Путь наверх - Андрей Фролов

На пороге штаба отделение солдат замерло по стойке «смирно», и внутрь с детьми вошел лишь капрал. Обменявшись армейскими приветствиями с охранником-секретарем, он повел пленников на второй этаж, где заседал таинственный «начальник гарнизона».

Герои попали в просторный кабинет, большую часть которого занимала массивная и устаревшая счетно-вычислительная машина. У окна за широким столом восседал толстый мужчина в украшенном нашивками мундире. Отдав ему честь, капрал замер у двери, вытолкнув пленников вперед.

– Господин полковник, – щелкнув пятками, отчитался он, – во время выполнения маневров на пересеченной местности мое подразделение задержало отряд условного противника! Задержанные доставлены для допроса!

Господин полковник оторвался от изучения информационного планшета, и теперь близняшки смогли его рассмотреть. Верхнюю часть лица командующего поляной занимали здоровенные черные очки, за которыми не было видно глаз. Нижнюю челюсть заменили на металлическую, грубую и выступавшую вперед, что придавало офицеру угрожающий и вечно недовольный вид. Из левого уха торчал провод, убегающий в вычислительную машину.

Не успел полковник как следует оглядеть нарушителей, как Витька вскинул подбородок.

– Как вы могли стрелять в детей? – дрожащим от пережитого испуга голосом спросил он за всех троих. – Что б вас Птицы заклевали! Это же бесчеловечно! Это самое страшное кощунство, какое только можно представить!

Казалось бы, истина, бесспорная для нас с вами, была обязана произвести на военного должное впечатление. Но путешественники еще не привыкли, что окружающий мир подчас бывает не таким правильным, как бы того хотелось хорошим людям.

– Ребенок, завербованный противником и отправленный в тыл, – враг, – хрустнув толстыми пальцами, ответил полковник, отчего челюсть его заскрипела. – В него стрелять можно.

От его невозмутимости и беспредельного ощущения собственной правоты стало жутко и неуютно. Настя, сделав маленький шажок за спину братьев, вцепилась в руку Дмитрия. Витя замешкался, но все же нашел в себе еще немного смелости и выпалил:

– Кажется, вы заигрались в войну, дяденька полковник. – Его лицо раскраснелось, и он затравленно обернулся на капрала, словно ждал подзатыльника. – Какому чудовищу придет в голову отправлять своих детей под пули?

Машина в углу шумно защелкала, по дисплеям пробежали строчки незнакомых символов. Полковник, словно получив от нее подсказку, повернул голову, глядя прямо на юного смельчака.

– Враг коварен и способен на все что угодно, – заученно ответил он. – Так гласит Устав.

– Да какой еще враг? – возмутился Димка, поддерживая брата. – Нет никакого врага. Мир давно.

– Условный враг. – Толстый полковник заерзал в кресле, скрипя коленными шарнирами. – Враг со всех сторон. Умный, только и выжидающий возможность напасть и захватить наши ресурсы, взять пленников и разрушить Спасгород. Например такой, что послал вас, маленькие шпионы!

От этих слов Витька задохнулся, а Димка сжал кулаки.

– Кто шпионы? Мы?! – продолжили оправдываться мальчики. – Что за глупости…

Полковник поднял голову, уставившись на капрала, и облизнул верхнюю губу, все еще человеческую.

– Смотрите, капрал, – с усмешкой прокомментировал он, – какие разговорчивые и ловкие модели вам попались.

– И верткие, – услужливо поддакнул тот, выпячивая грудь и задирая подбородок. – Залп целого отделения не смог причинить им вреда, только испортил униформу на этом образце.

Он ткнул пальцем в Витьку, и только теперь дети заметили, что шальная пуля все-таки порвала штанину мальчика, чудом не задев ногу. Димка хотел вспылить, Витя побелел от запоздавшего страха. А полковник довольно потер ладоши.

– Значит, враг разработал очередную модель шпионов! – Казалось, он неподдельно рад, хотя чему именно – оставалось загадкой. – Новую модель, уменьшенную. А что, очень удобно… ростом модель гораздо ниже стандартной боевой саморемонтируемой единицы. Не такая заметная. Быстрая. В пользу моего предположения также говорит сходство между ними. Видимо, пока враг успел запустить только одну линию производства…

Он повернул голову, из-под непрозрачных очков рассматривая всех троих.

– Не уверен, что их скелет выдержит вес боевой амуниции. Но это лишь подтверждает, что перед нами – разведывательный образец.

– Да мы же близнецы! И никакие не модели, – вступила в разговор Настя, но у нее получилось не очень убедительно и чуть-чуть плаксиво. – Мы просто дети. Вы тоже, до того как стать саморемонтирующимися моделями, когда-то были детьми!

И полковник, и капрал замолчали, не понимая, о чем говорит девочка. На минуту в кабинете стало тихо, и только пощелкивал внутренними реле вычислительный аппарат в углу. Казалось, начальник ветхого гарнизона прислушивается к советам машины, а лампочки на штекере за его ухом замигали часто-часто.

– Это невозможно, – наконец констатировал тот, откидываясь на спинку кресла. – Картотека воспоминаний сообщает мне значение слова «дети». Но наиболее подходящие по субъективному семантическому анализу понятия это: кадет, новобранец или конскрипт. Вы кадеты-новобранцы?

– Да нет же! – не зная, какие еще аргументы привести твердолобому вояке, в отчаянии закусил губу Витька.

Дмитрий же, пока никто не видел, вдруг нахмурился, о чем-то глубоко задумавшись, и уставился в пол. Однако следующие слова полковника заставили его вздрогнуть и забыть о размышлениях.

– Тогда вы шпионы… – с нотками радости в механическом басистом голосе промычал полковник. – Господин капрал, расстрелять их!

Настя вскрикнула, Виктор повернулся к капралу, сжимая кулаки и готовясь драться. А Димка, вдруг посветлев лицом, вскинул руки над головой и бросился к столу.

– Нет, постойте!

Он лихорадочно поглядывал то на капрала, готового к исполнению приказа, то снова на брата и сестру.

– Господин полковник, произошло недоразумение! – заискивающе проговорил мальчик. – Вы совершенно правы, мы кадеты… Новые модели, без функции саморемонта.

Настины брови полезли на лоб, а Витька раздраженно фыркнул.

– Димка, ты чего городишь-то?..

– Тихо… – прошипел тот, почти не открывая рта. – Я разгадал их алгоритм…

Капрал замер на месте, ожидая дальнейших распоряжений, а полковник задумчиво почесал затылок под фуражкой. Огоньки на его ухе снова замигали.

– Капрал, отставить… – наконец сказал он, постукивая железными зубами по остаткам настоящих. – Ожидаемое подкрепление прибыло. Примите новобранцев в свое отделение и немедленно приступайте к боевой подготовке.

Машина довольно затрещала реле. Символы на ее экранах побежали с утроенной скоростью, обновляя базу данных Казармы. Полковник начал перебирать бумаги, пестрящие синими и черными печатями, что-то штампуя в бланках.