Планета футбола. Города, стадионы и знаменитые дерби - Семен Павлюк

22:00. Вечер после матча

Раз уж нужно было целиком расписать день от завтрака и до футбола, то показали и вечер. Субботняя кальянная, переполненная людьми, крепкий турецкий кофе, который подают с водой. Я, конечно, только делал вид, что его пил – перед сном накачаться лошадиной дозой кофеина? Спасибо, дураков нет.

А вот кальян меня все-таки уговорили попробовать. В то время футболистов сборной России как раз обвиняли, что перед провальным матчем в словенском Мариборе они якобы кальян курили. Вместо того, чтобы читать футбольные учебники в номере.

История эта, скорее всего, полная ерунда, но в результате турецкий дымный порок и наш футбол на какое-то время сроднились. Вот Сеня меня и убеждал: надо покурить в кадре!!! Я все-таки поддался на уговоры.

Принесли кальян, установили камеру. Леша окинул меня строгим взором.

– Повернись в профиль. Давай!!!

Я воткнул муншдтук и попробовал. Официант уверял, что это вкус яблока. Яблока я не ощутил, зато отчетливо почувствовал, как дым пошел из ушей. Омерзительное ощущение. На лице я изобразил удивленное выражение лица, а сразу после съемок засадил полную чашку кофе, чтобы убрать с языка гадостный привкус.

Спать моментально расхотелось, так что мы еще успели снять финальную сцену. Стамбульские прогулки закончились в хостеле (в общежитии, проще говоря) с видом на Святую Софию. Все еще хотелось убедить людей, что ночлег даже при наличии 10 евро в кармане не проблема. Так что мы отправились в общую комнату, где я нагло врал зрителям, что уже ночевал на этой койке семь лет назад. Ночевал там на самом деле Сеня, но это уже детали.

Последний кадр фильма о стамбульском футболе – Святая София за окном. Красиво.

Как только мы заговорили о съемках в Стамбуле, я уже знал: если будем снимать сюжет про отель, приведу группу на крышу гестхауса Mavi. У меня за плечами более ста стран, сотни самых экзотических мест ночлега, но именно этот бюджетный отель в закоулках Султанахмета я считаю эталоном хостела. Таким, каким он должен быть. Настоящей берлогой для кочевников с большими рюкзаками за спиной, полным неопределенности будущим и снами о чем-то большем.

Это сейчас над крышей надстроен фактически еще один этаж, где теснятся многоэтажные кровати. А тогда лишь трепетавший на ветру тент защищал от дождя стоящую на крыше одинокую раскладушку с наваленной на нее полдюжиной одеял.

«У нас тут холодновато ночью, – с улыбкой сообщил мне тогда владелец гестхауса. – Впрочем, ты из России, поэтому можешь спать в плавках. Летом у нас тут на крыше человек двадцать ночуют, но зимой обычно никого. Правда, весь прошлый месяц здесь спал какой-то сумасшедший новозеландец. Я каждое утро поднимался на крышу, проверял, околел он за ночь или нет».

Спать оказалось не холодно. Возможно, потому, что в Стамбуле было начало марта. А возможно, потому, что спал я в куртке, шерстяной шапке, шерстяных носках, укутавшись в спальник и еще накрывшись одеялами… В любом случае спал я прекрасно.

Но самое главное, когда я ложился, надо мной, словно огромная луна, висел купол Святой Софии, купающийся в мягком сиянии ночной подсветки. Он был так близко, что, казалось, до него можно дотронуться рукой. Воистину это были одни из лучших ночевок в моей жизни.

1 мая мы закончили съемки и объявили выходной – свободное время до шести вечера. Ребята отправились по магазинам, Джахиде ушла к друзьям, а мы с Сеней отправились на Галатскую башню. Затем поглазели на бурные первомайские демонстрации и разошлись.

Научный руководитель концессии засел с книжкой в кофейне, а я перебрался на пароме в азиатскую часть города. Там и ходил часа три, пока не набрел на христианское (греческо-армянское) кладбище XVI века. Познакомился с армянской семьей смотрителей, которые любезно пригласили меня в сторожку на чашку чая. Я попробовал рассказать гостеприимным хозяевам про свою армянскую бабку, но сделать это оказалось затруднительно: московский журналист не понимал армянский и турецкий языки, а собеседники не очень владели русским и английским. Так что мы просто пили чай и улыбались друг другу.

В шесть вся группа погрузилась в микроавтобус и отправилась в глубь страны. Впереди были Каппадокия, Газиантеп и гора Немрут-Даг. Но начать предстояло со столицы страны – Анкары.

Анкара. Столица с непроизносимыми клубами

Дорога – это всегда прекрасно. В движении все становится простым и наполняется смыслом. Особенно когда вы едете на комфортабельном микроавтобусе, всего пять человек в салоне, в ушах грохочет музыка, жизнь прекрасно прекрасна! И тут ваш водитель – рыженький улыбчивый турок – неожиданно уходит в грезу. Устал. Выключается человек. Проще говоря – засыпает на скорости 110 километров в час на трассе Стамбул – Анкара.

Леша спас нам жизнь. Это не фигура речи, а до ужаса банальный факт. Мы с Вовой о чем-то болтали на заднем сиденье. Илья дремал. А Леша смотрел за дорогой. Именно он крикнул водителю, когда машина резко пошла к обочине. Тот проснулся и успел выправить руль.

Я даже не сразу понял, что случилось. Машина странно завиляла. Все подскочили. До Анкары оставалось 90 километров, и около часа времени мы пели, танцевали, рассказывали водителю анекдоты (он их не понимал, но какая уж тут разница), слушали радио на дикой громкости и надеялись на лучшее. А испугались немножко уже в гостинице.

Вот так мы прибыли в столицу Турции – глубокой ночью, взбудораженные, с литрами адреналина в жилах.

Анкара – современный город. Большинство туристов обходит его стороной. Это город для работы, а не для отдыха. А еще это город с мыслями о настоящем, а не о прошлом или будущем. Анкара не мучается евразийским дуализмом Стамбула, не цепляется за богатое прошлое, не строит воздушных замков долгосрочного развития. Ее работники: десятки тысяч клерков десятков министерств и сотен ведомств работают на сегодняшний день. Поддерживают на плаву турецкое государство.

В Анкаре все логично. Ататюрк совершил правильный с географической точки зрения перенос столица из Стамбула. Прочь от наследия рухнувшей империи. В географический центр новой республики.

И с идеологическо-исторической составляющей полный порядок. Район Анкары – древнейшая часть государства. Современная Турция предпочитает вести свою историю не от принесенного арабами ислама, а от времен хеттской цивилизации, чьи древние города найдены как раз недалеко от Анкары. Все, что смогли собрать из более-менее презентабельных артефактов, выложено в главном музее города – Музее анатолийской цивилизации.

Анкара в основном состоит из казенных министерских и жилых кварталов. Но сохранился и старый квартал Хисар с духом оттоманской Турции. С расположенной здесь же османской крепости открывается отличный вид на его черепичные крыши.

В Анкаре отработали довольно быстро, дня за два. Жить там, наверное, комфортно, а вот смотреть особо не на что. Город сильно разросся за последние 100 лет, сейчас в нем 5 миллионов живет. Центр современный: офисы, фонтаны, магазины, а красочной старины почти не видно. Зато нет и толпы приезжих, с их суетливостью и с неизменными фотоаппаратами.