Когда грабить банк и другие лайфхаки - Стивен Д. Левитт

В столице Германии, где проституция узаконена, бордели страдают от всемирного финансового кризиса. Постоянные посетители стали экономнее, а потенциальных клиентов, приезжающих в город в командировку или для участия в конференции, стало меньше.

Однако у публичного дома Maison d’Envie дела пошли на лад после того, как в июле они ввели скидку в 5 ($7,5)...

Чтобы получить скидку, клиенты должны предъявить на ресепшене либо ключ от велосипедного замка, либо доказательство, что они добирались до места на городском транспорте. Тогда цена за 45-минутные услуги падает с 70 до 65.

Бордель уверяет, будто всего лишь заботится о природе, но создается впечатление, что он облекает старую добрую ценовую дискриминацию в «зеленые» одежды.

Клиенты, воспользовавшиеся автобусом или велосипедом, скорее всего, имеют более низкий доход, чем приехавшие на машине, а потому обращают большее внимание на цену. А раз так, публичный дом был бы рад оказывать им услуги по более низким расценкам. Однако проблема в том, что, если это не обосновать должным образом, богатые клиенты разозлятся: с какой стати с них берут больше? (Да и откуда борделю знать, кто богат?) Ссылка на защиту природы помогает борделю делать то, что ему в любом случае выгодно делать.

Выпить стакан сока — и спасти дождевой лес тропиков (Стивен Левитт)

Сегодня утром я пил апельсиновый сок Tropicana. У этой компании хитрый маркетинг. Если зайти на ее сайт и впечатать код с купленного пакета сока, компания сбережет — от вашего лица —100 квадратных футов^[22] дождевого леса.

Что тут хитрого?

Мне кажется, корпорации мало пользуются возможностями объединить потребление их продуктов со вкладом в благотворительность. Это лишь догадка: доказать свою гипотезу я не могу. Однако зачастую подобные корпоративные предложения имеют форму: «Мы пожертвуем 3% прибыли на X». Доля прибыли обычно маловата, и корпорации не производят впечатление щедрых.

Красота затеи с дождевым лесом состоит в том, что число 100 выглядит внушительным. Если задуматься, площадь довольно мала, но впечатление производит. А если вы привыкли к ценам на землю в больших городах, 100 квадратных футов — это серьезно.

По моим прикидкам, там, где я живу, покупка 100 квадратных футов для строительства обойдется в $130. Но на Амазонке земля дешевая. Некоторые сайты уверяют, что за $100 вам продадут целый акр^[23] тамошней земли.

Надо полагать, реальная стоимость акра земли на Амазонке обходится Tropicana в половину этой суммы — $50. Если учесть число квадратных футов в акре, можно сосчитать, что земля, спасенная моей дочерью сегодня утром, стоит около 11 центов. Когда я спросил дочь, какова, по ее мнению, цена земли, она ответила: $20. Я спросил друга, и он ответил: $5. Если компания предлагает нечто, стоящее 11 центов, а люди думают, что оно стоит $5 или $20, компания поступает с толком.

И вот что любопытно. Мы все поняли про 11 центов, но настроение у нас не испортилось: мы спасли кусочек земли размером с помещение, в котором завтракали...

Упаковывать ли яблоки? (James McWilliams)

Джеймс Маквильямс, историк из Университета штата Техас, интересно пишет о производстве пищи, продовольственной политике и, как будет видно из двух его заметок в нашем блоге, о взаимосвязи пищи и окружающей среды.

Казалось бы, что сложного? Упаковок слишком много. Возникают горы мусора, и чем меньше упаковок, тем лучше. Такие настроения популярны среди защитников природы, которые зачастую призывают реже использовать для упаковок пластик, картон и алюминий.

Однако все не так просто. Задумаемся, зачем нам вообще упаковки. Во-первых, они защищают пищу от микробов. Во-вторых, они значительно продлевают срок годности, а значит, и вероятность того, что продукт не выбросят.

Согласно данным Ассоциации производителей огурцов, 1,5 г целлофановой упаковки продлевают срок хранения огурца с 3 до 14 дней, при этом защищая его от грязных рук. Согласно другому исследованию, если положить яблоки в коробку, покрытую полиэтиленом, это снизит поврежден- ность (и брак) плодов на 27%. Сходные цифры получаются с картофелем и виноградом. Опять-таки звучит банально, но часто забывается: чем долговечнее еда, тем больше вероятность, что на нее найдется спрос.

Да, если бы мы сами производили всю еду из того, что растет поблизости, или использовали мятые и гнилые плоды, не имело бы смысла продлевать срок годности. Однако дело обстоит иначе. Подавляющее большинство продуктов перевозится на огромные расстояния, подолгу хранится в магазинах, оседает на дни и недели, если не годы, в наших кладовках. Значит, если вы согласны, что в глобальной системе питания без упаковки не обойтись, необходимо проводить некоторые разграничения. (Если вы не согласны с этим, вам едва ли есть смысл читать дальше.)

Во-первых, в пищевых отходах материал материалу рознь. Многие покупатели косо глядят на товар в упаковке, считая, что ей прямая дорога на свалку. Однако если мы задумаемся не об упаковке, а о пище, то поймем, что без упаковки она сгниет куда быстрее и в итоге попадет на свалку же. Гниющая пища — источник метана, парникового газа, эффект от которого в двадцать с лишним раз превышает эффект от углекислого газа. Об упаковке, если она не обладает способностью к биоразложению, этого сказать нельзя. Если при свалке есть установка для сбора метана (что маловероятно), его можно превращать в энергию. В противном случае лучше отправлять на свалку упаковки (а не еду), пусть даже это имеет свои экологические минусы.