Лекарство от иллюзий - Елена Усачева

– Что ты стоишь? – вскочила Маканина. – Ищи!

Но Андрюха не сдвинулся с места.

– Что ты на меня так смотришь? – опешила Олеся.

Глаза Васильева на мгновение дернулись в сторону, но он быстро успокоился.

– Ас чего мне на карачках ползать? – Голос выдавал его волнение. – Ты потеряла, ты и ищи.

– Я потеряла?! – ахнула Маканина. – Да все видели, что ты конверт взял!

– Никто не видел, – подала голос Рязанки-на. – Конверт был у Беленькой, вот она за него и отвечает!

– Мы его отдали, – вступила Стеша, но Маканина задвинула ее себе за спину. Соседка в этом деле была явно не боец.

– Э, а деньги где? – запоздало очнулся Когтев.

– Тебе же сказали – в Караганде! – огрызнулся Васильев и бухнулся на свое место.

– Выворачивай карманы! – кинулась к Анд-рюхе Олеся.

– Э! Отвали! – потянулась было загородить любимого Ксюша, но Васильев остановилее.

– Да пожалуйста! – легко бросил он, щелкнул замком портфеля и вытряхнул его небогатое содержимое на стол. Туда же полетели платок из кармана и мелочь.

– Рязанкина! – повернулась к Ксюше Мака-нина.

– Ты что? – покрутила пальцем увиска Ксюша. – Крейзи?

– Не спорь, – Андрюха был спокоен. – Пусть убедится.

– Да на! Подавись!

Рязанкина бросила Олесе свою сумочку.

Пальцы не слушались. Сердце колотилось где-то под горлом. Голова кружилась. Мир вокруг рушился. Всё было неправильно. Всё! Этого не должно было случиться!

Конечно, в сумочке ничего не нашлось. Это было и так понятно. В другом месте надо искать. И чем быстрее, тем лучше. Пока народ не разошелся.

– Теперь ты!

Требование не сразу дошло до Маканиной. Она подняла ничего не понимающие глаза.

– Выворачивай карманы! – усмехнулся Васильев.

Олеся машинально похлопала себя по бокам. Она была в короткой шерстяной юбке и свитере.

– Но у меня нет, – заторопилась у нее за спиной Беленькая. Послышалось шуршание тетрадок – Стеша выкладывала все из портфеля на стол.

– Не так! – поморщилась Олеся и обернулась. – Ведь кто-то его взял!

– Хочешь, у меня посмотри! – мило улыбнулась ей Лиза.

Маканина быстро глянула в ее уверенное лицо и сжала кулаки.

– Все выворачивайте карманы! – крикнула она. – Ну, живо!

Притихший класс зашевелился. Кто-то потащил портфель на парту.

Хлопнула дверь. Весь румяный от мороза в класс вошел Быковский. С его появлением все сразу замолчали. Олеся мрачно глянула на полуоткрытые портфели – никто не сопротивлялся проверке, а значит, у них денег не было-ипо-шла обратно к своей парте.

Какого черта она все это устраивает? Как будто ей больше всех надо! Васильев потерял, вот пускай и разбирается.

– Садись на место, – прикрикнула она на замершую Стешу. – Это теперь его дело!

Андрюха странно тряхнул головой и плюхнулся на стул.

– А как же?… – Беленькая и не думала садиться.

– Никак! – взорвалась Олеся. Она схватилась за голову, не в силах понять – что произошло? Васильев сделал это специально или он действительно ухитрился конверт потерять? Но где он мог его посеять, если дальше подоконника не отходил и в карманах у него ничего не лежит?

Голова шла кругом.

Начался урок. Олеся и половины не услышала из того, что говорила биологичка. Учительница откуда-то достала аквариум с тремя золотыми рыбками, рассказывала о видоизменениях представителей семейства карповых.

Все это шло мимо Маканиной.

Разболелась голова, и, сколько Олеся ни успокаивала себя, что это теперь не ее проблема, ничего не помогало. В памяти раз за разом всплывал образ пухлого конверта, который не мог просто испариться в воздухе или куда-то завалиться так, что его не было бы заметно. Это же не иголка, которая упала и ее не видно! Конверт большой, толстый. Там лежало много мятых-перемятых купюр, он аж весь коробился от них. Куда такая огромная пачка могла деться? Ее даже в карман не засунешь, такая она большая!

Неужели украли? Но из класса никто не выходил, значит, деньги еще здесь, и если поторопиться, то можно успеть все вернуть обратно. Как же хотелось промотать пленку жизни назад, поставить на паузу и сразу все понять!

– Рыбки! Золотые! – в восторге шептала Стеша.

– Смотри, Олеся, желание можно загадывать!

– Ага, – мрачно буркнула Маканина. – Сейчас самое время загадать, чтобы история с деньгами закончилась благополучно.

– Да не волнуйся ты так, найдутся они, – махнула ладошкой Беленькая. – Кто-нибудь взял по ошибке и, когда обнаружит это, сразу вернет.

– Вернет, – тягостно вздохнула Олеся. В честность своих одноклассников ей верилось с трудом.

Прозвенел звонок, но никто не вставал. Все слышали разговор о пропавшем конверте и теперь с интересом косились на Васильева, ожидая, что он будет делать.

– А почему вы на меня смотрите? – не выдержал Андрюха. – Я тут ни при чем! У нас ответственной за деньги была новенькая! Вот пусть она за них и отвечает.

– Но мы тебе отдали! – вспыхнула Стеша, казалось, за время урока она забыла обо всем.

– А не надо было отдавать! – отрезал Васильев. – Все, меня эта тема больше не касается.

Он подхватил сумку и пошел на выход.

– Быковский! – окликнула уже стоящего в дверях Павла Курбаленко. – Замри на пять секунд.

Вставая, она поправила выпавшую из прически прядь волос. Что же она задумала?

– Подождите! – не выдержала Олеся. – Почему вы все глаза отводите, как будто ничего не произошло! Деньги-то куда делись?

Лиза мгновение смотрела на мечущуюся по классу Маканину и, подхватив Павла под руку, вышла в коридор.

Ладно, Курбаленко стояла около другого окна, она взять не могла. Дальше в дверь потянулись Волков, Смолова, Плотникова… Сегодня она скоренько собралась. Обычно копается полперемены. Или в столовую спешит? Марго что-то долго ищет в своей сумке. Прячет конверт на самое

дно?

Да какая ей разница! Даже если деньги пропадут окончательно, ее это не заденет. Беленькая с Васильевым пусть теперь выясняют, кто кому и что должен. Зачем она опять во все это лезет? Только руку испачкала об эту дурацкую батарею.

Класс пустел. Учительница понесла аквариум на шкаф.

– Когтев, – вздохнула она, разглядывая художества Стаса в учебнике – он разрисовал все картинки синей ручкой. – Тебе надо было в художники идти. В следующий раз будешь мне карту рисовать.

– А почему я? – протянул Когтев, спешно складывая тетрадки. – Не надо мне ничего.