Мир, полный демонов. Наука - как свеча во тьме - Карл Эдвард Саган

Иногда на человеческое лицо оказывается похож овощ или узор на спиле дерева или пятно на боку у коровы. Известна история про баклажан — вылитый Ричард Никсон^[29]. Какой из этого сделать вывод? Тут божественное вмешательство или инопланетяне потрудились? Республиканцы вывели генетически модифицированный баклажан? Нет. Просто в мире каждый год вырастают миллионы баклажанов, и рано или поздно среди них попадется овощ, похожий на человеческое лицо, в том числе и на лицо конкретного человека.

Если это лицо окажется еще и похожим на чтимый в религии образ — тортилья с ликом Иисуса, — верующим померещится чудо. В наш скептический век все жаждут подкрепления своей веры. Но неужели чудо израсходовали на какую-то тортилью, которая через пару дней зачерствеет? Учитывая, сколько таких лепешек печется из года в год, почему бы некоторым из них и не смахивать на знакомое лицо?^[30]

Волшебные свойства приписывались женьшеню и корню мандрагоры из-за отдаленного сходства с человеческим обликом.

Иной раз на каштане разглядишь улыбающуюся рожицу. Попадаются пятипалые, как ладонь, кораллы. Гриб, называемый в народе «иудиным ухом»^[31], в самом деле похож на ухо, а на крыльях многих мотыльков мерещатся огромные глаза. Иногда это не случайное совпадение: такая маска внушает страх всякому, кто хотел бы поживиться этим животным или растением: растение кажется живым, мелкое животное принимают за морду хищника. «Ходячий сучок» — насекомое палочник, известное умением прикидываться веточкой. Разумеется, оно предпочитает жить на дереве. Маскируясь под свое окружение, это насекомое успешно прячется от птиц и других врагов. Можно с уверенностью предположить, что столь необычную форму оно получило в результате описанного Дарвином естественного отбора. Но все же подобные нарушения границы между различными природными царствами смущают. При виде палочника ребенок с ужасом представляет себе целую армию сучков, ветвей, огромных деревьев, грозно марширующих на лесное сражение.

Многие примеры такого рода перечислил и проиллюстрировал в книге «Природное сходство» (Natural Likeness, 1979) британский поклонник тайн и оккультного мира Джон Мичелл. Автор близко к сердцу принял аргументы Ричарда Шейвера^[32], с которого и началась «инопланетная лихорадка» в Америке (об этом речь пойдет ниже). Шейвер раздолбил огромный камень на своей ферме в Висконсине и обнаружил внутри видимую только ему (и лишь ему, разумеется, внятную) историю мира, записанную пиктограммами. Мичелл также принимает за чистую монету утверждение драматурга-сюрреалиста Антонен Арто, которому мескалин помог разглядеть на скалах и камнях эротические изображения, сцену пыток, свирепых хищников и т. д. «Весь окружающий нас пейзаж — проявление единого замысла», — пишет Мичелл. Ключевой вопрос: где существует этот замысел — в голове Арто или в мире? Мичелл соглашается с мнением Арто: рисунки на скале созданы древней цивилизацией, а не галлюцинациями самого Арто под влиянием наркотика. По возвращении из Мексики во Францию Арто угодил в психическую лечебницу, но Мичелл уверен: это «материалистические заблуждения» помешали признать открытия гения.

Мичелл опубликовал в своей книге рентгеновский снимок Солнца, в котором можно смутно угадать черты человеческого лица, и сообщил, что «последователи Гурджиева^[33] узнают в короне Солнца лик своего наставника». Все эти лики в деревьях, скалах, валунах по всему миру считаются творением древних цивилизаций. Кое-какие из них и вправду рукотворны: стащить отовсюду камни и сложить их в подобие гигантского лица кому-то покажется религиозным подвигом, а кому-то — забавной шуткой.

Мичелл отбрасывает как «материалистический», «порожденный заблуждениями XIX столетия» аргумент, что большинство таких образов возникает в результате естественных процессов формирования и выветривания гор, порождается присущей растениям и животным двусторонней симметрией, а порой эволюционными уловками, к тому же наш мозг, настроенный вычленять человеческие образы, преувеличивает сходство. «Рационалистические представления обедняют наше мировоззрение, и мир, вопреки замыслу природы, становится замкнутым и скучным». Природа сообщила свой замысел Мичеллу на ушко?

Представленные им в книге образы кажутся Мичеллу: