Практики ленивой домохозяйки - Инна Домашняя

Макс Фрай:

«От беспорядка в доме, вероятно, тоже можно получать особого рода удовольствие, просто я пока не способен это понять».

«Идеальный дом – это сумма всех комнат, где тебе хорошо жилось».

Джо Хилл:

«Лучшее, что можно получить только дома, – это проснуться в своей старой комнате, на своей старой кровати; снизу доносится аромат свежесваренного кофе, солнечный свет пробивается в щели занавесок, и новый солнечный день ждёт твоего пробуждения».

Итальянская пословица:

«Дома и стены помогают».

Исуна Хасэкура:

«Человек жаждет обзавестись местом, которое мог бы назвать домом. И чем дольше он там живет, тем ему уютнее».

Стивен Барнс:

«Дом – это там, где ждут тебя дружба и вера, любовь и жизнь».

Мария Семенова:

«Живя подолгу на одном месте, человек прирастает к нему бесчисленным множеством корней. И потому-то нет воина отчаянней, чем тот, кто отстаивает свой дом!»

Сесилия Ахерн:

«Её собственная гостиная была решена в мягких тонах. Замшевые диванные подушки, пушистые ковры – она любила чувствовать предметы. Светло – кофейные и кремовые оттенки, как чашка кофе в ее руке, помогали ей привести мысли в порядок. В этом вечно спешащем куда – то мире ей было жизненно необходимо иметь спокойный дом, чтобы сохранить рассудок, укрыться от хаоса и суеты. По крайней мере, у себя дома она все держала под контролем».

Финская пословица:

«По запаху кофе оценишь дом, по пирогам – хозяйку».

Джонатан Сафран Фоер:

«Я изобретал дома не для того, чтобы их улучшить, а чтобы показать ей, что они неважны, мы могли жить в любом доме, в любом городе, в любой стране, в любом веке, и быть счастливы, как если бы весь мир был нашим домом. В ночь перед тем как все потерять, я напечатал на машинке наш последний будущий дом: «Дорогая Анна, мы поселимся в веренице домов, ютящихся по склонам альп и ни в одном не будем спать дважды. Проснувшись и позавтракав, мы будем на санках съезжать к следующему дому. И едва распахнем дверь, как наш вчерашний дом будет разрушен и воздвигнут заново. А от подножия нас опять вознесут к вершине, и все начнется сначала».

Месть (Revenge):

«Наш дом там, где наша любовь. Мы можем его покинуть, но сердце наше навсегда останется там».

Анна Борисова:

«Дом – расширение твоего внутреннего пространства, вторая кожа с собственной системой дыхания».

Ширли Конран:

«Домашняя работа стремится заполнить все свободное время плюс еще полчаса».

Росс Макдональд:

«Дома… могут впитывать в себя состояние души, эмоции, так что со временем стены начинают испускать чувства людей, которые там живут. Эти чувства таятся в трещинах пола, в пятнах копоти на потолке, в запахах кухни».

Артуро Перес-Реверте:

«Ваш дом похож на вас. Всё собрано с такой любовью, кажется таким удобным и надёжным… Здесь, вдали от суеты, чувствуешь себя в полной безопасности, даже время как будто замирает. В этих стенах вся ваша жизнь».

Кун-Суук Шин:

«Дом – это такая странная штука. Все вещи быстро изнашиваются, когда ими пользуются люди, и порой можно даже почувствовать злую ауру человека, если подойти поближе, но с домом ничего подобного не происходит. Даже добротный и прочный дом начинает разрушаться, когда в него не заходят люди. Дом жив, лишь когда в нём есть люди».

Ночь игуаны (The Night of the Iguana):

«Я не считаю, что дом – это место, здание из кирпича, дерева или камня. Я представляю себе дом как нечто существующее между двумя людьми, где каждый из них может угнездиться и отдохнуть, жить в эмоциональном смысле».

Ольга Григорьева:

«Чудно, однако, у каждой твари, от громадного Змея до маленького мураша, есть дом, который он бережет, в котором детей растит да внуков пестует. Даже дикий зверь после летних гонов или зимней отлучки возвращается обратно, и только человек способен навсегда покинуть свое жилище».

Франсуаза Саган:

«В год их встречи, когда Франсуа только снял его, он казался им слишком большим, и чуть позже, когда они уже его купили, тоже. Сначала в нём была одна только комната, и размещалась она вокруг постели, одна-единственная комната, где любовь сплавляла воедино ожидание и спешку, страсть, нечистую совесть и наслаждение, большая комната с наглухо закрытыми ставнями и окруженная другими, нежилыми комнатами без значения и назначения.

По мере того как они потихоньку стали высвобождаться из взаимного плена, для того, чтобы начать жить вместе и любить друг друга всерьёз, ставни стали отворяться всё шире, а потом им понадобились и другие комнаты, – они разместили в них чемоданы, одежду, ванную, кухню и, наконец, пишущие машинки. Теперь у них были даже комнаты для «других», где диванчик в один миг превращался в кровать. И всё же спальня, где началась их любовь, где полыхали первые пожары, так и осталась для них «домом». Стоило им услышать: «У нас дома», как каждый из них, сам того не желая, оказывался в полутьме на старом матрасе, низком, без спинки, возле которого стояла табуретка с комом сброшенной в спешке одежды».

Митч Каллин:

«Неопрятный дом – признак душевной неопрятности».

Мэри Стюарт:

«Каждому нужен какой-нибудь дом. Чтобы уходить из него и снова возвращаться. И мне кажется, чем старше становишься, тем труднее уходить и приятнее возвращаться».

Ле Корбюзье:

«Дом – это машина для жилья».

Генри Лайон Олди:

«Дом. То место, куда стоило идти, дом, в котором стоит жить. Дом, обитателей которого надо сделать счастливыми, дом, за который-стоит рвать глотку негодяю, пришедшему с острыми стрелами или пламенным факелом, дом…Дом, где Закон соблюден, Польза несомненна, а Любовь жива».

Айн Рэнд:

«Немногие понимают, что дом – это великий символ. Мы живём в своём Я, а существование – это попытка перевести внутреннюю жизнь в физическую реальность, выразить её жестом и формой. Для понимающего человека дом, которым он владеет, – выражение его жизни. Если такой человек не строит, хотя и располагает средствами, значит, он ведёт не ту жизнь, которую хотел бы вести».

Шрайбер Джо:

«Когда дом стоит достаточно долго, в нем запечатлеваются сильные эмоциональные состояния – злоба, горе, одиночество… Возникает как бы царапина на грампластинке, где игла спотыкается и повторяет фразу снова и снова».