Секс в океане или Тайна зарождения жизни - Мара Хардт

Но, прежде чем это произойдет, мужественному детолюбивому коньку нужно убедить самку расстаться с самыми драгоценным, что у нее есть, и доверить свои яйца ему. С другой стороны, самке нужно убедиться, что самец не подведет и окажется при ней, когда яйца созреют. Созревшую икру она способна удерживать в себе максимум два-три дня, после чего так или иначе ее вымечет, – и в случае неявки самца это будет колоссальным стрессом и напрасным расходом энергии для самки. Чтобы притереться друг к другу и отрепетировать совместные действия в кульминационный момент их романа, самцы с самками устраивают ежедневные пробные прогоны на протяжении всех пяти-шести месяцев брачного сезона. Из-за скрытности и загадочности этих существ наши знания обо всех примерно сорока видах морских коньков до сих пор весьма ограничены. Тайно пронаблюдать в период ухаживания нам удалось за представителями лишь считанных видов, – и начинающийся каждое утро ритуал ухаживания, открывшийся нашему взору, чем-то напоминает сцену бала из какого-нибудь романа Джейн Остин.

Кавалер приближается к даме, учтиво склонив голову и галантно поводя плавниками, приотворяет карман для хранения икринок, раздувает его до предела, показывая товар лицом. Он может даже специально высветлить брюшко, чтобы выгодно подчеркнуть, какая у него замечательная сумка для будущих мальков. Если даме нравится увиденное, она от взаимности светлеет и учтиво кивает кавалеру в знак согласия завязать с ним роман. После первого знакомства герой и героиня расстаются задолго до наступления темноты, как и положено добропорядочным одиноким дамам и кавалерам викторианской эпохи.

Затем в течение нескольких месяцев самка ежедневно на рассвете медленно заплывает на территорию самца, а тот уже терпеливо дожидается ее появления на привычном месте свиданий. При встрече и он, и она наливаются краской, будто стесняются друг друга. Затем оба цепляются хвостиками за какую-нибудь водоросль – и начинают кружиться в танце вокруг этой общей привязи, при этом круги самца шире и размашистее, а самка скромно остается на внутренней орбите взаимного кругообращения. Но длится этот тур вальса считанные секунды, а затем пара отпускает стебель – и переплывает параллельными курсами, бок о бок, к следующей подводной травинке. По пути от одного куста водорослей к другому самец часто оплетает своим хвостиком хвостик самки – точь-в-точь как джентльмен, берущий даму под ручку на утренней прогулке. При этом флирт с танцами повторяется несколько раз, а на всю церемонию бального приветствия уходят считанные минуты.

После первого знакомства самка за несколько дней доводит яйца до кондиции и выметывает икру в сумку к самцу. Затем мимолетные ежедневные танцы продолжаются, похоже, с целью мониторинга самкой хода беременности у самца и соответственной корректировки темпов вызревания следующей партии яиц. У морских коньков секс повторяется сразу после появления на свет потомства от предыдущего совокупления.

В отличие от самок большинства видов, которым после родов требуется восстановление, самцы морского конька, выпустив предыдущий завод мальков на волю, готовы к приему новой партии – что называется, с корабля на бал. Следующее свидание из обмена дежурными вежливостями превращается в полномасштабный акт соблазнения самки. Разрождаются мальками самцы обычно под покровом ночи, а на следующее утро «ожеребившийся» конек дает самке понять, что готов на большее, нежели просто танцы, намекая на это энергичными, конвульсивными телодвижениями. Он попеременно то складывается пополам, поджимая хвост к голове, то резко распрямляется. За счет этого он промывает свою брюшную сумку, которая затем заполняется водой и разбухает. Самка морского конька находит налившееся брюшко жгуче сексуальным и, некоторое время полюбовавшись показом, утвердительно указывает рыльцем вверх, как бы соглашаясь и предлагая подняться в спальню на верхнем этаже и заняться чем нужно.

Ухаживание, которое предваряет икрометание, может длиться долго – до девяти часов, как было захронометрировано у одного из видов. Наконец после недель ежедневных проходных танцев и часов прелюдии парочка всплывает от придонных водорослей повыше и совершает половой акт, занимающий всего-то секунд пять. В этом отношении самки морского конька мало чем отличаются от самцов большинства видов животных. Увы, популяции морского конька сильно выбиваются из общего ряда неумением справляться с демографическим давлением, оказываемым на них любителями рыбной ловли.

Засушенных морских коньков по-прежнему продают как сувениры, в толченом виде используют в народной медицине, в частности для повышения мужской потенции и в качестве афродизиака, – и это при их-то невинных ухаживаниях и скоротечности редких совокуплений. Дополнительный урожай собирают на продажу аквариумистам, хотя в неволе морские коньки приживаются крайне плохо из-за привередливости в пище (им требуется живой криль) и подверженности гибельному стрессу. За последние десятилетия популяции морских коньков сильно поредели и оскудели ради удовлетворения спроса на двух вышеописанных рынках. Причем урон их поголовью из-за вылова оказался куда серьезнее прогнозируемого именно из-за особенностей репродукции.

В отличие от большинства видов рыбы, массово мечущей икру в воду или откладывающей ее в гнезда, поголовье морских коньков дополнительно ограничено вместимостью брюшного кармана самца. В зависимости от вида и индивидуальных особенностей, самец единовременно способен вынашивать от десятка до нескольких сотен икринок. За весь сезон размножения, длящийся около полугода, даже принося приплод дважды в месяц, пара морских коньков способна разродиться максимум тысячей-другой мальков. Это мизер по сравнению с плодовитостью какой-нибудь, условно говоря, трески, чьи самки выметывают за раз миллионы икринок, а самцы ее исправно оплодотворяют, обильно поливая молоками. В этом первая и главная причина стремительного сокращения популяций морских коньков в случае их отлова: они просто физически не успевают воспроизводить потери.

Во-вторых, при всей романтичности крепкой обоюдной привязанности самца и самки, существующей у отдельных видов морских коньков, оборотной стороной является их повышенная репродуктивная уязвимость: вот, предположим, выудили люди самца морского конька, а самка всё продолжает день за днем возвращаться на его территорию, прежде чем до нее доходит, что он исчез с концами и надо искать другого партнера; но и после этого она будет далеко не сразу готова к новому спариванию, ведь ее цикл овуляции был синхронизован с беременностью прежнего партнера. То есть овдовевшие самки с большой вероятностью выпадут из репродуктивного цикла до конца текущего сезона размножения. То же самое касается и самцов, лишившихся самки трудами рыболова. Особенно тяжело приходится овдовевшему беременному отцу: ему приходится сначала в одиночестве донашивать и рожать мальков, а затем начинать весь цикл поиска и обхаживания партнерши с нуля, и даже в случае успеха потребуется еще несколько дней на синхронизацию цикла овуляции новой самки.

Сокращение числа возможностей для спаривания и снижение поголовья мальков образуют порочный круг, приводящий к быстрой депопуляции даже при низкой промысловой нагрузке, о чем четверть века тому назад мы даже не догадывались. Теперь нам это известно доподлинно. Чем больше у нас результатов детальных исследований особенностей ухаживания, спаривания и размножения морских коньков, тем реалистичнее мы можем оценить максимально допустимые лимиты их вылова. Кроме того, не стои_́т на месте и наука их разведения в неволе, и в последние годы крупные программы помогают успешно воспроизводить внушительные поголовья очаровательных миниатюрных морских жеребят, которых хватает на поставки и аквариумистам, и производителям средств народной медицины, и на восполнение естественных популяций. И это единственно верные шаги по сохранению уникальнейшего вида животных, у которого самцы в буквальном смысле вынашивают потомство.