Один на стене. История человека, который не боится смерти - Алекс Хоннольд

У Мортимера было дурное предчувствие в связи с тем, чего он хотел от Алекса. «Вдруг он разобьется насмерть только из-за нашего фильма? – волновался он. – Не представляю, как я буду жить с этим». Его съемочная группа также была напугана. «Когда мы собрались в Спрингдейле в ночь перед реенактментом (воссоздание реальных событий прошлого), – рассказывает Мортимер, – мы все были на нервах. Мы сидели в пиццерии, ждали, пока Алекс выйдет в туалетную комнату, и говорили друг другу: “Не знаю, должны ли мы делать это”».

«Когда Алекс вернулся, я начал спрашивать его: “Алекс, ты уверен?..”»

Он выкрикнул: «Вы, ребята, такие рохли! Мне позвонить кому-нибудь другому, чтобы заснять это?»

Участки, которые Алекс лез на камеру, – это питчи 5.12 выше ключа в 55–метровом внутреннем углу, где расположена идеальная тонкая трещина, в которой он заклинивал несколько пальцев и которая так вдохновила его, когда он впервые лез этот маршрут соло в апреле предыдущего года. Мортимер: «Было холодно и ветрено. Вид с вершины Moonlight Buttress просто сумасшедший. Он такой же головокружительный, как Эль-Кап. Снимая всего в нескольких метрах от Алекса, мы были предельно осторожны и старались не шевелиться, чтобы не отвлечь его. Не хотелось уронить крышку объектива или задеть даже мельчайший камешек».

Несмотря на это, Мортимер и его оператор были захвачены происходящим. Пальцы в тонкой трещине, ноги будто прилипли к гладкой стене, казалось, что Алекс еле держится на этих незначительных зацепах. Под ним разверзлась пропасть в 250 метров. Если он упадет, то ни обо что не ударится, а рухнет на землю у подножия стены. В этот момент Алекс повернулся к камере и сказал: «В общем, вы хотите, чтобы выглядело так, будто это сложно для меня?» По словам Мортимера, Алекс думал: «Этим ребятам, наверное, скучно там». Чуть позднее Алекс зажал колено в щели и внезапно отпустил обе руки. «Kneebar без рук, детка!» – ликовал он.

Несколько месяцев спустя команда Sender, уже немного в другом составе, включая Ника Розена, партнера Мортимера, и оператора Тима Кэмпла, собралась вместе, чтобы заснять повторное прохождение маршрута Regular Northwest Face на Хав-Доум. Тем временем два лучших альпиниста Америки – Джонни Копп и Мика Дэш – исчезли на горе Эдгар в западном Китае. Оба снимались в «The Sharp End» и были представлены в эпизодах исследований Шафат Фортресс (шеститысячная вершина Shafat Fortress) в Индии и пиков Шамони во Франции. Вместе с ними был оператор Вейд Джонсон, который также работал над «The Sharp End». Все трое жили в Болдере и были близкими друзьями сотрудников Sender Films. Sender снимал фильм о попытке восхождения на массивную, непокоренную юго-восточную стену горы Эдгар.

Это произошло, когда трое путешественников пропустили обратный рейс из Ченгду, где позже была начата спасательная операция. Лучшие скалолазы из Болдера и других мест, включая Ника Розена, сразу же вылетели в Китай, чтобы начать поиски. Им помогали китайские войска. 7 июня 2009 года тело Коппа было найдено у подножия стены, тело Джонсона обнаружили на следующий день. Очевидно, гигантская лавина, смешанная с камнями, снегом и льдом, обрушилась на стену, засыпав альпинистов. Тело Дэша так и не нашли.

Удивительно, но большая часть съемок Джонсона осталась неповрежденной и была восстановлена в базовом лагере. Мортимер и Розен использовали их, чтобы смонтировать фильм в честь своих друзей. «Точка невозврата» – «Point of No Return» – незабываемое произведение. Уже зная о судьбе трех молодых альпинистов, вы смотрите их трогательные прощания с девушками в аэропорту, шумные выходки в базовом лагере – и испытываете чувство подбирающегося страха. Вы видите чудовищный, практически непрерывный шквал обрушивающихся камней и льда, который заставил троих отказаться от маршрута до начала восхождения.

Мучительно видеть, что последней целью альпинистов было просто взобраться к бивуаку над базовым лагерем и забрать оставленное там несколькими днями ранее снаряжение. Глядя на то, как они идут прямо к своей гибели, вам хочется закричать в экран: «Просто идите домой! Оставьте эту чертову снарягу!»

Из-за катастрофы, которая потрясла все американское сообщество альпинистов и скалолазов, Мортимер и Розен подошли к Хав-Доум вместе с Алексом в мрачном, даже подавленном настроении. «У нас просто не хватало смелости делать что-то сумасшедшее и экстремальное, – говорит Мортимер, – мы решили ограничиться съемками самых легких нижних питчей, а затем спуститься с вершины к Зигзагам и Thank God Ledge, чтобы снять последние питчи».

Несмотря на опасения и печаль создателей фильма, «Один на стене» получился в целом жизнерадостным, а в некоторых местах даже беспечным. Этот фильм – маленький шедевр. Невозможно наблюдать, как Алекс выполняет свой танец без веревки на вертикальной скале, чтобы от просмотра не вспотели ладони. И среди скалолазов, и тех, кто никогда не лазал по горам и стенам, этот фильм рождает бурный спор о моральности фри-соло (хотя некоторые профаны просто не могут вынести просмотр фильма).

Доказательством кинематографического мастерства Мортимера и Розена является то, что большинство зрителей не осознают, что они смотрят реенактмент. Вместо этого фильм выглядит и воспринимается как документальная лента о двух смелых подвигах скалолазания XXI века. В качестве отступлений между эпизодами с Moonlight Buttress и Хав-Доум в фильме включены забавные вставки. Во время одной их них Алекс проводит экскурсию по своему фургону, который служит ему домом. Ведущий – Розен – спрашивает: «У тебя бывает здесь много девушек?» В ответ Алекс хохочет: «Я выгляжу так, будто у меня здесь бывает много девушек?» Во время другой вставки съемочная группа наносит визит в дом детства Алекса, в Сакраменто. Его мать, пока Алекс ежится от смущения, с гордостью показывает все обложки журналов, на которых размещены фотографии сына.

Иногда фильм выглядит даже немного легкомысленным, когда, например, Алекс ест из миски веткой дерева, используя ее как столовый прибор. Он использует ветку, словно обезьяна, выискивающая муравьев. «Это то, что делает нас людьми», – острит Алекс.

Изюминка фильма «Один на стене», конечно, заключается в восхитительных съемках Алекса на двух стенах. Вперемежку с этим действием звучат фрагменты комментариев приятелей Алекса. Один из его лучших друзей, Седар Райт, говорит: «Когда вы встретите Алекса Хоннольда, вы, наверное, подумаете: «Уф, этот парень неуклюжий, бестолковый, странный недотепа». Это происходит до того, как он начинает подниматься по скале и превращается в совсем другого человека. Он становится уравновешенным, грациозным, расчетливым и крутым чуваком». Джон Лонг, стоун-мастер, один из первопроходцев Носа на Эль-Капитан за один день в 1975 году, изумляется фри-соло Алекса на Хав-Доум: «Необходимо определенное чутье, чтобы забраться туда, но нужны также и огромные яйца, чтобы действительно сделать это». Приятель Алекса Ник Мартино признает: «Чокнутый Хоннольд ходит по луне, насколько я понимаю».

Пока идут съемки лазанья, Алекс комментирует за кадром: «Есть маленькие вещи, о которых нужно думать, такие как левая и правая стороны или последовательность движений. Но на самом деле я ни о чем не думаю – просто делаю». И еще: «Мне нравится простота соло. Вы никогда не лезете лучше, чем когда идете фри-соло». А также: «Сомнение – самая большая опасность в соло. Как только вы начали сомневаться – вам крышка». Похоже, что даже Алекс в конечном итоге осознает масштабы того, что он делает. Стоя на вершине Moonlight Buttress, он улыбается от счастья и произносит: «Когда я думаю об этом… это так здорово!»