идея асаны или ее отдельный элемент, например поворот, течение дыхания или что-нибудь еще. То, что мы видим в дхьяне, зависит от выбора объекта. Мы часто находим рекомендации относительно того, куда в зависимости от цели нашей медитации следует направить внимание. Именно поэтому в Индии так много богов. Глядя на улыбающегося Вишну, мы испытываем определенные чувства. Совсем иные эмоции вызывает у нас вид могущественной богини Дурги. Когда мы смотрим на добрую богиню Шакти, это снова пробуждает в нас другие ощущения. Конкретный объект медитации, который мы выбираем, оказывает влияние на наше понимание.