Где ночуют зебры? - Анна Данилова

– Нет. Он исчез. Думаю, что он оторвался от меня, когда миновал арку. Скорее всего, где-нибудь в глухом дворе оставил машину, на которой и уехал…

– Какие странные вещи начали происходить сразу же после того, как мы вернулись в Москву, – произнесла Маша задумчиво. – Меня преследует какой-то неизвестный с глазами, налитыми кровью. В нашем дворе появился крокодил, – она кивнула на брата, – вон у Никитки даже доказательства имеются. В Ставрополье приземлилась летающая тарелка. А где ты, Никитка, нашел своего сгоревшего инопланетянина? – Она спросила это безо всякого подвоха, словно речь шла не об обугленном трупе кошки.

– Вообще-то в мусорном баке, – покраснел Пузырек. – В нашем дворе.

– Я не могу не признать, что теория существования внеземных цивилизаций привлекательна и, скорее всего, имеет под собой вполне реальную основу. Но у меня такое чувство, что всему происходящему можно будет уже в ближайшее время найти очень простое объяснение.

Это произнес Дронов. И после его фразы в комнате воцарилась тишина, во время которой каждый думал о своем отношении к НЛО и прочим фантастическим явлениям, предполагающим присутствие на Земле инопланетных существ.

Первой очнулась Маша.

– Мне надо домой. Вы проводите меня? Только сначала продиктуйте адрес этого Монастырского…

– Записывай…

Из штаба вышли все вместе и двинулись к Машиному дому. По дороге встретили Максима Гришина. Он учился классом ниже Горностаева и жил в одном с ним доме. Все во дворе знали, что его мать – пьющая, а потому совсем не удивлялись, что Максим, вместо того чтобы ходить в школу, мыл машины на стоянке, торговал сигаретами или газетами в метро, а то и вовсе пропадал где-то, пытаясь самыми разными способами раздобыть себе денег. Он рано повзрослел, превратился в озлобленного и «кусачего» парня, но вот ростом напоминал первоклассника – раннее пристрастие к курению приостановило, очевидно, его развитие. Да и голод, который постоянно терзал его, тоже был этому причиной. И как бы он себя ни вел, в какие бы истории с мелкими кражами или драками ни влипал, Горностаев уважал Максима уже за то, что он не бросает свою мать и никому не позволяет отзываться о ней дурно. Быть может, поэтому Сережа довольно часто угощал Гришина сигаретами, которые потихоньку покупал в соседнем ларьке, как бы показывая тем самым, что и он уже курит, и у него всегда можно их стрельнуть.

Вот и сейчас, увидев Сергея, Максим, сгибаясь под тяжестью тяжелых пакетов, приостановился, опустил свою ношу на землю и махнул Горностаеву рукой.

– Я сейчас, – сказал Сергей, и они отошли с Максимом в сторону. О чем-то пошептались, после чего Сергей достал из кармана что-то и отдал Гришину. Затем он похлопал Максима по плечу и вернулся к ребятам.

– Устроился в какую-то социальную службу, пашет, как вол. Все летом отдыхают, а он, бедолага, работает. Мать опять запила.

– Мне его тоже жалко, – сказала Маша. – Когда я Максима вижу, мне всегда хочется его накормить. Но как представлю реакцию Гришина на мое предложение, так сразу всякая охота пропадает.

– Думаешь, он обидится? – спросил Пузырек.

– Конечно, – почти хором ответили Сергей с Сашкой.

– А я бы на его месте не обиделся. Голод – не тетка. Когда мне хочется есть, я способен простить все, даже унижение, – возразил Пузырек. – Между прочим, мы с тобой, Машка, сегодня не обедали. И я готов прямо сейчас начать унижаться, лишь бы ты меня покормила.

Маша улыбнулась.

– Да, действительно нам пора домой. Скоро уже и родители придут. Только я так и не поняла, говорить им про этого «черного» или нет?

– Я предлагаю вычислить этого парня самим, – сказал Горностаев. – Иначе – грош нам цена.

– Правильно, – поддакнул Никита. – Ты просто одна никуда не выходи, и все…

– В крайнем случае, мы остановим его и потребуем объяснений. Не думаю, что он настолько опасен, чтобы мы втроем не смогли с ним справиться. Да и вообще, должно же быть какое-то объяснение его поступкам, – сказал Дронов. – И разве «домушники» или наводчики себя так открыто ведут?

Они уже подошли к Машиному дому, когда прямо напротив подъезда, в кустах, послышался шорох, и все, обернувшись, увидели парня в черных очках.

«А ведь это маньяк», – с ужасом подумала Маша и вдруг, взглянув себе под ноги, отшатнулась. Сердце ее екнуло, и она схватила стоящего рядом Сергея за локоть.

– Ты чего?

– Осторожнее… Не шевелись… – Она взглядом указала куда-то вниз.

– Ну, я же говорил вам! – радостно захлебываясь, воскликнул Никита. И он тоже увидел на песке уже знакомые следы крокодила. – Смотрите, ведь они же есть, я их не выдумал…

Сергей с Сашкой опустились на корточки и стали внимательно рассматривать большие звездообразные следы на песке, действительно похожие на крокодильи.

– Значит, так, – сказал Сергей, вставая. – Здесь может быть несколько вариантов. Первый – этот крокодил сбежал из зоопарка. Второй – кто-то держит его в доме и выводит по ночам на прогулки. И третий…

– Нам всем крышка, – заключил за него Никита. – Инопланетяне прорываются к нам из других измерений, чтобы остановить прогресс… Они снова возвращаются на Землю, чтобы господствовать на ней. Мы слишком загрязнили нашу планету, а потому наблюдатели из других космических цивилизаций решили вмешаться и остановить этот процесс. Ведь от того, в каком состоянии находится Земля, зависит и их существование…

Маша опять испытала жгучий стыд перед друзьями за брата, который разошелся не на шутку. Но, с другой стороны, следы-то – вот они. Если это не чья-то дурацкая шутка.

– Никита, если это следы настоящего крокодила, то вовсе не обязательно, что он – пришелец из космоса. Поэтому советую тебе успокоиться. Ты и так с самого утра возбужден и бредишь внеземными цивилизациями. Постарайся взять себя в руки.

Никита посмотрел на нее, как на предательницу, но промолчал.

– Все, пойдем, нам пора домой, – Маша взяла его за руку. – Как здесь ужасно пахнет…

– Да уж, я который раз замечаю, что вон оттуда, – Сергей показал на небольшое футбольное поле, зеленеющее за деревьями, – несет тухлятиной. Как будто варят протухшее мясо.

– Это жарят кошек, – огрызнулся обиженный и никем не понятый Пузырек, и в его голосе прозвучали слезы.

Вечер прошел относительно спокойно, родители занимались своими делами и о чем-то спорили на кухне. Никита вставлял в фотоаппарат новую пленку, а Маша примеряла у себя в комнате мамины туфли.

Дело в том, что в Крыму, где она провела чудесный, наполненный морскими и воздушными ваннами месяц, с ее телом произошли кое-какие чудеса. Во-первых, она загорела и действительно изменилась, стала похожа на настоящую девушку. Во-вторых, она стала выше ростом и, что огорчило ее, у нее увеличился размер ноги приблизительно в два раза! Возможно, это произошло из-за того, что она все время плавала в ластах, которые и вытянули ее ноги. Еще мама заметила: «У тебя, Маша, ноги стали как ласты, а у женщины должна быть маленькая ножка». Она бы, может, и не заметила, что у нее выросла нога, если бы не пляжные шлепанцы на толстой пробковой подошве. Как-то раз, уже перед самым отъездом, Маша с трудом смогла надеть их на ноги – настолько они оказались ей малы. Однако если размер ноги увеличился, почему же тогда мамины туфли ей по-прежнему велики, да еще как?! Практически так же, как были велики ей ДО отъезда на море. Парадокс.