Загадка случайного попутчика - Анна Устинова

— А что вы увидели? — поинтересовалась Моя Длина.

— Говорю же, родинки нету! — повторил Женька.

— Так, — жестом остановил его Олег. — Давайте-ка по порядку. Вы в квартиру к нему попали?

— Нет, — немедленно внес ясность Тема.

— Мы говорим: «У нас телефон не работает!» — заорал Женька. — Он говорит: «И у меня телефон не работает!» Я хочу войти, он поперек дороги стоит. Не пускает. Потом я звоню. У него работает.

Олег за долгие годы общения с Женькой уже знал, как тот выражает мысли, когда волнуется. Поэтому умудрился немедленно вычленить из потока слов нужную информацию.

— Выходит, Темкин сосед наврал, что у него телефон не работает, — задумчиво произнес мальчик в очках.

— Что же он скрывает у себя в квартире? — внимательно посмотрела на друзей Таня. — Если он даже соседа на пять минут не впустил.

— Тем более, — добавил Темыч, — что он уже с моей матерью подружился. И чай у нас целый час пил.

— Это-то и странно, — сказал Олег. — Обычно нормальные люди по таким мелким поводам с соседями зря отношений не обостряют.

— А почем вы знаете, — многозначительно проговорила Моя Длина. — Может, у него там кто-нибудь был. Например, возлюбленная, которая вообще-то чужая жена. И поэтому он, как человек благородный, не захотел, чтобы вы увидели ее у него в квартире.

Катя и Таня выразительно переглянулись. Женька со свойственной ему прямотой выпалил:

— Ну, ты, Школьникова, начиталась всякой любовной лабуды!

— Много ты понимаешь, — презрительно сощурилась Моя Длина.

— Может, и не понимаю, — взмахнул сразу двумя руками Женька. — Нас, значит, по-твоему, он не пустил из-за возлюбленной. А родинку что, он тоже из-за нее снял?

— А вдруг у Василия Николаевича две возлюбленных? — захихикала Катя. — Одной родинка возле уха нравится, а другой нет. Поэтому он ее то снимает, то надевает.

Остальные усмехнулись. Затем Олег поглядел на троих петербургских паломников:

— А теперь постарайтесь вспомнить наверняка, была у того Василия Николаевича, который с вами ехал в электричке, родинка возле уха?

Мальчики задумались.

— По-моему, все-таки была, — чуть помолчав, произнес Женька. — Но вообще уже столько времени прошло… Нет, — покачал он головой. — Точно уже сказать не могу.

Пашков и Тема тоже на все сто процентов теперь утверждать не могли.

— А в общем-то это не так уж и важно, — вдруг блеснули за стеклами очков глаза у Олега. — Меня гораздо больше интересует другое: у Василия Николаевича, которого мы сегодня снимали, была родинка, когда он подходил к дому?

— Сейчас посмотрим, — включила Моя Длина видеомагнитофон. — Она прокрутила пленку немного вперед. Затем нажала на стоп-кадр. — Есть родинка! — издала она торжествующий возглас. — Хорошо, что я догадалась снять его со всех сторон.

Родинка возле уха и впрямь была великолепно видна.

— Молодец, Машка! — в который раз за сегодняшний день похвалил ее Олег.

Затем в гостиной повисла тишина. Друзья пытались найти ответ на один и тот же вопрос: что все это может значить.

— Я так, ребята, считаю, — первым нарушил молчание Пашков. — Ничего хорошего за этим не кроется.

— Очень интересная мысль, — с издевкой отозвалась Катя. — Главное, нам теперь все абсолютно ясно.

— Ладно. Буду думать дальше, — ничуть не смутился Лешка.

— Тут, кажется, одно из двух, — медленно начал Олег. — Либо Василий Николаевич эту родинку, по каким-то пока нам не ясным причинам, то снимает, то надевает, либо…

— Либо их двое, — подхватила тихим голосом Таня.

— Я думаю, трое, — вмешалась Катя.

— Откуда третий? — не понял Женька.

— Третий тот, который ехал с вами в электричке, — пояснила черноволосая девочка.

— И все трое Василии Николаевичи? — с изрядной долей иронии проговорил Олег.

— А вдруг они братья-тройняшки, — продолжала развивать свою версию Катя. — А паспорт, по какой-то причине, у них остался один на всех. Вот они им и пользуются по очереди. Вернее, у того Василия Николаевича, который уже умер, вообще никаких документов не было.

Катя умолкла. Остальные возражать ей не торопились. Версия, при всей фантастичности, была не лишена логики. Во всяком случае, каждый из семерых подумал, что в жизни еще и не то случается.

— Так, — снова заговорил Олег. — Если Катька права, то в квартире, которая рядом с Темычем, должны жить два Василия Николаевича. Вернее, два брата-близнеца с одним паспортом.

— Тогда ясно, почему нас не пустили, — сказал Тема.

— И с родинкой тоже все объясняется, — добавил Женька. — Тот, у которого она есть, сидел в комнате. А тот, у которого ее нет, нам с Темычем дверь открыл и не захотел в квартиру пустить.

Все снова умолкли. Теперь Катина версия показалась друзьям вполне убедительной. Затем Темыч мрачно произнес:

— Не нравится мне эта история. Один из этих Василиев Николаевичей к нам в Питере привязался. Другой к матери втерся в доверие.

— А тот, что в электричке, расспрашивал, где мы живем, — вспомнилось Женьке.

— И с книгами этими что-то странное, — сказал Олег.

— А разговор возле кинотеатра? А камера хранения? — напомнил Пашков еще два эпизода из жизни загадочных Василиев Николаевичей. — Говорю же вам: это семья близнецов-шпионов.

— Только вот вопрос, сколько их? Двое или трое? — решила уточнить Катя.

— В Клин надо ехать! — завел старую песню Женька. — Потому что, если тот наш Дядя Вася умер, значит, их двое. А если он жив, то, выходит, трое.

— Думаю, Женька прав, — на сей раз согласился Олег. — Теперь нам без клинской милиции не обойтись. Конечно, зря вы там назвались чужими именами.

— Мы тогда думали, что так лучше, — объяснил Женька. — Кто же мог знать, что этих Василиев Николаевичей столько окажется, да еще в нашем доме. В общем, поехали в Клин! — вскочил Женька на ноги. — Чего зря время водить? По-моему, Василии Николаевичи вот-вот что-нибудь натворят.

— Вообще-то у меня тоже такое чувство, будто они к чему-то готовятся, — поддержала долговязого мальчика Таня.

— Готовятся или не готовятся, но прежде, чем куда-нибудь ехать, надо все-таки попасть к ним на квартиру, — возразил Олег. — Без этого мы ничего не поймем.

— Как же туда попасть, если нас не пускают? — развел руками Женька.

— Спокуха, — сказал Пашков. — Забыли, с кем дело имеете? — ткнул он себя пальцем в грудь. — План уже готов.

Остальные завороженно смотрели на Лешку.

— Значит, так, — с важным видом продолжал он. — Сперва следим за подъездом. Дожидаемся, когда Василий Николаевич в очередной раз заходит домой.