Колесница призраков - Дмитрий Емец

Повесив трубку, президент двинулся к начальнику своей охраны и, не замечая, что тот заморожен, спросил:

– Кто эти подростки? А? Почему они у меня в кабинете? Я не давал распоряжения впускать посетителей! Ты за это ответишь! И где я вообще нахожусь? Почему я не дома или не на даче, если у меня было умопомрачение? Уж и поболеть человеку нельзя? Что ты тут стоишь и не шевелишься? Охрана! Все сюда!

Гений дернул Пашу за рукав:

– Кажется, пора сматываться! Орденов за спасение мира мы явно не дождемся, а вот неприятностей на нашу голову, если мы останемся, будет предостаточно!

– Звать Маменьку? – понимающе спросил Паша. – Эй, Маменька, вытаскивай нас отсюда! И не забудь про профессора. Мы покидаем это гостеприимное место. Вот разве что шоколадку захвачу на память. Посмотрим, каким шоколадом кормят президентов.

Паша схватил со стола шоколадку и бросился догонять друзей. Они бежали к лифту мимо замороженных охранников, некоторые из них начинали уже приходить в себя и ошалело трясли головами. Двое попытались даже преградить дорогу, но их сшибло кроватью с профессором, которую несла впереди всех Маменька.

Победители вскочили в лифт, от которого не стоило теперь ожидать каверз, он был теперь послушным, как ягненок, – совсем недавно Маменька, дав себе волю, выломала из него все охранные системы. Пока лифт поднимался, Паша и Гений обработали Федора, Дон-Жуана и профессора невидимым газом из баллончика, Федор с изумлением следил, как постепенно исчезают вначале его руки, потом ноги и, наконец, туловище.

– Так вот в чем тут подвох! А то я думаю, то ли вы духами стали, то ли у меня в башке что-то замкнуло! – воскликнул он с облегчением.

Час спустя, когда все уже закончилось и река жизни покатила свои волны, не встречая преград, на пригорке в одном из городских парков сидела вся «великолепная пятерка». С ними был и профессор, с которого только что в ближайшей больнице сняли гипс. Оказалось, что, пока они воевали с Аттилой, срок лечения закончился и все кости срослись. Остался лишь гипс на правой ноге, который должны были снять через два дня.

– Я же говорил, что мои кости быстро срастаются! – радовался профессор. Кстати, он оказался довольно молодым человеком, с короткой стрижкой, без усов и бороды.

Голова Дон-Жуана, давно уже очнувшегося, лежала теперь на коленях у Кати. Дон-Жуану было хорошо, так хорошо, что, если бы смог, он остановил бы это мгновение. Федор задумчиво трогал пластырь, прикрывавший две ссадины на его лице. Паша с аппетитом уминал пирожные, которые Маменька стащила из расположенной неподалеку закусочной, а Егор, никогда не сидевший без дела, ковырял отверткой в заедавшем затворе одного из энергейзеров.

Профессор изготовил небольшой фильтр, с помощью которого ему удалось выпустить из ловушки все души, оставив там лишь Аттилу. Освобожденные души с легким звенящим смехом улетели на небеса, и оттуда на землю сразу брызнули яркие солнечные лучи.

В этих лучах, окутанные золотистой дымкой, делавшей их контуры нечеткими, стояли князь Багрятинский и его Ольга – высокая, очень красивая женщина в длинном бальном платье с открытыми плечами. И князь, и Ольга молчали, но их призрачные фигуры так и дышали тихой, умиротворенной радостью, которая теперь должна была продолжаться вечно.

– Возможно, и мы когда-нибудь будем такими, как они! – шепнул Кате Дон-Жуан.

– Мечтатель! – Катя взъерошила ему волосы, а сама подумала, что обязательно будут, если так же сумеют сохранить свою любовь.

Князь и Ольга, шагая по воздуху, приблизились к ребятам. Гусар показал на просвет между облаками, в который устремлялись солнечные лучи.

– Нас ждут там! Все долги отданы! Прощайте! – крикнул князь.

Ольга грустно улыбнулась, и они, держась за руки, стали медленно подниматься вверх. Ребята, вскочив, смотрели им вслед, пока те были еще различимы.

– Ну вот и все! Уже не видно! – вздохнул Паша, вновь принимаясь за пирожные.

– А мы неплохая команда! Какое дело провернули! – с гордостью сказал Федор.

– Да, дельце первый сорт! Все-таки «великолепная пятерка» есть «великолепная пятерка», – согласился с ним Дон-Жуан.

Вскоре и профессор стал собираться. За ним на маленькой машинке заехал один из его лаборантов, тот самый, на которого с балкона свалилась ванна. Этот лаборант был таким же радостным, как и профессор, даже еще радостнее.

– Наверное, сказываются последствия ушиба… – шепнул Федор.

Тем временем лаборант сунул ловушку с Аттилой в багажник и захлопнул его.

– Теперь никуда не денется! Мы его в институте в постоянный контейнер поместим, есть у нас такой, – заявил он.

Профессор забрался в машину, примостив загипсованную ногу перед собой, и машина тронулась.

– Пока! – крикнул в окно профессор. – На днях мы обязательно встретимся! Мне понравилось, как мы провели последние дни. Выздоравливать было не так скучно.

– Постойте! А скафандры с энергейзерами? Что с ними делать? – крикнул Егор, бросаясь вслед за машиной.

Профессор высунул голову из окна, помахал рукой и крикнул:

– Пусть они остаются пока у вас! Лучших охотников за привидениями все равно не найти, а привидений на свете масса!

– Кто бы сомневался! – ответил за всех Федор.