Любимая девушка Тарзана - Елена Нестерина

А затем Тарзан и Федька вдвоем уселись на крупного Федькиного жеребца. И впереди всей цепочки восхищенных участников необычного маршрута рванули по дороге. Маргаритка стояла и смотрела им вслед – красиво это выглядело, что и говорить. Развевались на ветру Тарзановы длинные волосы, Федька, сидящий впереди, смотрелся очень даже симпатичным парнем.

Свернув на тропинку, братья послали своего коня в галоп. Минут на пять, не больше – Маргаритка хорошо знала, что на большее время остальных лошадей, привыкших возить отдыхающих шагом, утруждать не будут. Но отряд курортников о том, что веселая скорость ненадолго, не догадывался, а потому с упоением мчался вслед за братьями-предводителями.

Очередной летний день угасал. Торговля заканчивалась. Небо над морем стало уже красно-золотым. Многие отдыхающие свернули свои подстилки, сложили зонтики и сдули матрасы. Люди тянулись неспешной вереницей со всех сторон пляжа к дороге. Пляж потихоньку пустел. Там оставались только те, кому уезжать было никуда не надо, – так называемые «дикари». То есть любители особого рода экстремального отдыха: приехав незнамо из каких далеких городов – на роскошных внедорожниках, просто хороших машинах и веселых разбитых драндулетках, они ставили палатки на берегу. И так жили.

Вернее, машины и палатки стояли чуть в отдалении – там не было такого хорошего мелко-галечного пляжа, каким являлся Длинный (за что его так ценили), только большие плоские камни. Так что чаще всего «палаточники» уходили от своих мест жительства и валялись на Длинном пляже. Но торговцы никогда не забывали о их лагере – эти туристы хорошо все покупали и даже договаривались на разные «спецзаказы». Поэтому, сбивая ноги на каменистой тропе, что вела к ним, продавцы пива, сладостей и радостей исправно таскались к палаточному городку со своими товарами. И Маргаритка в том числе.

Девочка наблюдала за жизнедеятельностью «дикарей» и думала – а смогла бы она вот так вот по утрам выползать из палатки, готовить еду на кострах и каких-то странных агрегатах – от керогазов до установок, напоминающих мини-электростанции? Мыться, поливая друг друга водой из больших пластиковых бутылок, завывать по вечерам песни под гитару, слоняться по окрестностям? Романтика, наверно…

– Маргаритка, привет! – раздался голос от одной из таких палаток.

Девочка обернулась. Игорек!

– Привет, Игорек!

Это был паренек ее возраста, который сам, да, сам! подошел к ней несколько дней назад и предложил познакомиться. Оказывается, он уже давно ее заметил среди постоянно курсирующих по пляжу и палаточному лагерю торговцев. Маргаритке очень это польстило – что именно ее, а не других девчонок, выбрал мальчишка-москвич. Гулька Мухаметдинова – дочка главных кукурузников ей ужасно завидовала и тоже строила москвичу глазки. Но безуспешно, потому что – кто не успел, тот опоздал. Так что теперь Маргаритка и Игорек иногда – не сказать, что дружили, на работе особо не подружишь, а так, болтали о том, о сем.

Игорьку было остро нечего делать, он скучал, а родители, как заведенные, продолжали активно отдыхать. Вот и сейчас они стояли возле своего огромного серебристого «Лендровера», смеялись и разговаривали с такими же, как и они, обгорелыми и кое-как одетыми дяденькой и тетенькой.

А Игорек томился. Поэтому он очень обрадовался Маргаритке, отскочил от своей палатки и подбежал к ней.

– Много сегодня продала? – умно склонив голову, поинтересовался он.

– Да, нормально, – отмахнулась Маргаритка.

Она очень не любила говорить с ним, счастливым бездельником, о бизнесе. Ну какое ему дело до ее пахлавы и «трубочек»? Поэтому она всегда старательно пыталась свернуть разговор на какой-нибудь, как ей казалось, светский треп.

– А что у тебя осталось? – не отставал Игорек. И, добрая душа, снова предложил что-нибудь у Маргаритки купить. Игорь никогда не брал у нее сладости просто так, хоть Маргаритка отчаянно уговаривала его, уверяя, что угощает и имеет на это право.

– Это не твой бизнес, ты только наемная сила, хоть и у своих родителей, – умно говорил Игорь и расплачивался за все, что Маргаритка предлагала ему в качестве угощения.

Он вообще был очень умный и рассудительный. Вместо того чтобы купаться и до бульканья в мозгах нырять с камней, как все нормальные пацаны его возраста, он день-деньской валялся под зонтиком и читал что-то с наладонного компьютера. Искал что-то в Интернете, скачивал это и снова с интересом читал. Или листал журналы – тоже какие-то интеллектуально-продвинутые, Маргаритка даже их названий не могла запомнить.

А еще Игорек то и дело зло подшучивал над своими родителями, приехать которых в эти дикие края, бесившие мальчишку-эстета отсутствием нормального сервиса и цивилизованных удовольствий, заставила глупая сентиментальная история. Именно здесь пятнадцать лет назад они встретились – мама Игорька приехала отдыхать на Длинный пляж, уже в те годы славившийся особым качеством «дикого» отдыха, с тремя подружками и палаткой. Приехал и папа – тоже с компанией. Так они познакомились, влюбились, вернувшись в Москву, поженились – и всю совместную жизнь мечтали о том, чтобы когда-нибудь снова приехать в это судьбоносное место, вновь ощутить себя молодыми и влюбленными. Это долго не удавалось – на освоение всемирных курортов уходил отпуск за отпуском. И вот, наконец, их желание исполнилось! Все повторилось – пляж, палатка, костер, гитара…

Плюс, правда, страдающий Игорек.

Который, если бы не Маргаритка…

Она с увлечением слушала его рассказы о жизни высокоинтеллектуальной молодежи Москвы. О том, какие компьютерные программы в скором времени донельзя облегчат жизнь современным людям. Об Игорьковых планах на будущее. О том, как изменится и уже изменился климат на планете и чем это грозит. О ста способах уберечься от птичьего гриппа и других моровых болезней…

Маргаритка ходила по Длинному пляжу, а Игорек иногда шагал рядом и рассказывал. Маргаритка молча слушала, потому что по несколько раз в минуту выкрикивала призывы купить ее товар. Игорек, конечно, все равно отвлекал своим присутствием юную продавщицу – неглупый парень это понимал. А потому чаще они встречались вот так, несколько раз в день на пару минут. Поболтали – и разбежались.

А вчера вечером они даже сходили искупаться. И Маргаритка поняла, почему все время Игорек валяется под зонтом. А не катается на водном мотоцикле, не прыгает на батуте и не ныряет с аквалангом.

Сняв очки перед тем, как лезть в воду, Игорек совершенно «потерялся». Оказалось, что без них он о мире лишь догадывается – без оптической поддержки мальчишка видел лишь размытое неопределенное пятно. Маргаритка даже растерялась. Игорька стало ужасно жалко – ведь она привела его в такое славное место на побережье, расщелину в скалах, где большие и маленькие камни были так причудливо разбросаны у самого прибоя и глубже, что это нужно было разглядывать именно только со стороны моря. С берега такого эффекта – как будто из воды выходят каменные солдаты и устремляются в пещеру, заметить не удавалось.