Бумеранг. Как из развитой страны превратиться в страну третьего мира - Майкл Льюис

ПОСЛЕ ЧАСОВОГО ПРИСУТСТВИЯ на еженедельном собрании Городского совета Сан-Хосе я почувствовал, что мне тоже хочется решать глобальные вопросы. Сотня граждан зевает и пишет SMS-сообщения, пока подводятся итоги Национальной недели сельскохозяйственного рынка; несколько человек, которые вроде бы обращали внимание на происходящее, поднимаются и уходят после присуждения наград. Совет напоминает, что 7 августа отмечается День памяти ассирийских мучеников, и «чтит память об убийстве 3000 людей в августе 1933 г. и отмечает 2000-летие преследования ассирийских христиан». Человек 30 переключают внимание с мобильников на торжественный момент, но затем тоже уходят из палаты. И лишь небольшая горстка остается слушать управляющего городом Сан-Хосе, который докладывает безрадостные финансовые новости: штат Калифорния забирает на десятки миллионов долларов больше, и «140 лиц наемного труда удалились из города». (Новые времена требуют новых эвфемизмов.) Исследователь общественного мнения сообщает, что как бы ни формулировался вопрос, результат один: граждане Сан-Хосе не проголосуют за повышение налогов. Поднимается статистик и объясняет, что доходность вложений в пенсионный план города никоим образом не приближается к предполагаемой цифре. Для начала, помимо того, что суммы для этой конкретной цели не хватает, эта сумма не увеличивается теми темпами, на которые все рассчитывали, и поэтому разрыв между тем, на что имеют право работники города, и тем, что имеется, даже больше, чем ранее предполагалось. Затем совет голосует за то, чтобы на шесть недель отложить голосование по вопросу объявления «чрезвычайного положения» в городском бюджете и предоставления мэру Чаку Риду новых полномочий.

После каждого предложения тучный человек, не столько одетый в голубой джинсовый комбинезон, сколько окутанный им, не упускает своего права быть выслушанным в течение пяти минут по каждой теме: снова и снова встает из первого ряда мест для публики, идет вразвалку к трибуне и выдает очередную замысловатую и недоступную пониманию критику. «Абсолютное снижение уровня компетентности правительства демонстрируется произошедшим сегодня…»

Связь между людьми и их деньгами в Калифорнии такова, что можно взять наугад любой город и обнаружить там кризис. Среди американских городов Сан-Хосе имеет самый высокий после Нью-Йорка доход на душу населения. У него самый высокий кредитный рейтинг среди городов Калифорнии с населением свыше 250 000 человек. Он является одним из немногих городов Америки, облигациям которого агентства Moody’s и Standard & Poor’s присвоили рейтинг ААА, но лишь благодаря тому, что держатели облигаций имеют право заставить город обложить владельцев недвижимости налогом для погашения облигации. Сам же город совсем недалек от банкротства.

Вечером я встречаюсь с мэром Чаком Ридом в его кабинете на верхнем этаже высотного здания муниципалитета. Собравшаяся внизу толпа начинает скандировать. Государственные служащие, как обычно, протестуют. Рид уже настолько привык к этому, что едва замечает. Он бывший летчик-истребитель ВВС и ветеран войны во Вьетнаме с интеллектуальными наклонностями и резкими манерами фермера Среднего Запада. У него диплом магистра Принстонского университета, ученая степень в области права, полученная в Стэнфордском университете, и не пропадающий интерес к публичной политике. Тем не менее он больше походит не на мэра большого города Калифорнии, а на стойкого, честного шерифа небольшого городка, который не хочет неприятностей. В 2000 г. он был избран в совет, через шесть лет стал мэром, а в 2010 г. был переизбран, набрав 77 % голосов. Он демократ, но на данном этапе принадлежность к той или иной партии не имеет особого значения, как и его идеологические симпатии или, если уж на то пошло, популярность среди населения Сан-Хосе. У него проблема такой величины, что отодвигает обычную политику на задний план: город настолько задолжал бюджетникам, что даже если бы долги уменьшились вдвое, он все равно вылетел бы в трубу. «Я подсчитал расходы на содержание одного государственного служащего, – говорит он, пока мы усаживаемся. – У нас положение все-таки не такое плохое, как в Греции, нет-нет».

Он объясняет, что проблема началась еще до последнего финансового кризиса. «Черт, я же был здесь. Я знаю, как все начиналось. А началось это с интернет-бума в 1990-х гг. Мы живем рядом с богачами, вот мы и думали, что тоже богатые». Бюджет Сан-Хосе, как и бюджет любого города, тратит изрядную долю бюджета на оплату работников сферы общественной безопасности: содержание полиции и пожарной службы в настоящее время составляет 75 % всех дискреционных расходов. Интернет-бум породил как высокие ожидания для государственных служащих, так и налоговые поступления для их реализации. В переговорах с профсоюзами городские власти обязаны подчиняться арбитражным решениям, которые для полицейских и пожарных имеют такую же обязательную силу, как для игроков Главной бейсбольной лиги. Каждая сторона в споре об оплате труда делает наилучшее предложение, а предположительно нейтральный судья выбирает одно из них. Компромиссов не бывает: судья просто выносит решение в пользу одной из сторон. Соответственно, у каждой стороны есть стимул к проявлению разумности, так как чем меньше разумность, тем меньше вероятность, что судья предпочтет их предложение. По словам Рида, проблема с арбитражем в случае с полицейскими и пожарниками заключается в отсутствии нейтрального отношения со стороны судей. «Они склонны выступать в роли адвокатов по трудовым спорам, отдающим предпочтение профсоюзам, – говорит он, – поэтому городские власти делают все, чтобы избежать судебного процесса». Да и какой политик захочет публично ссориться с полицейскими и пожарниками?

За последние 10 лет город Сан-Хосе неоднократно уступал требованиям профсоюзов работников сферы общественной безопасности. На практике это означало, что когда полицейское управление или отделение пожарной охраны любого соседнего города договаривалось о лучших условиях оплаты, это давало новый повод просить повышения зарплаты полицейским и пожарным в Сан-Хосе. В итоге договоренность о самой лучшей зарплате в сфере общественной безопасности в любом городе северной Калифорнии служила отправной точкой следующего раунда переговоров во всех других городах. Эти службы также использовали друг друга для того, чтобы набрать больше очков в споре. Например, в 2002 г. профсоюз полицейских Сан-Хосе добился повышения на три года зарплаты полицейских на 10 % по сравнению с суммой, указанной в контракте. Вскоре после этого пожарники Сан-Хосе выторговали улучшение условий для себя, включая повышение зарплаты на 23 %. Полицейские почувствовали себя ограбленными и выражали сильное недовольство до тех пор, пока городской совет не пошел на сделку, повысив оплату труда на 5 % в обмен на обучение навыкам борьбы с терроризмом. «Мы прославились платой за антитеррористическую подготовку», – объясняет один чиновник городского самоуправления. Постепенно занятия по антитеррористической подготовке прекратились, а надбавка так и осталась за полицейскими, да еще со льготами. «Наши полицейские и пожарные будут получать на пенсии больше, чем когда работали, – говорит Рид. – Они раньше приводили такой аргумент: вы должны дать нам деньги, иначе нам не по карману жить в этом городе. Теперь понятно, что чем больше мы им платим, тем меньше вероятность, что они останутся жить в городе, поскольку могут позволить себе уехать. Потрясающе. Нам осталось перейти от практики предоставления отпусков по болезни к возможности накапливать их и превращать в сотни и тысячи долларов, когда они перестанут работать. У нас существует коррупция. Это не просто финансовая коррупция. Это коррупция отношения со стороны государственной службы».