Самураи. Путь воли и меча - Такуан Сохо

Фудо Ме-о^[91] сжимает рукоять меча правой рукой и держит веревку в левой. Он скалит зубы, а глаза у него пылают от гнева. Его грозный облик возвышается над миром. Он готов сокрушить всех врагов буддийского Закона. От его возмездия нет спасения нигде. Он является защитником буддизма и воплощает в себе непоколебимую мудрость. Вот каким он предстает взору живых существ.

Внешний вид Фудо Ме-о нагоняет страх на обычных людей, после чего они не могут даже в мыслях представить себя врагами буддизма. Человек, близкий к просветлению, понимает, что внешний вид этого существа устраняет иллюзии и символизирует непоколебимую мудрость. Злые духи не властны над человеком, который проявляет непоколебимую мудрость и физически практикует то, что воплощает в себе Фудо Ме-о. Вот в чем послание Фудо Ме-о.

Считается, что Фудо Ме-о олицетворяет непоколебимый ум и несокрушимое тело. Несокрушимое означает такое тело, для которого нет препятствий.

Видеть перед собой что-то и не позволять вниманию фокусироваться на нем – вот что такое непоколебимость. Ведь как только ум остановился, рождаются мысли, и в сознании воцаряется хаос. Когда хаос рассеивается и мысли исчезают, остановившийся ум снова приходит в движение, но при этом пребывает в покое.

Если десять человек, вооруженных мечами, приблизятся к вам, размахивая своим оружием, и вы по очереди отразите каждый меч, не позволяя уму остановиться ни на одном из противников, ваши действия будут безупречными от начала и до конца.

Хотя вы при этом действуете десять раз против десяти человек, ваше внимание не задерживается ни на одном из них. Если при этом вы уверенно отражаете один за другим удары ваших противников, разве вас можно в чем-то упрекнуть?

Но, предположим, ваш ум остановился на одном из нападающих. В этом случае, даже если вам удастся парировать удар его меча, когда приблизится следующий противник, вы будете скованы и не сможете совершить безупречное действие.

Принимая во внимание, что у бодхисаттвы по имени Каннон^[92] тысяча рук и только одно тело, если ум этого существа остановится на одной из рук, например, той, которая держит лук, остальные девятьсот девяносто девять окажутся бесполезными. Каждая из рук выполняет свою функцию лишь потому, что ум не задерживается ни в одном месте.

Почему у этого существа одно тело и целая тысяча рук? Такая форма выбрана, чтобы показать, что если непоколебимая мудрость пробуждена и проявляется в действиях, даже если тело имеет тысячу рук, каждая из них будет работать надлежащим образом.

Если вы сосредоточите внимание только на одном из листьев дерева, которое вы видите перед собой, вы не увидите всех остальных. Если же ваш глаз не привязан ни к одному конкретному листу, и кроме этого дерева ничто не занимает ваш ум, вы будете видеть все листья сразу, сколько бы их ни было. Если же ваш взгляд прикован к одному листу, других листьев словно вообще не существует.

Человек, который это постиг, не отличается от бодхисаттвы по имени Каннон с тысячей рук и тысячей глаз.

Обычный человек просто верит в то, что бодхисаттва блажен, потому что от рождения наделен тысячей рук и тысячей глаз. Человек половинчатой мудрости, удивляясь, как у существа может быть тысяча глаз, назовет это ложью и станет жертвой заблуждений. Но если человек обладает более глубоким пониманием, его вера будет основываться на знании этого принципа, и у него не будет нужды в простой вере неуча или в заблуждении того, кто облечен знанием. Он понимает, что в этом проявляется самая суть буддийского учения.

Такова суть всех религий. Я имел возможность убедиться, что больше всего это справедливо в отношении религии синто.

Обычный человек мыслит поверхностно. Человек, выступающий против буддизма, вообще заблуждается.

Религии различны, но в своих самых сокровенных проявлениях все они сводятся к единому пониманию.

Если в результате практики учения человек проходит весь путь от убеждений начинающего до непоколебимой мудрости, он при этом словно возвращается в исходную точку, на уровень начинающего. Это также имеет обоснование.

Здесь мы снова можем говорить в терминах вашего боевого искусства. Когда начинающий не знает ничего о положении тела и движении меча, у него также нет представлений о том, к чему его ум может привязаться. Если в таком состоянии начинающему нанести удар мечом, его ум просто не успеет ни на чем остановиться.

Ядзама Синроку Мицукадзэ со знаменем, на котором написано его посмертное имя, Сякусо Тэйсинси. Утагава Куниёси. XIX в.

Когда же человек изучил какую-то технику и знает, что такое правильная стойка, как нужно держать меч и на что нужно направлять ум, его ум останавливается во многих местах. При этом, прежде чем нанести противнику удар, он должен многократно все взвесить. Но позже, после многих лет усердной практики, ни положение тела, ни движение меча больше не занимают его внимания. Его ум становится таким, каким он был в самом начале, когда этот человек еще не владел техникой и должен был изучать все элементы один за другим.

Таким образом, мы приходим к выводу, что конец во многом подобен началу. Подобно этому можно считать от единицы до десяти, а затем начинать счет заново. В результате числа первое и последнее оказываются соседними.

В других случаях, например, при исполнении музыкальной гаммы, когда человек переходит от последней ноты снова к первой^[93], низшее и высшее также идут одно за другим.

Мы говорим, что высшее и низшее подобны друг другу. Буддизм, когда вы постигаете его глубины, возвращает вас к состоянию, в котором вы были, когда не знали ни о Будде, ни о буддийском Законе. В нем нет ни поэтичных высказываний, ни мудрых изречений, которыми можно привлечь внимание людей.

Неведение и суровые испытания в начале практики, а также спокойствие и непоколебимая мудрость в конце сливаются в одно. На уровне непоколебимой мудрости нужды в мыслящем разуме больше нет, и человек погружается в состояние не-сознания-не-мысли. Когда он достигает глубочайшей точки, руки, ноги и тело знают, что нужно делать, но ум не имеет к этому никакого отношения.