Беседы с дочерью об экономике - Янис Варуфакис

Напротив, если они верят в лучшее будущее, тогда они будут производить больше, возьмут на работу таких как Василис и все рыночное общество покажет лучшие результаты. Охотники, верящие в то, что схватят оленя, его и схватят, а не разбегутся охотиться от отчаяния на зайцев.

Об этом и думает Мария вечером, ворочаясь в кровати. Она не может уснуть от мучающей ее мысли: брать на работу Василиса и других или не брать. Чтобы заснуть, она включила радио, радио ее обычно убаюкивает. И вот, предположим, она слышит по радио, что рабочие, через представляющие их объединения, заявляют, что готовы работать за половинную оплату, снизив требования по оплате труда на 50 %. Как тогда поступит Мария?

Неужели она закричит: «Прекрасно! Завтра я возьму Василиса и других на работу и мы произведем много новых холодильников»? Ни в коем случае. Она будет рассуждать так:

«Конечно, мне выгодно, что меньше надо тратить на оплату труда: мои расходы уменьшаются. Но если все они начнут у меня работать, то из этого ничего хорошего не выйдет. Хотя бы потому, что если все предприятия наймут всех за половину зарплаты, то ни у кого из работников не накопится достаточно денег, чтобы купить мои новые холодильники».

Итак, охотники на оленя и предприниматели, такие как Мария, зависят не от системы оплаты, а от системы ожиданий. Когда вся команда (а лучше сказать, вся «гурьба», все скопом) оптимистична, тогда их оптимизм сам себя подпитывает и сам себя оправдывает. А если все пессимистичны, то пессимизм тоже сам себя вырастит и сам себя оправдает.

Ты понимаешь, что это означает? Если рабочие объявят, что они готовы работать за меньшую плату, предприниматели, такие как Мария, могут просто счесть, что, значит, все плохо идет в экономике. В результате они сочтут нужным не увеличивать и снижать производство. Тогда они не только не возьмут таких как Василис, но и уволят своих рабочих, тем не на что будет покупать вещи, производство еще снизится, и так наступит крах.

Теперь ты видишь, что труд совсем не похож на дома, автомобили или помидоры. Цена труда (оплата) падает, и при этом спрос на труд, вместо того чтобы расти, тоже падает!

Труд и долг: товары чертовские, а другие не похожие

Большие экономические кризисы, такие как разразившийся в 1929 году и как недавно настигший нас в 2008 году, учат нас одному: рыночные общества становятся жертвой двух чертей. Один из них прячется на рынке финансов, другой – на рынке труда.

С рыночным чертом мы познакомились только недавно: он заставил Марию, владелицу завода по производству холодильников, уволить рабочих, хотя они стали меньше просить за свой труд! В отличие от рынка помидоров, домов, холодильников и автомобилей, на рынке труда спрос может не увеличиваться, а уменьшаться, когда цена падает. Конечно, чем черт не шутит, и да, пожалуй, только так он и шутит.

Но не только рынок труда населен чертями. Есть и другой рынок: рынок финансов, иначе говоря, денег. Ты удивишься: «Как это, деньги можно продавать на рынке?» Что это за рынок? Как можно продавать или покупать деньги? Просто на этом рынке деньги не выставляются на продажу, а просто одалживаются, вкладываются – как и на рынке труда никто не продает свой труд навсегда, а просто получает оплату за время своего труда. А для чего дают деньги в долг? Ради процентов. Как мы видели в предыдущих главах, банки могут давать серьезные кредиты, потому что они пересекают временную границу и забирают часть стоимости из будущего, и затем одалживают таким, как Мария, деньги под проценты. Вопрос только в том, что Марии должны хотеть взять в долг, чтобы нанять работников, закупить станки и развернуть производство. А это требует, чтобы были благоприятные условия – чтобы была занятость, чтобы в обществе все получали доход и могли покупать холодильники.

Ты же сама все время слышишь, что предприниматели берут кредит, чтобы «вкладывать» в производство, чтобы производство «развивалось».

Представим, что Мария берет в долг, чтобы покупать помидоры. Тогда мы будем убеждены, что чем ниже стоимость помидоров, тем больше помидоров она может купить. Цена на помидоры падает, и Мария покупает все больше помидоров.

Но сколько стоят деньги, которые Мария для этого взяла в долг? Они оцениваются процентом: чем выше процент по кредиту, тем больше стоит брать в долг. Мария потом должна вернуть деньги в банк с процентами.

Мы видели, что на рынке труда решение Марии о найме работников никак не зависит от стоимости труда. Мы видели, что Мария в период экономического упадка лучше уволит работников, хотя оплата труда уменьшилась.

То же самое действительно и на рынке финансов. Когда процент по кредиту снижается (снижается стоимость кредитных денег), то Мария начинает брать в кредит в банке меньше денег, а не больше. Но почему?

Потому что Мария знает, что она сможет вернуть кредит, вложив его в производство новых холодильников, только если экономика на подъеме и холодильники купят. Чтобы экономика была на подъеме, в нее вкладывается не только она, вкладываются и многие другие предприниматели. Вкладываются и большие корпорации, вкладываются и малые игроки рынка, как те рыбки, которые движутся рядом с большими хищными рыбами и питаются объедками. И всем нужны кредиты.

Большие корпорации тогда увеличивают спрос на кредит, и стоимость кредита увеличивается. Но почему большие корпорации берут кредиты, хотя стоимость кредитов выросла? Ответ один. Потому что они смотрят в будущее с оптимизмом.

Вернемся к истории про оленя и зайцев. Как команда охотников у Руссо вкладывается в охоту на оленя, так и в рыночных обществах предприниматели вкладывают кредиты в найм рабочих и оборудование, тем самым поощряя производство и общий экономический рост – пока господствует оптимизм. А уменьшение цены труда (оплаты труда) и денег (процентов по кредиту) работает на усиление кризиса. Тогда увеличивается безработица, нет возможности расплатиться с долгами, и предпринимательство сходит на нет.

Поэтому, когда Мария слышит, что государство снижает процент по кредиту или что рабочие готовы трудиться за меньшую плату, она с большим пессимизмом смотрит на общую экономическую обстановку. Она думает: «Раз всем пришлось снижать цены, и на труд, и на деньги, то значит, снижается экономическая активность. Тогда ничего хорошего экономику не ждет. Раз работники готовы трудиться за кусок хлеба, значит, даже если они найдут работу, они не смогут покупать холодильники, которые я выпускаю». Так пессимизм Марии и всех остальных предпринимателей только усиливается. В результате и рабочих увольняют, и кредиты не берут, и в производство никто не вкладывает, и безработица растет, и все уже с головой в тяжелом кризисе.

Ты видишь теперь, в чем ошибка отрицающих безработицу, когда они считают, что безработные просто не хотят работать за предлагаемые им деньги? Нельзя считать, что если Андреас может продать свой дом дешевле, то и Василис может продать свой труд дешевле.

И ты теперь понимаешь, что в потайных комнатах двух главных рынков, рынка финансов и рынка труда, кишат черти, которые изо всех сил разжигают экономические кризисы.