Офис в стиле фанк. Манифест удаленной работы - Джоди Томпсон

• Если бизнес – война, то вероятны сопутствующие разрушения и прочий ущерб.

• Если бизнес – война, то можно приносить в жертву людей, идеи и нравственные принципы.

Как обходятся с рядовыми работниками во имя такого бизнеса? Обдают мутью. Если мы миримся с тем, что работа должна выполняться только с помощью боевых действий и выглядеть так, будто мы проводим разведывательную операцию; если признаем правомерность принесения жертв (время, чувство достоинства, представление о справедливости и порядочности), то во имя работы можно совершать любые поступки. И предела этому нет.

Мы говорим не просто о деловой этике и о решениях, принимаемых в компаниях и корпорациях. Мы убеждены, что все организации в своей политике должны быть последовательными, цельными и порядочными, но в первую очередь нас заботит, как в них относятся к людям и как сотрудники чувствуют себя на рабочем месте. Работа – не поле боя, где горстка людей одерживает крупную победу или терпит катастрофическое поражение. Работе следует быть местом, где человек сможет найти себя, свое призвание, свой уровень квалификации, свое понимание цели. Каждый должен стать уважаемым и ценным работником – во-первых, это соответствует общепринятым нормам гуманизма, а во-вторых, такой подход принесет общему делу больше пользы. Фактически мы всего лишь говорим, что необходимо изменить общее представление о работе и ее предназначении.

• Если бизнес – война, незачем уважительно относиться к человеку. Приказ есть приказ.

• Если бизнес – война, незачем доверять людям. Значение имеет только знание устава.

• Если бизнес – война, люди уже не люди, а пешки в большой игре.

Печально, что в нашей культуре эти представления о работе считаются нормальными. Назовем это явление «в рабстве у мути». Людям не остается ничего другого, как поддерживать прочность существующего порядка: «с властью не поборешься», «что есть, то есть». И мы смиряемся со всем: с чувством, будто мы всегда находимся на войне, что жертвуем своей свободой, что добровольно отказались от радости жизни, – иначе нам не дадут двигаться вперед. Мы теряем свою индивидуальность, самобытность, человечность. Мы жертвуем собой ради блага команды. Поскольку в противном случае ответных одолжений нам не видать.

Мы испытываем огромное удовольствие, когда сталкиваемся с такими людьми, как Хавьер, которые сумели преодолеть эти барьеры. Приятно сознавать, что система ROWE может стать настоящей опорой в трудный для человека период. Однако мы привели выше историю Хавьера не только ради того, чтобы лишний раз продемонстрировать одно из достоинств ROWE – ее жизнеутверждающее начало. Нам хотелось, что бы вы посмотрели вокруг и задали бы себе простой вопрос: почему вообще наша работа должна быть другой? Какие цели можно преследовать – личные и деловые – наказывая Хавьера за трудности, возникшие в его жизни? Взыскивать с работника за то, что он посмел иметь какие-то потребности и обязательства вне сферы своей работы? Давайте сразу покараем его за дерзость быть человеком.

История Хавьера служит нам неизменной поддержкой, но разве не приятнее было бы знать, что все, рассказанное им, является нормой? Мы не считаем, что такого рода удобство, своего рода выгода, для работников может обернуться ущербом для работодателей. Вспомним слова Хавьера о том, что производительность его самого и его команды «определенно растет».

Разумеется, если существуют победители, то всегда есть побежденные. Рядом с успехом всегда идет поражение. Но мы не должны чувствовать себя солдатами на войне, потому что мы просто люди – люди, находящиеся на работе.

Поэтому следующие фундаментальные принципы хотя и относятся к такой эфемерной области, как мир чувств, на самом деле представляют суть исключительно результативной рабочей среды. Система ROWE не облегчает труд, но благодаря ей работа не воспринимается как тяжелое наказание. Если на рабочем месте люди не чувствуют себя свободными, спокойными и самодостаточными, это означает одно: ROWE там нет. Потому что ключом к пониманию ROWE служит совершенно новое самоощущение человека на своей работе, которую даже трудно признать работой в привычном понимании слова. Рабочая среда становится принципиально другой – более подходящей человеческой природе.

Перечислим фундаментальные принципы, помогающие добиться такой рабочей обстановки.

• Никто не осуждает вас за то, как вы тратите свое время.

• Никто не ведет разговоров о количестве отработанных часов.

• Никто не мучается угрызениями совести, не перетруждается и не находится в состоянии стресса.

• Каждый день ощущается как субботний.

Никто не осуждает вас за то, как вы тратите свое время

Этот принцип можно было бы назвать «мути – бой!». В Best Buy, еще до перехода компании к работе по системе ROWE, была группа, в которой сотрудники не злоупотребляли мутью, но после «миграционного процесса» даже им понадобилось время, чтобы избавиться от нее полностью. Возникали щекотливые ситуации. Например, люди, работающие дома, ощущали некоторую неловкость и считали своим долгом оправдываться и отчитываться перед коллегами. Однажды в группе заболел сотрудник, но он не стал оформлять этот день как выходной по болезни, а просто остался дома. Накачавшись лекарствами от простуды, он сумел переделать тонну дел. После этого случая над ним стали подшучивать, что на лекарствах он работает куда лучше! Может, стоило бы простужаться почаще? После очередной насмешки вмешался руководитель группы и попросил воздерживаться от подобных комментариев. Шутки, истинная цель которых – прощупать пределы дозволенного в ROWE, вызывают резонансный эффект. Отвечая на них, легко скатиться к прежним отношениям. Иронические замечания, даже немыслимо остроумные, высказанные по поводу рабочего времени, разъедают доверие, поскольку в них всегда присутствует определенный подтекст, будто выбранный образ жизни и работы не нормален.

Рассматриваемый нами фундаментальный принцип не означает, что люди перестали уважительно относиться к руководству, признавать ценности компании, не принимать участия в ее развитии. Дело обстоит совершенно иначе:

• Люди проявляют глубокое уважение к работе и к тем, кто ее выполняет.

• Подчиненный и непосредственный руководитель полностью доверяют друг другу.

• Люди сосредоточены исключительно на итогах своей деятельности.

Постараемся представить, как чувствуют себя работники в такой обстановке. Людей больше не осуждают за «непочтительное» отношение к рабочему времени; навсегда избавленные от этого кошмара, они тщательно вникают во все мелочи своей работы и успешно ее выполняют. При этом они успевают делать и многое другое. Предположим, вам надо встретиться с близким человеком. В час дня вы покидаете офис, но вам не надо никого предупреждать о своем отъезде. На случай, если вы кому-то срочно понадобитесь, у вас есть мобильный телефон. Не надо придумывать никаких оправданий – вас никто не осуждает. Допустим, вы занимаетесь на беговой дорожке, и в этот момент вам звонят по какому-то срочному делу. Вы избавлены от необходимости – в буквальном смысле «на бегу» – придумывать объяснения; и, самое главное, никому не нужен ваш детский лепет: мол, вы уже закончили, уже подъезжаете к офису, уже через минуту возьметесь за работу. Вы просто спокойно говорите: «Чем могу быть полезен?», и, ответив на все вопросы, кладете телефон в футляр и возвращаетесь к своему занятию. (Можно даже не отвечать на звонок, и коллега оставит сообщение, – именно так мы поступаем, когда находимся на совещаниях.)