Десять секретов школы Квиксмит - Лорис Оуэн

– Давно хотел спросить, почему такого большого мальчика зовут Пиф-Пафом? – громко спросил Кип. – Не потому ли, что он ещё не наигрался в игрушки и не дорос до красивого взрослого имени?

– Нет! – со злобой выпалил Пиф-Паф. – Это просто сокращение от Пифагора, придурок!

– Упс, – оскалилась Акулозубая девочка. – Не угадал.

Сердце Кипа упало. Его план позорно провалился. Пиф-Паф и не подумал спуститься с небес на землю. Вместо этого он театральным жестом указал рукой на Трескнебесную башню и на бешеной скорости промчался через преграждающие знаки, которые вспыхнули, замерцали и снова сомкнулись за его спиной.

– Это конец, – прошептал Кип, поворачиваясь к Альберту. – Ночью я записал там всё, что мы узнали про статую… и три предыдущие загадки!

Альберт беспомощно посмотрел вслед улетавшему Пиф-Пафу. Но Кип был уже охвачен вспышкой ярости, которая оказалась сильнее страха перед Трескнебесными бурями. Не говоря ни слова, он выхватил скимми из рук Тимми и бросился бежать. Прежде чем девочка успела его остановить, он вскочил на диск и, вихляя из стороны в сторону, погнался за Пиф-Пафом.

– Кип, вернись! – закричала Тимми. – Потом заберёшь свою книжку!

«Ага, после того как Пиф-Паф всё прочитает? – подумал Кип. – Ни за что!»

– Кип! – заорала Тимми.

Но скимми стремительно нёсся вверх, Кип на всех парах пролетел через заградительное кольцо, и вопль Тимми его не догнал.

Кип мчался прямо на башню. Он чувствовал, как волоски на руках встают дыбом. Стайка радужных квадрокоптеров в виде стрекоз стремительно расступилась перед ним, и мальчик увидел поджидавшего его Пиф-Пафа. Когда он подлетел ближе, противник взмыл ещё выше и презрительно ухмыльнулся.

Скимми занесло вправо, но Кип ухитрился выровнять его и направить вверх, вскоре оказавшись вровень с книжным воришкой. Вершина Трескнебесья полыхнула вспышкой, окрасив лицо Пиф-Пафа грозным багрянцем. Кип подавил приступ паники (страх охватывал его при каждой внезапной вспышке) и заставил себя сосредоточиться на Пиф-Пафе, направив на обидчика весь свой гнев.

– Считаешь себя самым умным? – осклабился Пиф-Паф.

В уголках рта у него виднелось что-то белое, как будто он плохо смыл зубную пасту. Кип вдруг вспомнил, что Горвак назвал Пиф-Пафа гением. А если это правда? В таком случае можно попробовать воззвать к его разуму.

– Мы понапрасну теряем время, – как можно спокойнее сказал Кип. – Вместо всяких глупостей могли бы сейчас искать Ковчег идей!

Глаза Пиф-Пафа превратились в два лазера, пронзивших пасмурное небо. Он взглянул на «Книгу завихрюшек», лукаво поднял глаза – и швырнул её через плечо.

– Отличная мысль, – произнёс он с издевательской улыбкой. – С одной поправкой. Это я могу. А ты – нет.

Шелестя мелькающими страницами, книга запрыгала по скрещённым металлическим балкам башни. Оцепенев от страха, Кип смотрел, как она кувыркается в воздухе, а потом… застревает, попав в перекрестье двух балок на высоте приблизительно в два Шахматных каштана от земли. Оторванная страничка медленно упорхнула прочь.

Снизу донёсся громкий хохот Акулозубой девочки.

Пиф-Паф ринулся к ней, его прощальные слова поплыли по воздуху следом:

– Теперь ты уже не такой умник, а?

Свежий прилив ярости обрушился на Кипа, как пушечное ядро. Мышцы живота свело судорогой. Он закрыл глаза, заставил себя сделать несколько медленных вдохов и выдохов, затем сглотнул. Бессильное бешенство – это именно то, чего ждёт от него Пиф-Паф.

Не дождётся.

Кип открыл глаза и взвесил все возможные варианты. Прутья располагались слишком часто, чтобы можно было направить скимми между ними. «Зато будет проще вскарабкаться по ним», – подумал он.

Кип направил скимми вниз, застыл перед книгой и начал обдумывать самый безопасный путь внутрь. Теперь он видел, что между прутьев часто зияют просветы, достаточно широкие, чтобы в них можно было провалиться.

«Когда очутишься внутри, останешься сам по себе, – подумал Кип. – Никаких страховочных тросов. Никаких ремней. Никакой сетки внизу».

Он потрогал ближайшую балку. Она оказалась удобной толщины, чтобы держаться, но вся мокрая от дождя – и поэтому скользкая. Дальше имелся просвет, поэтому Кип развернулся боком и пролез внутрь. Там было не так ветрено, как снаружи, густой металлический лес защищал даже от хлещущего ливня. Мальчик покрепче ухватился руками за балку, сделал глубокий вдох – и перешагнул на опору. Скимми остался парить в воздухе.

– Ты никуда не улетай, – попросил Кип.

Тем временем на земле уже узнали о стычке на Трескнебесной башне.

Из собравшейся там толпы вверх неслись разрозненные неразборчивые крики.

Стараясь не обращать внимания на шум, Кип пробирался к цели по решётке из прутьев. Вскоре он стал замечать, что левый ботинок то и дело норовит соскользнуть, а ладони отчаянно потеют. Сомнения грызли изнутри, мешали сосредоточиться.

«Жаль, я не в скалолазных ботинках. И тальк не помешал бы…»

Кип замер и стал смотреть в сторону горизонта, дожидаясь, когда к нему вернётся уверенность – и можно будет продвигаться дальше. Книга была уже совсем близко, но сейчас важно не суетиться, чтобы всё не испортить.

– Почти, – тихо сказал Кип, медленно протягивая руку. – Почти.

Вдруг раздался отвратительный скрип резины, и нога Кипа соскользнула с опоры. Не успел мальчик опомниться, как его тело, накренившись, заскользило между прутьев прямо к огромному просвету, зиявшему внизу.

Толпа ахнула, послышались крики.

Рефлексы не подвели Кипа. В самый последний момент он каким-то чудом сумел зацепиться локтем за балку и резко остановился, больно ударившись подбородком о металл. Дроны, висевшие вокруг башни, защёлкали, запищали – и снова отключились.

Прошло немало времени, прежде чем Кипа перестала бить дрожь, и он смог подтянуться обратно на опору, стараясь не думать о том, что могло случиться.

«Попалась», – подумал он, когда пальцы сомкнулись на книге.

Только после этого он позволил себе несколько секунд торжества. Такой же восторг он испытывал, когда впервые вскарабкался на вершину скалолазной стены или на верхушку Шахматного каштана. Тогда, оторвавшись от повседневного мира, он чувствовал себя всемогущим, способным сделать что угодно и быть кем угодно. Совсем как сейчас.

«Ладно, а теперь назад – тем же путём. Не торопись. Шаг за шагом».

Для спуска ему нужны были обе руки, поэтому Кип засунул книгу за пояс брюк. Слезать оказалось проще, чем подниматься, и толпа взорвалась радостными криками, когда Кип вместе с трофеем добрался до ожидавшего его скимми. Мальчик шагнул на диск и вытащил книгу из-за пояса, радуясь, что она больше не будет впиваться в рёбра.

«Теперь прочь из бесполётной зоны и прямиком на землю, – подумал он, крепче сжимая книгу. – Неторопливо и спокойно».