Приручение. 10 биологических видов, изменивших мир - Элис Робертс

Не забудем и про следы пшеницы однозернянки, оказавшейся всего 500 лет спустя в затопленном археологическом памятнике эпохи мезолита на дне Те-Солента. Каким образом несколько тысяч лет назад это растение попало из Восточного Средиземноморья на окраину Северо-Восточной Европы? Нам известны торговые пути, пересекавшие территорию Римской империи две тысячи лет назад. Однако археологические исследования показали, что торговля процветала и раньше, в железном и даже в бронзовом веке и предшествующей ему эпохе неолита. Но представьте себе длинные торговые пути между отдельными группками с трудом выживающих охотников-собирателей времен мезолита или эпипалеолита. Такое предположение звучит несколько натянуто.

Так и казалось бы, если бы не примеры из более поздней истории. Так, американские индейцы с северо-западного побережья континента поддерживали торговые отношения на значительных расстояниях, до нескольких сотен миль, обмениваясь товарами, подарками, женихами и невестами. Эти связи составляли основу власти и престижа в обществе. Еще один пример: в Австралии, до европейской колонизации, системы путей для обмена товарами между сообществами аборигенов пересекали весь материк, от одного побережья до другого. В самой Европе археологи находят все больше исторических свидетельств того, что сырье и готовые изделия в эпоху мезолита преодолевали значительные расстояния. Например, в Бретани кремень с побережья перевозили на 50 км в глубь материка; в Швеции находят топоры из норвежского долерита; кремневые лезвия, изготовленные в Литве, оказываются в 600 км от места производства – в Финляндии, так же как и янтарь с восточного побережья Балтики; в погребениях эпохи позднего мезолита на кладбище в датской деревушке Ведбек находят подвески из клыков лося и тура, несмотря на то что оба вида в этом регионе на тот момент вымерли. Конечно, по пути предметы могли множество раз менять владельца. Такое широкое распространение изделий указывает на то, что люди передвигались как по суше, так и по морю. По предположениям археологов, люди эпохи мезолита совершали путешествия на расстояния до 100 км, по всей видимости, на выдолбленных из дерева лодках с выносными уключинами. Вероятно, существует связь между доступом к экзотическим материалам и эволюцией общества в Северной Европе, где прежде равных друг другу охотников-собирателей стало интересовать повышение своего социального статуса. Общество разделяется на страты – начинает формироваться старейшая в мире классовая система. Пока классовое неравенство еще не так очевидно, тем не менее археологические данные указывают на существование различий между людьми с высшей и низшей ступеней иерархии – богатыми и бедными. В некоторых сложных мезолитических захоронениях на берегах Балтики были найдены предметы из экзотических материалов, вероятно символизировавшие социальный статус погребенного.

Стратификация общества могла способствовать развитию земледелия на Ближнем Востоке, а также – переходу к этой практике на севере и востоке. Те, кому необходимы лишь базовые материалы, способны жить в относительной изоляции. Однако те, кого интересуют экзотические товары и приобретаемый с ними статус, вынуждены поддерживать сообщение с внешним миром. И похоже, связи между людьми на территории Европы в эпоху мезолита были гораздо теснее, чем принято считать.

Мезолитические системы обмена – материалами, идеями и людьми – позволили охотникам и собирателям вступить в общение с первыми земледельцами, появившимися на востоке. Уже 6500 лет назад в долине Дуная образовались земледельческие поселения. Северные соседи, охотники-собиратели, по-прежнему ведущие образ жизни, характерный для мезолита, заимствовали у южан гончарную продукцию, Т-образные топоры из оленьего рога, костяные кольца и гребни. Эти предметы, вероятно, обменивались на меха и янтарь. И тем не менее 8000 лет назад – еще слишком рано для появления пшеницы однозернянки в мезолитическом поселении на северо-западном краю Европы. Ведь тогда в северных широтах еще только-только ослабла хватка ледника.

Потепление климата к концу ледникового периода повлияло на природные условия Ближнего Востока, но в еще большей степени – на среду обитания в Северо-Западной Европе. Именно сюда отступил ледник и тысячелетиями сжимал север континента в холодных тисках. К югу от границы ледника простиралась голая тундра. Там, где господствовали лед и тундра, местные популяции привыкших к теплу видов, включая людей, медведей и дубы, вымерли. Их родственники на юге сумели выжить в рефугиумах на юге Франции, Пиренейского (Иберийского) полуострова и Италии. После возвращения тепла и таяния ледника большая часть Северной Европы осталась покрыта песчаными отложениями из рек, уносивших в моря талые ледниковые воды, и более мелкими ледниковыми отложениями, оставленными самим ледником. Новую среду обитания заселили тростники, злаки, карликовые березы и ивы, превратив ее в тундростепь. Около 11 600 лет назад, когда холодному периоду позднего дриаса пришел конец, береза, орешник и сосна снова начали наступление на север.

Уже 8000 лет назад ландшафт Северной Европы – включая полуостров, который позже превратится в Британские острова, – представлял собой лесистую местность, где произрастали липа, вяз, бук и дуб. Леса были полны жизнью: здесь обитали туры и лоси, дикие кабаны, косули и благородные олени, лесные куницы, выдры, белки, волки и разнообразная пернатая дичь. Прибрежные воды кишели моллюсками, рыбой; здесь встречались тюлени, морские свиньи и киты. Люди эпохи мезолита умело пользовались богатыми природными ресурсами и добывали себе пропитание охотой и собирательством. Вооружившись луком и стрелами, в сопровождении собак, они охотились на животных на земле. Выходя на лодках с сетями, гарпунами, удочками и ловушками, люди ловили в море и в реках рыбу.

Повторная колонизация человеком северной части Европейского материка началась в самом конце позднего дриаса; к 9600 году до н.э. люди добрались до Британии. Первым завоевателям даже не пришлось мочить ноги. Во время ледникового периода уровень воды в океане был на 120 м ниже современного. По мере таяния ледника вода прибывала, но первые растения и животные вернулись на территорию Британских островов еще до их отделения от Европейского континента.

Традиционно археология представляет данный процесс как частое переселение небольших и подвижных групп охотников-собирателей, почти не оставивших после себя следов. Мезолитические стоянки, как правило, весьма скромного размера и связаны с кратким периодом проживания людей в определенном месте. Но во время недавних раскопок в Стар-Карре в Йоркшире обнаружились следы существования удивительно крупного мезолитического поселения. Настил из обработанной древесины протянулся приблизительно на 30 м от берега озера; возраст памятника составляет 9000 лет. Общая площадь поверхности – почти два гектара, или 20 000 м 2. Когда речь идет о таком крупном оседлом сообществе, высока вероятность существования определенной иерархии между членами общества.

Получается, даже если признавать существование небольших и подвижных групп охотников-собирателей, кочевавших по Северо-Западной Европе в период мезолита, по крайней мере кое-где человеческое общество уже приобрело более сложную структуру. В таком случае – при условии наличия более сложных, более тесно сплетенных и более склонных к оседлости сообществ, чем признавалось ранее, – открытие, совершенное на утесе Болднор, уже не кажется таким уж неожиданным.