Принципы экономики. Классическое руководство - Томас Соуэлл

Идеи экономистов и политических мыслителей — и когда они правы, и когда ошибаются — имеют гораздо большее значение, чем принято думать. В действительности только они и правят миром. Практики, которые считают себя совершенно не подверженными интеллектуальным влияниям, обычно бывают рабами какого-нибудь экономиста прошлого. Безумцы, стоящие у власти, которые слышат голоса с неба, извлекают свои сумасбродные идеи из творений какого-нибудь академического писаки, сочинявшего несколько лет назад. Я уверен, что сила корыстных интересов значительно преувеличивается по сравнению с постепенным усилением влияния идей^[157].

Иными словами, согласно Кейнсу, экономисты влияют на ход событий, не воздействуя непосредственно на тех, кто находится у власти в определенный момент. Это происходит за счет принятия определенных общих убеждений и установок, создающих контекст, в условиях которого действуют политики и мыслят те, кто формирует общественное мнение. В этом смысле меркантилисты по-прежнему влияют на современное мировоззрение — спустя столетия после того, как Адам Смит решительно опроверг их идеи.

Вопрос, формируют ли события экономику, — более спорный. Когда-то было широко распространено мнение, что на идеи влияют обстоятельства и события — и экономические идеи не исключение. Несомненно, что-то в реальном мире заставляет людей задумываться о них, как это, несомненно, истинно в случае естественных наук и математики. Геометрия получила толчок к развитию в Древнем Египте, поскольку после каждого разлива Нила приходилось заново чертить границы между владениями разных людей.

Это один из видов влияния. Многие верят в более прямое влияние — например, считают, что Великая депрессия породила кейнсианскую экономику. Но даже если Великая депрессия вдохновила Кейнса на размышления, а его идеи распространились среди экономистов всего мира, насколько типичным был такой путь исторического развития экономики, не говоря уже о путях исторического развития идей в других областях?

При открытии закона всемирного тяготения Ньютоном падали ли предметы чаще и создавало ли их падение больше социальных проблем? Когда Адам Смит писал «Богатство народов», свободные рынки встречались не так уж часто, ведь он защищал их именно из-за неудовлетворенности последствиями различного рода государственных вмешательств, которые происходили тогда повсеместно^[158]. В XIX веке экономика сделала огромный шаг вперед, перейдя от теории цен, определяемых производственными затратами, к теории цен, определяемых потребительским спросом, но вовсе не в ответ на изменения производственных затрат или потребительского спроса. Это было просто непредсказуемое появление нового взгляда на пути разрешения проблем в существующей экономической теории. Что касается депрессий, то они случались и до 1930-х годов, но никаких кейнсов при этом не появлялось.

Лауреат Нобелевской премии Джордж Стиглер указывал, что важные события в реальном мире не всегда имеют интеллектуальные последствия. Он писал: «Война может опустошить целый континент или уничтожить целое поколение, не ставя никаких теоретических вопросов». К несчастью, разрушительные войны прокатывались по континентам много раз в течение столетий, так что поводов для интеллектуальных вызовов посреди катастроф было сколько угодно.