Неестественный отбор. Генная инженерия и человек будущего - Торилл Корнфельт

В 1990-х гг. ученые открыли способ, который позволяет блокировать определенную часть тормозной системы T-клеток с тем, чтобы те могли атаковать и вышеописанные раковые клетки. Изначально исследования проводились в Америке и Японии, а в начале 2010-х подобных научных программ стало заметно больше, так как уже не оставалось сомнений в том, что при определенных условиях эти методы дают отличные результаты в борьбе с онкологическими заболеваниями. В 2018 г. авторам метода лечения рака с помощью комбинации лекарственных препаратов и химии была присуждена Нобелевская премия по медицине^[114]. Один из лауреатов пришел на церемонию вручения в обществе полностью излечившегося больного, который в числе первых прошел курс данной терапии. Методика открыла новый подход к лечению рака, особенно тех видов опухоли, которые не реагируют на другие терапевтические меры, и тем самым позволила врачам, ученым и пациентам верить, что положительный результат более чем реален.

Однако так же, как и прочие методы лечения, иммунотерапия имеет побочные эффекты, особенно когда T-клетки без системы торможения атакуют собственные здоровые клетки организма^[115].

Убедившись, что технология CRISPR позволяет легко и дешево осуществлять генетическую модификацию клетки, ученые занялись поиском путей для применения этой технологии для Т-клеток онкологических пациентов. В настоящее время в разных странах мира реализуются порядка десяти подобных исследовательских программ, а Чэн Шуфан стала одной из самых первых пациенток, получивших новое лечение^[116].

Руководителя программы зовут Ву Шисю. Ученый-онколог принимает меня в конференц-зале госпиталя. Улыбка не сходит с его лица, даже если он говорит о серьезных научных проблемах. Он довольно тучный, с легкой одышкой, и это тоже становится поводом для самоиронии. Посмеиваясь над собственным круглым животом, он говорит, что очарован и удивлен моей молодостью. Он безмерно рад моему визиту, и ему доводилось бывать в моем родном Лунде: «У вас там известный университет, рядом с тем самым мостом».

Беседа ведется на английском, хотя иногда «буксует» и нам трудно понять друг друга, но мой собеседник все равно постоянно шутит и подмигивает. Он так доволен, что не спешит заканчивать разговор, несмотря на то что ассистент уже не первый раз осторожно напоминает ему о других делах.

Из-за языковых трудностей мне не всегда удается в деталях понять ход его рассуждений. Впрочем, я не исключаю, что дело здесь не только в английском, но и в общей китайской культуре, представители которой предпочитают избегать конфликтов и не говорят «да» или «нет» открыто. Ведь его исследование вызывает неоднозначные оценки.

Изначально Ву Шисю занимался методами лучевой терапии, но сейчас в госпитале комбинируются различные терапевтические программы. Его специализация – так называемые солидные опухоли; с опухолевыми заболеваниями кроветворной и лимфатической ткани, так называемыми гемобластозами, он не работает. Иммунотерапия с использованием CRISPR применяется в клинике с апреля 2017 г.; лечение получают пациенты, у которых не осталось шансов излечиться другими методами.

«Это хороший инструмент для достижения цели и изменения иммунных клеток. Мы чувствуем, что способны дать пациентам надежду. Надежду на продление жизни», – говорит Ву Шисю.

Он рассказывает, что метод был испытан на лабораторных клетках и на животных, после чего было принято решение тестировать его на людях. К настоящему моменту терапию прошли более 30 человек. У первых пациентов был рак пищевода, одна из десяти самых распространенных форм рака в Китае. «Особенно рискуют такие толстяки, как я», – сообщает Ву Шисю. Заболевание также часто связано со злоупотреблением алкоголем и курением. К слову, из всех посещенных мной лечебных учреждений это первое, где в коридорах накурено, а в холлах сидят люди с зажженными сигаретами.

«CRISPR – метод простой, легкий и может оказаться весьма эффективным. И он не оказывает серьезного побочного действия», – рассказывает Ву Шисю. Обычно появляется сыпь и поднимается температура. Но о долгосрочных эффектах известно мало, поскольку метод новый.

Результаты исследования пока не опубликованы, поэтому прогнозировать, какими они будут на практике, пока сложно. Ву Шисю говорит, что на лечение реагирует примерно 40 % больных, но эффект часто оказывается довольно кратковременным: жизнь удается продлить всего на несколько месяцев. Иногда лечение просто улучшает общее состояние, не воздействуя на опухоль. У четверых пациентов результаты однозначно положительные, а один из самых первых больных, проходивший курс лечения полтора года назад, до сих пор жив и чувствует себя хорошо. «И это почти чудо», – восклицает Ву Шисю, вспоминая состояние этого больного до начала лечения.

Итоги впечатляют, поскольку речь идет об изначально безнадежных пациентах, но называть метод чудодейственным и полностью оправдавшим ожидания еще рано. С другой стороны, неудивительно, что результаты так сильно разнятся, поскольку, как подчеркивает Ву Шисю, пока не завершена даже ранняя стадия исследований.