Закон случайностей - Дарья Лаврова

Не одна я оказалась такой умной. Больше десяти человек в разноцветных резиновых шапочках плескались вдоль спортивных дорожек, несмотря на ранний час. Плеск воды, брызги, запах хлорки, новый спортивный купальник – хорошее начало дня.

– Специально прихожу утром, чтобы народу меньше было, – проворчал кто-то за моей спиной. В голосе его слышалось желание поддержки. – Брызгаются! Гнать всех метлой! – Парень засмеялся и красиво нырнул, без предупреждения закончив беседу и подняв целый фонтан. Я не собиралась с ним знакомиться.

Я так и не поняла – говорил он это мне или просто любил думать вслух. Я смотрела на него, следила, как его руки разгребают прозрачно-голубую воду, и ощущала себя героиней дурацкой рекламы сока или жевательной резинки.

– А ты чего не плаваешь? – спросил парень, неожиданно показавшись над водой.

– Не могу надеть шапочку, – честно призналась я.

– Ты стесняешься? – улыбнулся он.

– Нет, – ответила я, откинув на плечо крепко заплетенную косу. – Волосы не помещаются. Шапка на голове не держится, сползает. Не знаю, что делать.

– Давай помогу! – предложил он. – Сейчас придумаем что-нибудь!

Я не стала отказываться.

Игорь полчаса провозился с моей косой и почти сдался.

– У тебя шикарные волосы, – сказал он. – Но шапочка почему-то так не считает. Где ты нашла такую?

– А что с ней не так? – удивилась я.

– Такие шапочки носили больше десяти лет назад. Сейчас такие уже не продают.

– Да, мне ее тетя отдала.

– Тебе нужно купить новую. Сейчас есть нормальные шапки. На твои волосы без проблем налезут. Это точно.

– А где их продают?

– В спортивном магазине. Например, в «Рио» посмотри, там должны быть.

– Спасибо.

Игорь улыбнулся и пошел заниматься дальше. Я вернулась в раздевалку и села на скамейку напротив своего шкафчика, не понимая, зачем я сюда пришла. Я лениво расчесывала волосы и переписывалась с Машкой SMS.

В восемь утра я вышла на улицу. У обочины рядом с машиной возился высокий парень. Он обернулся, будто почувствовав мой взгляд, и спросил:

– Тебя подвезти?

Я не узнала Игоря без резиновой шапочки. Час назад в бассейне он показался мне страшненьким. Да. Страшненьким, но с отличной фигурой. Меня всегда чем-то отталкивали блондины. Но только не Игорь. Он мог быть только блондином, и никем больше. Блондином в черном автомобиле.

– Да нет… – смутилась я. – Мне в школу, тут пять минут идти.

– Как знаешь, – улыбнулся он, потом завел машину и уехал.

На следующий день утром мы снова столкнулись в бассейне. А через день еще раз.

Я рассталась с Парнем Номер Пять – перестала отвечать на его звонки и сообщения. Просто исчезла из его жизни. Точно так же, как это было с четырьмя его предшественниками.

Игорь и я. Мы целовались в хлорной воде – в резиновых шапках и пластмассовых очках. Целовались на заднем сиденье его машины, когда он вечером привозил меня домой. Еще Игорь очень любил мои волосы. Обожал запускать в них руку, гладить, целовать. Говорил, что они потрясающе приятно пахнут. Каждый раз после занятий в бассейне он расчесывал их моей деревянной расческой.

А через два месяца все закончилось. Без истерик и скандалов. Игорь вдруг перестал ходить в бассейн. Не звонил. Исчез. Я подождала неделю. Помню, как сидела на полу, нервно теребила свое кольцо в виде бабочки, смотрела на его имя и номер телефона в мобильнике. Позвонить или нет? Я выбрала третье и удалила контакт из записной книжки. Потому что у меня есть еще и второй любимый принцип – гордость – я никогда не звоню первой.

Мне было обидно, что все закончилось именно так. Он поступил со мной точно так же, как и я с теми парнями, что были до него.

Когда я натыкалась на деревянную расческу, моя обида в секунды разрасталась до масштабов маленького личного апокалипсиса. Я скучала по Игорю. Еще хуже становилось, если на глаза попадалась фотография – на ней не было Игоря, только мы с Машкой у нее на кухне. У Маши красные вампирские глаза. У меня длинные волосы, к ним в кадр тянулись руки Игоря и плели мне косу.

В то время я носила кольцо в виде бабочки. Купила в переходе на «Октябрьской» за смешные деньги. Обычная железка. Крылышки в мелких белых стразах. Оно постоянно за что-то цеплялось. Когда исчез Игорь, я сняла кольцо, положила в железную коробку от мятных леденцов и больше не доставала. Туда же спрятала деревянную расческу. Она все еще пахла смолой и немного лимонной туалетной водой, которой я душилась той осенью.

У меня, как и любой брошенной девочки, были мысли о том, чтобы вернуть Игоря. Но я не строила планов на этот счет. И даже не плакала. Сложно было признаться самой себе – у меня к Игорю все серьезно, но поняла это, только оставшись без него.

Через неделю я приняла решение и пошла в ближайшую парикмахерскую. Где-то я читала, что парикмахеры могут все узнать о человеке по тому, какую стрижку он выбирает. Я хотела постричься под мальчика.

Парикмахеры знают: если девушка просит отстричь все, это значит, что ее бросил парень или она недавно родила ребенка.

Мне было все равно. В тот день я совершила двойное преступление. Отрезала волосы и стала шатенкой.

Интересно, откуда у девушек берется эта бестолковая уверенность, что новая жизнь начинается в кресле у парикмахера?

На следующий день мама попросила меня зайти в квартиру тети Лены у станции и забрать у съемщика деньги за этот месяц.

Я знала, что родители сдают квартиру какому-то парню – почти моему ровеснику, – но никогда не спрашивала о нем.

В тот день у меня жутко разболелся зуб. Таблетки помогали, но ненадолго. Я решила, что возьму у квартиранта деньги, а потом бегом к стоматологу – хорошо, что там недалеко совсем. Надеялась, не струшу в последний момент.

Мне открыл дверь долговязый парень в узеньких черных джинсах и мятой футболке с героями «Южного Парка». Я подумала, что у него наверняка где-нибудь лежит сумка с ними же.

Парень отдал мне деньги, а дальше я не знала, что делать. Повисло молчание. Просто развернуться и уйти – это как-то совсем неинтересно. Наверное, нужно о чем-то спросить, поговорить.

– Ты хорошо знаешь город? – видимо, набравшись смелости, спросил он.

– Я тут с рождения живу, – ответила я. – Конечно, знаю.

Зуб начал приходить в себя после атаки обезболивающих таблеток. Мне захотелось поскорее выйти на улицу и бежать в поликлинику.

– Удобно, всего двадцать минут до Москвы, – улыбнулся он. – И метро рядом. Жаль, я тут только пару недель живу и ни фига не видел, кроме этой улицы, рынка и платформы.

– Я могу показать тебе город, если хочешь, – сказала я. – Но тогда тебе сначала придется кое-что для меня сделать.