Секреты людей, которые хорошо видят - Олег Панков

Накоплены данные по аналитико-синтетической функции центральной нервной системы. Механизмы локальности выявлены на всех уровнях системы: в спинном мозге, в стволовой части, гипоталамусе, лимбической системе, зрительных буграх, эпифизе, подкорковых ядрах, коре головного мозга. Одновременно с функцией разделения все отделы нервной системы осуществляют функцию объединения. Эта единая аналитико-синтетическая деятельность, представленная на спинальном уровне простейшими автоматизированными механизмами, все более усложняется в ростральном направлении, достигая наивысшего совершенства интеграции и локализации в коре головного мозга.

Указанная аналитико-синтетическая деятельность свойственна не только центральной нервной системе, но и ее периферическим отделам, а в примитивном виде даже отдельным клеткам. Отсюда становятся понятными механизмы проецирования в наружные покровы тела – кожу и слизистые оболочки. Они имеют генетическое родство с органами чувств и нервной системой, представляя собой как бы гигантский «периферический мозг» с его сложной приемно-передаточной функцией.

Пять классических анализаторов различают у человека. Через них человеческий организм пятикратно спроецирован на определенных поверхностях, представляющих собой собрание экстерорецептивных звеньев неравнозначных между собой кольцевых рефлекторных аппаратов, в которых происходит восприятие как внешних, так и внутренних раздражителей.

Поскольку эти рефлекторные кольца (внешние кольца саморегуляции) могут быть использованы в диагностике, а часто и в лечении заболеваний, мы назвали их экстерорецептивными каналами информации. Выше упоминалось, что аналитико-синтетическая функция нервной системы совершенствуется в направлении от спинальных структур к кортикальным. Параллельно усложняется рецептивная, в том числе и отражательная деятельность чувствительных периферических анализаторов. В зависимости от функционального назначения этих анализаторов различную концентрацию и конфигурацию приобретают расположенные в них проекционные зоны.

Следует помнить, что наряду с нечетко контурированными проекционными связями в кожно-спинальный канал входят компактные проекционные связи, сосредоточенные в особых зонах – подошвенной и ладонной. В них спроецированы многие элементы человеческого организма, изучаемые современной дерматоглификой. Возможно, такое скопление экстерорецепторов с уровнем замыкания в утолщениях спинного мозга досталось человеку от его далеких четвероногих предков, контакты которых с внешним миром осуществлялись главным образом через ладонные и подошвенные поверхности. Со временем эти функционально активные поверхности приобрели значение концентрированных проекционных зон. По аналогии с кожно-спинальным каналом имеет свои компактные проекционные связи и свои особые зоны и кожно-краниальный канал. Сюда входят вкусовой, обонятельный, слуховой и зрительный информационные каналы.

В целом каналы информации составляют очень гибкую систему отраженной афферентации, посылающую сигналы «изнутри наружу».

Таким образом, в каждой рецептивной зоне лица – радужке глаза, ушной раковине, слизистой оболочке носа и на языке – проецируются через мозговые центры желудка соответствующие участки самого желудка. Один из древнейших внутренних органов, выходя на периферию, устанавливает многоканальные связи с раздражителями внешнего мира.

И, наконец, последнее многозвеньевое рефлекторное кольцо – стволовоталамокортикальное. Оно обеспечивает наиболее сложную и совершенную аналитико-синтетическую функцию сознательного контроля и коррекции всей соматической и, в известной мере, висцеральной деятельности.

Когда человек здоров и находится в адекватной окружающей обстановке, все звенья внутренней и внешней саморегуляции желудка работают нормально. Кора головного мозга «освобождена от ненужных забот», вся регуляция осуществляется безусловно-рефлекторными механизмами. При заболевании желудка, например при язвенной болезни, отмечаются своеобразные сдвиги в системе отраженной афферентации. Болевые импульсы из очага поражения распространяются по соответствующим волокнам регуляционной системы. Под воздействием этих импульсов на периферических концах внешних колец саморегуляции, т. е. в определенных проекционных зонах туловища и лица наступают сложные электрические, биохимические и трофические изменения.

Опыт показывает, что при патологии поверхностные рецепторы проявляют себя как активные элементы общего адаптационно-защитного механизма. Чаще всего в ответ на болезнь они реагируют не все сразу, а поочередно, включением и отключением отдельных элементов. Общий синдром адаптации, из которого Сенье вычленил гипофизарно-адреналиновый стресс, не ограничивается только эндокринными сдвигами. Активную роль в нем играют различные системы организма, и прежде всего нервная система с ее передовым звеном экстерорецептивной локации и перестройки.

В острой стадии заболевания желудка отмечается активация экстерорецепторов, которая обеспечивает биоэнергетическим «зарядом» стрессовые реакции и другие мобильные системы защиты. Практически это проявляется в гиперестезии зон Захарьина-Геда на коже туловища и лица, повышении чувствительности в проекционных зонах ушной раковины и слизистой оболочки носа, гиперестезии языка, возникновении участков посветления в радужке глаза.

В хронической стадии заболевания отмечается снижение мобильности, а в ряде случаев полное выключение функции определенных экстерорецепторов, оберегающее соответствующий им по проекции патологический очаг от поступающих извне импульсов. Практически это проявляется в понижении чувствительности в зонах Захарьина-Геда на коже туловища и лица, гипестезии в проекционных зонах ушной раковины и слизистой оболочки носа, снижении чувствительности и обложенности языка, появлении шлаков и пигментных пятен в проекционной зоне радужки глаза.

Указанные изменения свидетельствуют о многосторонней защитной функции автоматических систем организма, «очень экономно гасящих только те свечи, с помощью которых может усилиться пожар заболевания» (Е.С.Вельховер, 1972). Таким образом осуществляется локальная защита пораженного участка желудка от цетрифугальных импульсов, представляющих собой суммарный поток трансформированных световых, звуковых, вкусовых и других внешних раздражителей.

Вот почему я использую в своей практике и советую своим пациентам системный подход к восстановлению здоровья и многокомпонентное воздействие физических факторов, например свето– и магнитотерапии, не только на орган зрения, но и на другие участки тела (ушные раковины, слизистые оболочки полости рта и носа, кожу стоп и ладоней, некоторые акупунктурные точки).

Обнаруженная связь пораженного органа с проекционными зонами радужки обусловлена передачей импульсов в ретикулярную формацию ствола по симпатической цепочке и идущей без перекреста быстропроводящей системе задних столбов спинного мозга.

Известный французский хирург R.Leriche (1937) писал, что «болезнь – это драма в двух актах, из которых первый разыгрывается в наших тканях при потушенных огнях, в глубокой темноте, даже без намека на болевое ощущение. Лишь во втором акте возникает боль, зажигаются свечи, предвестники пожара, потушить который в одних случаях трудно, в других невозможно». На основании изложенного можно сказать, что первыми «в первом акте болезни» включаются в действие защитные механизмы автоматизированной саморегуляции. Это для их включения незамедлительно расходуются любые, в том числе и наиболее слабые афферентные импульсы. Необходимо только, преодолев некоторые старые традиции, научиться понимать и читать информацию, которая с примерным постоянством и точностью в самом начале заболевания поступает в проекционные зоны поверхностных рецепторов.