Умный ген. Какая еда нужна нашей ДНК - Кэтрин Шэнахан

Эта поездка открыла мне глаза. Ученые твердо придерживались идеи, что в первую очередь они должны работать над улучшением человеческого здоровья. Но очень скоро стало ясно, что их непосредственной целью, обусловленной экономическими реалиями, является получение грантов, а для этого приходится идти на бесконечные компромиссы между острой финансовой необходимостью и научной честностью. Один эпидемиолог рассказал мне, что большинство его исследований в области диетологии финансировалось сельскохозяйственными компаниями, и, чтобы получить финансирование, ему пришлось рекламировать самый ходовой сельскохозяйственный товар: фрукты¹⁵². Будучи эпидемиологом, он не подозревал, что избыточное потребление фруктов приводит к проблемам со здоровьем из-за слишком большого содержания в них сахара по сравнению с питательными веществами. И он очень удивился, когда одна из коллег рассказала ему, что посоветовала своим пациентам употреблять от трех до шести порций фруктов в день, а потом неожиданно обнаружила, что от этого триглицериды в крови повышаются до нездорового уровня¹⁵³. Надеясь раз и навсегда объяснить, что нашему организму нужно больше питательных веществ, чем мы получаем из фруктов, овощей, злаков и нежирного мяса, и привлечь интерес к дополнительным исследованиям в области диетологии и оптимального развития плода и черт лица, я описала результаты одного исследования. В статье говорилось, что у каждой третьей женщины, соблюдавшей «здоровую» по нынешним меркам диету, тем не менее, рождаются дети с опасно низким уровнем витамина А в крови¹⁵⁴. Дефицит витамина А связан с дефектами развития глаз, скелета и внутренних органов. Эпидемиолог заинтересовался результатами, но потом признался, что, поскольку получает финансирование от производителей фруктов, ему придется выдавать все новые и новые исследования, похожие на то, что он уже опубликовал – что фрукты «полезны для нас». Я узнала, что ни он, ни любой другой ученый из Калифорнийского университета не станут исследовать эту новую диетологическую проблему или даже рассматривать похожие темы, потому что на такую научную работу не даст денег никакая большая индустрия.

По иронии судьбы, другой ученый из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе исследовал так называемый испанский парадокс. Этим термином описывается таинственное открытие: у иммигранток, недавно приехавших из стран Латинской Америки (где традиционные продукты по-прежнему занимают заметное место в рационе), рождаются более здоровые дети, чем у их белых ровесниц. Может быть, эту «тайну» можно раскрыть достаточно легко, и все дело в том, что наши подруги из Мексики, Южной Америки и других «латинских» стран до сих пор пожинают плоды своей более здоровой диеты на родине? Врач, с которым я говорила, сказал, что мое предположение правдоподобно, но он такого варианта не рассматривал. Впрочем, он считал маловероятным то, что причина лучшего здоровья латиноамериканок и их детей – хорошая латиноамериканская диета. Он предполагал, что у латиноамериканцев лучше развита сеть взаимопомощи (несмотря на то, что многие приехали в США из далеких стран, разлучившись с семьями). И вот эта взаимопомощь каким-то образом приводит к тому, что преждевременных родов и врожденных дефектов становится меньше. В своих публикациях он указывал, что эти сети взаимопомощи укрепляются благодаря работе общественных медицинских клиник. Догадайтесь, откуда он брал финансирование? Правильно: из государственных грантов для клиник, обслуживающих мигрантов из Латинской Америки. Уезжала я из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, воодушевленная их духом оптимизма, но деморализованная тем, в насколько неверном направлении они двигаются и какое огромное количество интеллектуального и финансового капитала тратится на логические ужимки и прыжки, необходимые, чтобы добиться финансирования от различных государственных и промышленных учреждений.

Надеясь найти более плодородную почву, я поехала на север, в Калифорнийский университет в Сан-Франциско, и пообщалась с экспертом по перинатологии. Я очень обрадовалась знакомству с доктором медицины и кандидатом наук, которую особенно интересовало здоровье плода до рождения. Мы обсудили изменения черт лица, которые я замечала у младших братьев и сестер, и я высказала мнение, что такая ситуация говорит о том, что нужно улучшать питание матерей. Но меня осадили и здесь. Известная исследовательница согласилась, что есть определенная связь между нехваткой питательных веществ и развитием скелета, но ее так и не убедили мои аргументы, что схема этих скелетных изменений может быть не случайной. По ее мнению, которое разделяло большинство специалистов Калифорнийского университета в Сан-Франциско, дети, рожденные в Соединенных Штатах, не говоря уж о богатой области залива Сан-Франциско, просто не могут страдать от каких-либо недостатков питательных веществ. Почему же? «Потому что, – объяснила она, – практически все беременные женщины получают пренатальный комплекс витаминов».

Это правда. Акушеры и врачи первичной медицинской помощи (вроде меня) часто выписывают рецепты на пренатальные комплексы витаминов, чтобы снизить риск преэклампсии (болезни иммунной системы, которая заставляет материнский организм частично отвергать плод и вызывает преждевременные роды) у матери, а также малого веса при рождении и дефектов нервной трубки вроде расщепления позвоночника. Однако большое исследование, проведенное в США, показало, что даже у беременных женщин, принимавших пренатальные витамины, все равно наблюдается «комбинированный дефицит» ниацина, тиамина и витаминов А, В6 и В12, причем в течение всех трех триместров¹⁵⁵. Другие исследования тоже показывают, что пренатальные витаминные комплексы не решают многих проблем с питанием. Вот лишь несколько примеров:

✓ Дефицит витамина D. В исследованиях, где более 90 процентов участниц принимали пренатальные витамины, у 56 процентов белых и 46 процентов чернокожих младенцев наблюдался дефицит витамина D. Его недостаток в раннем детстве повышает риск шизофрении, диабета и скелетных заболеваний¹⁵⁶.

✓ Длинноцепочечные незаменимые жирные кислоты. На момент написания книги нет вообще никаких рекомендаций по их употреблению в пищу, так что большинство людей, не принимающих соответствующих витаминных добавок, вообще их не получают.

Но прием масла печени трески во время беременности полезен для интеллекта будущего ребенка¹⁵⁷.

✓ Холин. Недостаток холина во время развития плода приводит к затруднению способности к обучению в течение всей жизни¹⁵⁸.

Один опрос показал, что у 86 процентов женщин студенческого возраста в рационе не хватает холина¹⁵⁹. Холин не является частью ни одного из пренатальных витаминных комплексов, популярных в США.

Пренатальные витамины, конечно, частично помогают справиться с дефицитом питательных веществ, но они никак не влияют на избыточное потребление сахара и растительных масел, которые мешают передаче сигналов, необходимых для нормального роста и развития.