Повелительница грозы - Илона Волынская

– Давай помогу, – раздался тихий голос за спиной.

Ирка замерла, уставившись на бьющую в мойку толстую струю воды. Сперва твои самые близкие друзья становятся друг другу… ну, немножко больше, чем друзьями… А потом появляется девушка – застенчивая красавица с золотыми волосами, – и друзья между собой даже разговаривать не желают! А что делать ей? Ирка понятия не имела, знала только, что хочет одного – расколотить хоть часть сваленной в мойку посуды о Богданову голову! Об его дурацкую, пустую башку!

– Ир, ты что – со мной не разговариваешь? – тихо спросил Богдан.

Ирка не оглянулась, только невольно дернула спиной, лопатками чувствуя устремленный на нее взгляд.

– Я хотел тебе сказать… – начал Богдан. – Дина, она…

Ирка снова дернулась – будто от удара током.

– Ты собираешься обсуждать Дину – со мной? – напряженным тоном спросила она. Желание швырнуть в Богдана чем-нибудь тяжеленьким стало почти непреодолимым.

– А… а с кем мне ее обсуждать? – растерянно спросил Богдан.

– Не знаю, – железным тоном отчеканила Ирка. – Попробуй с Федькой или Ерусланом поговорить – им наверняка интересно будет!

Они, конечно, с Богданом друзья, но она, наверное, никогда не поймет мальчишек! Неужели ему наплевать, что чувствует Танька?

– При чем тут Федька с Ерусланом? – недоумевающее спросил Богдан.

Ирка слышала, как он топчется в дверях.

«Шел бы ты уже отсюда!» – устало подумала она.

– Ладно… Может, потом… – словно поймав ее мысль, пробормотал Богдан. Потоптался еще немного… – Нет, вот кого я никогда не пойму, так это девчонок! – в сердцах выпалил он.

Ты посмотри на него – не понимает он! Конечно, все ведь так просто и доступно – у Дины спутанные золотые волосы, бездонные глаза и хрупкая фигурка, и вся она странная и неземная, и вообще похожа на эльфийку из фэнтези, которое ты так обожаешь! А Танька обычная местная ведьма, и знаешь ты ее всякую – и полненькую, и похудевшую, и расстроенную, и зареванную, и разъяренную. Это для Ирки Танька с ее железным характером, злым языком и, как говорит бабка, «профессорскими мозгами» стоит десятка переполошенных куриц вроде Дины – но ведь парням свою голову не приставишь! Иначе разве бегали бы они… ну хотя бы за капризной стервозиной Людкой, с которой Андрей до Ирки встречался?

Сзади чуть колыхнулся воздух – даже не оборачиваясь, Ирка поняла, что Богдан ушел. Она криво усмехнулась. Танька, конечно, никогда в жизни с этим не согласится, но на самом деле ей с Богданом даже повезло.

– По крайней мере, он не пытается ее убить, – пробормотала Ирка.

– Кто кого хотел убить? – сзади опять послышался голос. Прям вечер визитов! На сей раз Ирка обернулась.

Как всегда, склонив голову к плечу, Дина смотрела на нее с видом веселого любопытного щенка.

– Это ты сериал рассказываешь? Мне твоя бабушка позволила целую серию посмотреть! – не дождавшись ответа, затараторила она. – Я ничего не поняла, но мне очень понравилось! Люди так интересно живут – сперва сильно любят друг друга, а потом страшно мстят!

– И совсем не моют посуду, – буркнула Ирка. – Хочу переселиться в сериал!

– А… так можно? – неуверенно поинтересовалась Дина.

Ирка покосилась на нее – златовласка вопросительно хмурила бровки, похоже, и впрямь ожидая ответа на свой вопрос. Ирка давно бы уже решила, что Дина для каких-то своих целей разыгрывает представление, иногда сильно переигрывая, если бы… если б не исходящее от златовласки ощущение щенячьей восторженной наивности – совершенно искренней, уж тут Ирка ошибиться не могла. В конце концов, ей такие вещи чувствовать положено. По работе. Она усмехнулась.

– Что можно? – слегка ехидно поинтересовалась она.

Всегда любопытно наблюдать, когда Дина по реакции окружающих понимает, что ляпнула не то. Она тогда начинает вертеться, переминаться с ноги на ногу, крутить что-нибудь в руках, лихорадочно придумывая отмазку. Вот и сейчас она торопливо присела на корточки, подобрала валяющуюся на полу салфетку и принялась ее теребить.

– Я… я хотела спросить… А можно мне… – Дина нервно разгладила ладошкой свою старомодную юбку, – можно мне одежду постирать? А то уже очень грязная… – тихо добавила она.

Ирка уставилась на нее критически. Может, выдать ей тазик и кусок хозяйственного мыла и отправить обратно в пристройку – пусть мучается? Ирка смотрела на застывшую в покорном ожидании Дину, готовую согласиться на все, что хозяйка дома скажет, – и безнадежно махнула рукой.

– Ладно, брось свои шмотки в машинку… Я все равно скатерть стирать буду, заодно и твое выстираю, – и она снова вернулась к посуде.

– А… А скоро ты? – робко поинтересовалась у нее за спиной Дина.

– Не знаю, – злорадно отрезала Ирка, забирая со стола и вываливая в мойку последние тарелки. Куча посуды забила мойку так, что для струи воды там уже не оставалось места! – Сперва мне надо всю эту гору перемыть… – Ирка принялась выставлять лишнюю посуду обратно. – Потом еще печь хлеб…

Дина снова задумчиво сдвинула бровки, на лице ее отражалась такая бурная работа мысли, что невольно хотелось сказать – брось, не напрягайся!

– Я поняла! – вдруг радостно вскричала Дина. – Я все придумала! Я тебе помогу! – с видом торжествующего первооткрывателя выпалила она. – И тогда ты справишься быстрее!

Ирка даже обернулась и во все глаза уставилась на Дину. Надо же, такие глубокие размышления привели к столь потрясающе верному, можно сказать, судьбоносному выводу!

– Давай я хлеб испеку! – предложила Дина, чуть не прыгая от восторга, – золотистые волосы, как всегда, цеплялись за стулья и ручки кухонных шкафов.

Ирка скривилась – ну да, покидать в хлебопечку молоко, муку и дрожжи проще, чем отскребать грязные тарелки. Но зато хоть одно дело будет сделано!

– А ты сумеешь? – с сомнением спросила она.

– Я много такого, что тут, у вас, делать надо, не умею, а хлеб печь очень даже умею! – надула губки Дина.

– Тогда вперед! – согласилась Ирка и ткнула пальцем сперва в хлебопечку, а потом в шкафчик, где хранились мука и дрожжи. – Яйца на верхней полке! – она кивнула на холодильник. – Бери только желтки, тогда хлеб золотистый получается!

Выражение Дининого лица стало точно как у Иркиного кота, когда из-под ножа разделывающей мясо бабки вместо жилистых обрезков сваливается цельный кусок парной телятины (бабка потом долго и не по возрасту шустро гоняется за котом по саду, но когда его догоняет, мяса уже нет и лоскуточка – и как он на бегу сожрать успевал?).

– Яйца! – умильно прикрывая глаза и поднимая заострившееся от восторга личико к потолку, выдохнула Дина, – желтки! Это будет самый вкусный хлеб на свете! – И она кинулась к шкафчику с мукой.

Ирка перестала изучать покрытую намертво въевшимися черными «пригарками» сковородку и удивленно воззрилась на Дину. Ну да, есть рецепты хлеба без яиц. А есть и на яйцах. Чего млеть-то? То от молока млеет. Теперь вот от яиц. В который раз Ирка подумала, что Дина явно какая-то ненормальная. Не в смысле психованная, а… другая. Хотя кто нормальный в доме, где живет ведьма, по соседству обитает здухач, а в гости завернула хортицкая богатырская стража? Разве что бабка (нормальная Иркина бабка – три раза ха-ха!). Во всяком случае, Динина «ненормальность» выглядит самой безобидной – не то что затихарившийся где-то змей… и его помощницы-змеи: то кобры, то медяницы. Когда Ирка решит вопрос с этим гадом, тогда и будет выяснять, кто такая Дина – и впрямь удравшая из Днепра водяница, заблудившаяся мавка или, может, вообще импортная эльфийка! Только вот Богдан… Что мавки, что водяницы – всегда на человеческих парней западали. А те – на них…