Самовоспитание и самообучение в начальной школе - Мария Монтессори

Стадия беспокойства между более простой и более сложной («серьезной») работой начинает исчезать, ребенок кажется более уверенным в самом себе, – он выбирает «главную» работу быстрее и решительнее. Таким образом, получаются две последовательные фазы непрерывной работы: одну можно назвать простой подготовительной фазой, другую – фазой серьезной работы.

Фаза подготовки продолжается очень короткий период, серьезная работа длится гораздо дольше.

Интересно, что период отдыха с его характерными чертами – удовлетворением и покоем, наступает после затраты максимальной энергии. С другой стороны, обычно всякое внешнее вмешательство, перерыв в усилии вызывает в ребенке признаки усталости (беспокойства) или отвлекает его внимание. <…>

Ребенок ведет всю работу почти одинаково; единственное различие между начальным подготовительным упражнением и второй серьезной работой в их разной продолжительности. Период размышления является, видимо, «периодом внутренней работы», периодом «усвоения», как бы внутреннего созревания. Наблюдение за работой товарищей делается все чаще, как если бы невольно ребенок пришел к мысли о сравнительном изучении самого себя и своих товарищей; видимо, развивается активный интерес к размышлению над окружающим внешним миром: период открытий.

Можно сказать, что ребенок изучает самого себя в собственных достижениях и устанавливает связь со своими товарищами и окружающей его внешней средой.

На этой стадии осуществление всего цикла (работа, размышление и отдых) оказывает все большее и большее влияние на индивидуальность ребенка. Он всецело концентрируется на работе не только когда им сделано наибольшее усилие, но и в дальнейшем сосредоточен и сохраняет длительный интерес к окружающему миру. Он становится личностью, достигшей более высокой стадии в своей постепенной эволюции.

Это – период развития, когда ребенок начинает владеть собой и проявляет характерное качество, называемое мною «феномен послушания». Он может слушаться (повиноваться), т. е. может управлять своими действиями и, следовательно, подчинять их желаниям другого лица. Он может прервать работу, если ему помешают, не проявляя признаков усталости или «беспорядка». Больше того, работа становится его привычным состоянием, и он больше не выносит праздности; например, когда детей в этой стадии мы берем на уроки для учителей, где дети являются «предметами изучения», они охотно выполняют все, что мы их просим: дают себя измерять, выполняют предлагаемые упражнения, делают все с интересом, а не просто «жертвуя собой», как будто бы они сознают, что работают с нами заодно. Но когда им приходится дожидаться – просто сидеть, пока их позовут, они берутся за какую-нибудь работу. Пассивность для них невыносима. Часто во время моей беседы с учителями дети завязывают или шнуруют рамки, или покрывают весь пол словами из подвижного алфавита, или, если возможно, в моменты ожидания рисуют карандашом или красками.

Все это является теперь выражением осмысленной активности, составляющей часть психического организма ребенка. Но чтобы такое состояние укрепилось и продолжалось развитие индивидуальности, необходимо какое-нибудь настоящее дело для каждого дня; потому что лишь при полном цикле активности, методической концентрации ребенок приобретает равновесие, подвижность, приспособляемость и способность выполнять более сложные задания, как, например, акты «послушания». Это невольно напоминает о методах, предписываемых католической религией для сохранения сил духовной жизни, т. е. о «периодах духовной концентрации», открывающих возможность приобретать «моральные силы». Нравственная личность укрепляет себя «размышлениями».

Дети, безусловно, нуждаются в периодах концентрации и серьезной работы, отсюда они черпают стимулы дальнейшего развития. <…>

Теперь установлено, что возможно определять степени развития или средние внутреннего развития, благодаря чему доступно и изучение индивидуальных отклонений. Для примитивного типа характерны беспорядочность поведения и неспособность концентрировать внимание; в этом случае нет настоящей работы. Для тех, у кого уже проявляется способность концентрировать внимание на определенном упражнении, за предварительной (простой подготовительной) работой следует период беспокойства и потом трудная, напряженная серьезная работа и состояние отдыха.

Потом мы различаем «вторую степень» работы, которая в среднем характеризуется исчезновением периода беспокойства и тем, что напряженная серьезная работа заканчивается размышлением; это – стадия открытий, обобщений, послушания; работа стала привычкой. Затем следует более высокая стадия общего развития, проявляющаяся в выборе более сложной подготовительной (первоначальной) работы; дисциплина становится привычкой. <…>

Когда труд становится привычкой, умственный уровень быстро поднимается, и организующий порядок делает хорошее поведение привычкой. Дети тогда работают упорядоченно, с упорством, дисциплинированно, естественно и непрерывно. А постоянная, спокойная и оживляющая работа физического организма подобна ритму нашего дыхания. Главной осью такого формирования личности становится работа на свободе в соответствии с естественными потребностями внутренней жизни; так свобода в интеллектуальной работе явилась основой внутренней дисциплины.

Великое достижение Домов ребенка – дисциплинированные дети. Внутренняя самоорганизация придает им особый характер, делает из них особый тип, которому предоставляется возможность продолжать свободное проявление своей активности для завоевания культуры в известной последовательности.

Начальная школа – продолжение Домов ребенка. В школе дисциплинированное поведение является привычкой, основывающейся и сливающейся с более ранней привычкой к труду. Отсюда – достаточно дать ребенку материал более высокой стадии культуры, и ребенок, постепенно упражняясь на этом материале, будет переходить из одной стадии культуры в следующую.

Разница, замечаемая в достижениях последовательных возрастов, возникает на почве интеллектуального интереса, который перестает быть только импульсом для самоупражнения в повторении различных манипуляций, но становится уже интересом к самой работе, стремлением выполнить работу до конца или ознакомиться с известной областью знания, как с целым. Так, один творит на основе освоенных им материалов, например, ему хочется создать узор из соединения геометрических фигур с очертаниями металлических вкладок; ребенок отдается этой работе полностью, пока не кончит. Другой ребенок занят одной и той же работой 7–8 дней подряд. Третий заинтересовывается возможностями, скрытыми в числах или арифметических пособиях, и упорствует в этой работе день за днем, пока его знания не дадут ему полного удовлетворения.

На основе внутреннего порядка, создаваемого внутренней самоорганизацией, интеллект строит свой «замок» и растет – не спеша, спокойно, как с момента рождения самопроизвольно растет каждый живой организм.

Теперь я могу обрисовать только зачаточную идею практических возможностей для определения средних уровней внутреннего развития по возрастам. Нам еще понадобится много совершенных экспериментов, где при однообразном составе детей, вполне подготовленной обстановке и умелых учителях представится подходящий материал для наблюдения. Тогда изучающие вопрос смогут вести научную работу – работу, которая будет отличаться даже большей точностью, чем то, чего достигают при теперешних измерениях тела и определении математических средних роста.