Печать Магуса - Алексей Олейников

Загремел молот, врезаясь в железо и бетон, и в этом грохоте тонул визг пуль и вопли боевиков Санчеса. Альберт припустил еще быстрее. Главная задача решена, Синяя печать в его руках. А это была именно она. Альберт чуял эманации фейри даже сквозь экран ларца. Казалось, перстень кого-то звал.

«Это всего лишь магический артефакт! Он не живой, разумеется», – отмахнулся колдун от таких мыслей, и в этот момент потолок склада начал рушиться. Словно какой-то невидимый великан, увеличенная в десятки раз копия Людвига Ланге, бил остроконечным молотом по крыше.

В полумраке склада солнечный свет столпами упирался в пол, и в вихре обломков вниз падали человеческие фигуры, затянутые в одежды цветов зелени и солнца.

– Служба Вольных Ловцов Авалона! – Пронзительный женский голос отразился от пробитого потолка и упал обратно, раздробился эхом в лабиринте контейнеров и ящиков. – Немедленно прекратите сопротивление!

Колдун нырнул в узкую щель между двумя высокими ящиками и затаился. Если повезет, его не найдут.

«О чем я? Ищейки Авалона меня не найдут? – Альберт посмеялся бы над собственной наивностью, если бы обстановка располагала. – Согласно договору между темниками и Магусом у меня есть иммунитет. Если не будет доказательств преступления против Магуса. А доказательства…»

Он сжал ларец.

«Надо спрятать печать!»

Шорох над головой заставил сжаться. Альберт присел, выставил над головой черный стек из обсидиана. Огромные желтые глаза распахнулись над ним, длинные когти впились в доски, удерживая поросшее белой шерстью тело. Колдун едва сдержал крик. Крик радости.

– Калеб, наконец-то! Спрячь как можно лучше. Ты понял?!

Химера кивнула уродливой головой и бережно приняла ларец.

– Улетай! – распорядился Альберт. – Я найду тебя сам.

Соволемур подпрыгнул, распахнул прозрачные крылья и взмыл под потолок, лавируя между балками. Темник проводил его взглядом, пока тот не затерялся в полумраке под потолком. Калеб способный парнишка, он выпутается. А теперь…

– В чем, собственно, дело?! – громко возмутился Альберт и вышел на свет. С благоразумно поднятыми руками. – По какому праву СВЛ вмешивается в мои частные дела? Потрудитесь объясниться!

– О, мистер Фреймус! – обрадовалась худощавая девушка с короткими черными волосами в ярко-зеленом плаще. В руках она держала флейту черного дерева, позади нее огромный леопард когтистой лапой прижимал к земле Эмилио Санчеса.

– Босс! – обрадованно захрипел колумбиец. Он дернулся было к колдуну, но леопард коротко рыкнул, и Эмилио тут же затих.

– А мы вас обыскались. Все ваши подчиненные в сборе, а вы потерялись. – Девушка кивнула в сторону стены, вдоль которой в бессознательном состоянии были сложены боевики. Рядом же в художественном беспорядке валялись разнообразные огнестрельные орудия убийства. – Будьте любезны, опустите свой стек. А то мой напарник нервничает.

Леопард оскалился, демонстрируя белоснежные клыки – мол, еще как нервничаю. Где-то внизу, у самого пола, послышался торопливый шепот: «Святая Мария, матерь Божия, молись о нас, грешных…»

Фреймус опустил руки. Печать все еще у него. Калеб сможет ее укрыть. Значит, все можно переиграть, ничего еще не потеряно.

– Простите… – Он с легким презрением оглядел окруживших его оперативников СВЛ. – Госпожа…

– Опер-ловец Германика Бодден, – отрекомендовалась девушка. – Вы интересно проводите время, мистер Фреймус. В людей стреляете…

Она повертела смятую пулю. На мягком свинце остывали отпечатки пальцев. Ее пальцев.

– Вы так внезапно ворвались. Причем без приглашения. Охрана попыталась обеспечить мою безопасность. И потом – с каких пор СВЛ выполняет функции полиции?

– Вы вольны играть во что угодно, – пожала плечами Германика и выбросила пулю. – Но попытка убийства членов Магуса, контрабанда ледяной химеры, незаконное содержание редких магических животных – это как раз по нашей части. Не говоря уже о попытке выкрасть Синюю печать фейри.

– Я понятия не имею, о чем вы! Какая печать, какие животные? Как вы смеете судить меня по своим законам?

– С этими законами согласились ваши предшественники, – парировала Германика. – И с момента окончания Темных веков их не пересматривали. Так что проводите мистера Фреймуса – со всем нашим уважением, конечно, к выходу. Мы поговорим с ним на Авалоне.

– Я глава ковена! У меня иммунитет!

– СВЛ соблюдает правила, и ваш иммунитет неприкосновенен, – согласилась Германика. – Но на вашем месте я бы не стала осложнять свое положение. Мы обнаружили достаточно улик в Дартмуре. А с учетом этого существа… я бы крепко подумала о том, чтобы изменить поведение.

Она кивнула в сторону Маргарет, которая все еще стояла на месте, как приклеенная. Вокруг нее хлопотали два оперативника СВЛ. В лучах закатного солнца колдун отчетливо разглядел тончайшие, едва заметные глазу линии на бетоне, которые складывались в простой, но эффективный вариант печати Соломона, в центре которой, как в паутине, замерла одержимая. У Фреймуса потемнело в глазах. Так просто… Когда же Франчелли успел начертать печать?!

– Ты ее не найдешь, – с холодной яростью сказал Альберт. – Дженни Далфин сгинет во тьме.

– Не трать силы, они тебе понадобятся на следственной комиссии Магуса, – сказал Марко. Он сидел на ящике, чудом уцелевшем в самом эпицентре сражения, и вытирал платком лицо. – Жарко здесь.

Следом за негодующим колдуном подхватили и повлекли под белы руки Эмилио Санчеса, который пребывал в полном расстройстве чувств. Леопарды, пули, застывающие в воздухе, исчезающие и появляющиеся люди, оборотни, многотонные контейнеры, разлетающиеся от ударов человека, – для одного пасмурного зимнего дня это было слишком.

Людвиг Ланге сидел, прислонившись спиной к груде обломков. Его длинные руки устало лежали вдоль тела. Молот покоился рядом, на бетонном полу и слегка дымился. Силач наблюдал, как команда зачистки выносит боевиков Эмилио Санчеса на свежий воздух. Их ожидал интенсивный сеанс Малого забвения и выпавшие из памяти шесть-семь часов. Оперативники СВЛ обходили Стража по широкой дуге и поглядывали на него с некоторой опаской. Статус этих двоих был до конца неясен, но никому из группы захвата не хотелось, чтобы они оказывали сопротивление. Во-первых, потому что они были своими, из Магуса, а во-вторых… лучше бы они пошли добровольно. В противном случае возникала вероятность, что муниципалитет Плимута сильно потратится на восстановление этого квартала из руин.

– Красиво, – сказал Ланге, глядя, как большой леопард прыгает меж пятен света и пропадает в тени. – Мне понравилось, как работал этот мальчик. У него большой потенциал.

– Его зовут Жозеф. Только не называйте его мальчиком в глаза – он очень честолюбив. – Германика встала перед ними. Глядела она строго мимо Марко. – Вы Людвиг Ланге, Страж Магуса Англии?