Большая книга ужасов – 87 - Елена Арсеньева

– Лучше ты сам посуди! – огрызнулась Василиса. – Ничего не понимаешь! Я всегда надеялась: папа жив, вернется. Чувствовала, что он жив!

– Тогда к чему такая таинственность? – недоверчиво глянул на нее Шварц. – Почему он не вернулся открыто?! Знает же, как вы с бабулей по нему горюете! Знает же, какое счастье для вас было бы его возвращение, какой праздник!

– Я однажды подслушала их с бабулей разговор, – призналась Василиса. – Папа рассказывал, что в фирме какие-то странности творятся. Толком не поняла, о чем речь, но мне показалось, папа чего-то опасается. Я еще потому хотела с этой Занной Керено встретиться, чтобы про него поговорить: а вдруг она знает какие-то подробности о его работе, о его гибели… Жаль, что она так и не вернулась. А может, вернулась и спит теперь?

– В доме никого нет, даже Тусег Ырка уже куда-то ушла, – сообщил Шварц, доставая из мешочка яблоки и одно протягивая Василисе. – Я по всем комнатам пробежался, и нет – хозяйка не вернулась. Ну ладно, не будем терять время. Утро было веселое, небо ясное, прямо сил девать некуда – так хорошо… захотелось пошалить, как говорится в пьесе «Обыкновенное чудо», – оптимистично заявил Шварц, но тут же добавил ложку дегтя в бочку меда: – Ты извини, я не слишком верю и надеюсь, что мы на острове что-нибудь найдем, но попытка не пытка. Только не начинай гундеть, что ты должна появиться там одна. Без меня с веслами не справишься, далеко не уплывешь. Так что давай в темпе вперед. Да смотри не подавись яблоком!

На берегу обнаружилось несколько лодок, накрепко примотанных цепями к столбикам или стволам сломанных деревьев. Цепи были увешаны замками. Шварц потряс несколько и разочарованно обернулся к Василисе:

– Не повезло, и это очень печально… Как написал мой любимый драматург в пьесе «Золушка», очень вредно не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь! В смысле очень вредно, когда заветные желания не исполняются! Наше заветное желание сейчас – поплыть на остров. Для этого нужна лодка. Чтобы добыть лодку, нужен лом. Найдем лом – собьем замок. Только за это можно крепко в глаз схлопотать: ведь уже совсем развиднелось, скоро рыбаки придут, и вряд ли им понравится, что мы их добро нагло тырим. Но, кстати, посмотри: ни в одной лодке нет ни мотора, ни весел. Предусмотрительный здесь народ… Но как прикажешь теперь добираться до острова? Может, оставим эту затею?

Василиса замотала головой, уныло взглянув на ту облупленную лодку, на которой они со Шварцем сидели вчера. Жаль, что она дырявая, да и весел нет… И вдруг она заметила, что у Шварца, который с безнадежным выражением смотрел на реку, глаза, как говорится, на лоб полезли.

Василиса резко обернулась – и ее глаза повели себя аналогичным образом!

Из-за тальников, полощущих в воде свои красные гибкие ветви и длинные зеленые листья, выплыла на волнах небольшая лодка с лежащими в ней веслами.

– Ну надо же! – обрадовалась Василиса. – Как по заказу! Наверное, ее забыли привязать. Повезло!

– Ты все еще хочешь на остров? – хмуро спросил Шварц. – Не передумала?

Василиса опустила голову. Вдруг стало страшно, так страшно! Но как же сон? Она верила, что это не простой сон. Вещий! Отец просил о помощи!

А если даже сон был обычным, если даже она не найдет на острове отца, если даже они со Шварцем вообще не пробьются к острову – ну что ж, совесть у нее будет чиста: она хотела помочь и сделала для этого все, что могла…

Только ни в коем случае нельзя показать Шварцу, что ей страшно, что мурашки по спине бегают. Ему только и дай убедить ее оставить эту затею! Но судьба-то за нее: иначе разве появилась бы эта лодка в ту самую минуту, когда она так нужна?!

– Не передумала! – с вызовом бросила Василиса. – И не передумаю!

Шварц обреченно пожал плечами, сбросил кроссовки, закатал джинсы до колен, вошел в воду, схватил лодку за корму и подтащил к берегу. Обернулся:

– Ну что? Последний раз спрашиваю! Или вернемся?

– Я уже сказала! – прошипела Василиса сердито, чтобы заглушить страх. – Вперед!

– Тогда давай руку! – рявкнул Шварц и помог ей забраться в лодку. Забросил туда же свои кроссовки, потом оттолкнул невзрачную посудину подальше от берега, сам запрыгнул в лодку и, кое-как нацепив кроссовки на мокрые ноги, взялся за весла. Сделал всего каких-то два гребка – и сразу попал на волну, бегущую на стремнину.

– Хорошо, – буркнул, – быстро доберемся.

Василиса кивнула. Надо бы что-то сказать, похвалить Шварца, порадоваться, что они скоро окажутся на острове, но стыдно было врать. На самом деле ей ничего так не хотелось, как вернуться! Бил озноб, и она порадовалась, что надела легкую джинсовую курточку, хотя знобило вовсе не от холода. Скрывая свой страх, принялась демонстративно оттирать с ладони ржавчину. Ржавчина появилась, когда Шварц подал ей руку, помогая забраться в лодку.

– Слушай, а где ты так вымазался? – брезгливо спросила Василиса, опуская руки в воду и пытаясь смыть пятно.

– Да это когда я крышку закрывал, – ответил рассеянно Шварц, двигая веслами, но, на взгляд Василисы, как-то бестолково. Она хотела было попросить, чтобы греб побыстрей, однако его слова заставили насторожиться:

– Какую крышку?

– Да на бочке, – буркнул Шварц. – Чего, думаю, она открытая стоит? Непорядок.

– Что ты наделал?! – ахнула Василиса. – Я ее нарочно открыла!

– Зачем? Чтобы головастики вдохнули свежего воздуха? – усмехнулся Шварц.

– Нет, меня просили… кто-то просил… какой-то голос говорил, что может погибнуть, если я не открою крышку, и что я тоже могу погибнуть… – пролепетала Василиса, сейчас отчетливо понимая, как нелепо звучат ее слова, и ожидая, что Шварц обрушит на нее всю силу насмешек – и собственных, из пьес знаменитого драматурга. И он уже начал было с издевкой:

– Поздравляю, у меня из-за вас ум зашел за разум, как говорится в пьесе «Дракон». Ум! Ау! Отзовись! – как вдруг осекся, растерянно глянул налево, направо и закричал: – Эй! Что творится?! Что за ерунда?!

Василиса не поверила своим глазам…

В руках у Шварца не было весел. Не было их и в уключинах. Мелькнула было надежда, что они почему-то выпали и плавают где-то рядом в воде, их еще можно поймать, достать, что Шварц их нечаянно выпустил – но нет: их вообще не было. Просто совсем!

– То-то смотрю, что они вдруг перестали слушаться, – ошеломленно пробормотал Шварц. – Как будто вырывались из рук. Думал, показалось. А они и правда вырвались… но где они?!

Ребята снова принялись оглядываться, пытаясь высмотреть весла, но попусту.

Лодка тихо покачивалась на волнах. Деревня отдалялась, а облако тумана, повисшее на середине реки и накрывшее остров, приближалось. И вдруг словно серебристые нити пронизали это облако – нежно звенящие серебристые нити! Это были чудесные трели, которые издавала неведомая, может быть даже сказочная, сладкоголосая птица.

– Слышишь? Остров уже близко! – обрадовалась Василиса и, склонившись к воде, принялась сильно грести руками, поднимая брызги.