Секрет драгоценного мусора. Невероятное везение - Екатерина Вильмонт

И, приняв такое решение, он широко улыбнулся Крузу, с некоторой тревогой на него посматривавшему.

Из-за двери доносился рев пылесоса. И на первый звонок никто не открыл.

– Надо постучать, – сообразил Петька, – а то он не услышит. Тоже мне изобретатель, пылесос воет, как стая волков!

На стук дверь быстро открылась.

– Привет! Давно звоните?

– Нет, не очень! – сказал Петька. – Будем знакомы, Петр!

– Павел!

– Петр и Павел час убавил, Илья-пророк два уволок! – процитировал народную мудрость Игорь.

Они рассмеялись.

– Я сейчас, уберу пылесос, и порядок! А вы пока проходите ко мне.

В комнате Петька огляделся и с уважением в голосе произнес:

– Да! Впечатляет!

Тут появился Пашка.

– Ну, что у вас?

– Паш, тут такое дело… Не хотим мы смириться с тем, что они слиняли! – заявил Петька.

– Понятно, – кивнул Пашка.

– Тем более киллер гуляет на свободе! Короче, пока они где-то прохлаждаются, мы хотим выйти на киллера!

– Но как?

– С твоей помощью!

– А чем я могу помочь? – заинтересовался Пашка.

– Ты в каких отношениях с этим Жориком?

– Да ни в каких. Здрасьте – до свиданья!

– А с его отцом?

– Ну, с ним я даже и здороваться перестал. Он никогда не отвечает, глядит, как будто сквозь тебя, ну, мне и надоело…

– Это скверно… А ты случайно не знаешь, Жорик чем-нибудь увлекается? Ну, скажем, шахматами, машинами, огородом, может, коллекционирует что-нибудь?

– Точно, коллекционирует! – закричал Пашка. – Дореволюционные журналы.

– Чего?

– Ну, еще до революции выпускали разные журналы…

– До какой революции? – уточнил Петька.

– То есть как до какой? Семнадцатого года.

– Ну ни фига себе! – расстроился Петька. – Тоже мне коллекция… А ты откуда про нее знаешь?

– А он у нашей соседки по площадке купил целую кучу таких журналов…

– Стоп! – воскликнул Игорь. – Нет проблем! Найдем журнальчик!

– Где? – поразился Петька.

– У нас есть! Называется «Столица и усадьба»! На антресолях целый чемодан! Мама давно хочет их выкинуть, а отец не позволяет. Уж один-то журнал я точно уведу, никто не заметит!

– А вдруг у него уже есть именно этот журнал? – спросил Пашка.

– Неважно, это ведь только повод для знакомства! – воодушевился Петька. – А ты не мог бы ему сейчас позвонить?

– У них нет никого, они на даче. Но как только появятся, я позвоню. Хотя, честно сказать, мне не очень удобно…

– А что ж тут неудобного? – удивился Петька. – Позвонишь и скажешь, так, мол, и так, я знаю, что вы собираете старые журналы, а у моего приятеля есть «Столица и усадьба». Если вам надо… ну и так далее… А кстати, ты не в курсе, это дорого стоит?

– Понятия не имею… Но вроде не очень. Что-то соседка говорила, будто… Нет, не помню.

– Да ладно, мы же не наживаться на этом собираемся, сколько даст, все хорошо… Главное, чтобы заинтересовался.

– Это да… Ой, надо цветы полить, а то мама мне башку открутит, – воскликнул Пашка, хватая пластмассовую лейку.

– А ты что, все это время их не поливал? – ахнул Игорь.

– Поливал раза два! Но к ее приезду они должны быть сырыми! Ребята! – вдруг завопил он. – Глядите, Жорка с папашей приехали!

Мальчики подскочили к окну. У подъезда стоял старенький «жигуленок», из которого вылез пожилой мужчина высокого роста, с довольно длинными седыми волосами, неряшливо одетый. Не оглядываясь, какой-то деревянной походкой он вошел в подъезд.

– А Жорка? – спросил Игорь.

– Сейчас, сейчас, – успокоил его Пашка.

Действительно, вскоре вылез и Жорка – стройный мужчина лет двадцати восьми. Он открыл капот и занялся мотором.

– Ну, это надолго! Движок старый, он его все время латает! – сообщил Пашка.

– Отлично, идем скорее к нему! – воскликнул Петька.

– И что мы ему скажем? – растерялся Пашка.

– Неважно, что-нибудь да скажем!

Они быстро спустились вниз. Жора по-прежнему копался в моторе.

– Здрасьте, Георгий Васильевич! – откашлявшись, сказал Пашка.

Тот поднял голову.

– А, сосед! Добрый день!

Петька решил взять инициативу в свои руки.

– Паш, это тот самый Георгий Васильевич? – нарочито громко спросил он.

– Какой это тот самый? – засмеялся Жора.

«А он симпатяга», – подумал Петька.

– Да вот, Паша говорил, будто вы старые журналы собираете…

– Старые журналы? Точно, собираю! А у тебя что, есть что-нибудь?

– Есть! – кивнул Петька. – «Столица и усадьба».

– А за какой год?

– Тринадцатый, четырнадцатый, пятнадцатый, – подсказал Игорь.

– И что, ты можешь мне их продать?

– Все? – растерянно спросил Петька.

– Да нет, все не нужно, а вот если бы у тебя нашелся третий номер за четырнадцатый год и второй за пятнадцатый…

– Так ничего сказать не могу, надо поглядеть…

– Вот-вот, погляди! И запиши мой телефон! Тебя как звать-то?

– Петр!

– Очень приятно, Петр! Слушай, а твои родители не будут возражать?

– Нет, что вы!

– Тогда порядок! Значит, буду ждать твоего звонка. – Он захлопнул капот и вытер руки ветошью. – Ну, пока!

И он вошел в подъезд.

– Круз, ты извини, друг, что я… на себя все взял…

– Да ладно, все равно ты лучше с этим справишься! – вынужден был признать Игорь. – Только давай не будем время терять, махнем сейчас ко мне, пока моих дома нет!

У Крузенштерна действительно никого не было. На кухне лежала записка: «Игорь, мы у Веры. Ждем тебя! Папа».

– Ждут-подождут! – проворчал Игорь, доставая с балкона стремянку.

– По закону мирового свинства именно этих номеров там не окажется, – мрачно проговорил Петька. Почему-то сейчас вся эта затея показалась ему трудновыполнимой и даже безнадежной.

Круз снял с антресолей видавший виды фибровый чемодан и прямо в прихожей на полу открыл его. Там лежали аккуратно перевязанные стопки журналов.

– Обалдеть! – проговорил Петька. – Какая бумага! И только чуток пожелтела! Во качество!