Создатель снов - Андрей Фролов

Как и рассказывала Летяга во время подъема, поселок располагался на старинной взлетно-посадочной полосе, нависавшей над пропастью. Резино-асфальтовое покрытие аэродрома почти истерлось под ударами дождей и ветра, но кое-где еще сохранилось, сверкая обрывками белой люминесцентной разметки.

Двустворчатые ворота, ведущие в Спасгород, оказались плотно запертыми и даже замурованными – на петлях и замках виднелись следы сварки. Ни одного механического летательного аппарата заметно не было, вместо них все пространство просторного широкого козырька занимали палатки и шатры (похожие на шапито с Летней Ярмарки, только значительно меньше).

Они были сшиты из самых различных тканей и крепились на самые различные каркасы – от деревянных до проволочных. Разноцветные, маленькие и огромные, палатки образовывали улицы и даже кварталы – жилые, промышленные (где шили, ковали и клепали), а также складские.

Между хижинами горели костры (чаще всего в железных бочках, чтобы защитить огонь), сушилось на веревках белье, вертелись укрепленные на шестах флюгера, указывающие направление и скорость ветра. Все домики были старательно пришвартованы тросами к поверхности аэродрома, чтобы не сдуло в пропасть.

А еще дети вблизи рассмотрели дельтапланы, привязанные к специальным стойкам на самом краю поселка. Их было много, не меньше тридцати штук – красочные и яркие, они покачивали крыльями, словно так и просились в полет.

– Идите за мной, – позвала Летяга, увлекая гостей в самый центр поселения. – Познакомлю с родителями.

Мама и папа Летяги Младшей, люди улыбчивые и жизнерадостные, радушно встретили новых товарищей дочери. Мужчину звали Летягой Старшим, и, как позже узнали близнецы, он был одним из самых смелых и отчаянных летчиков Ходящих По Стенам.

А мама, носившая нежное прозвище Робкого Перышка, оказалась такой заботливой и ласковой, что у всех троих тоскливо засосало под ложечкой – так она напоминала Юлию Николаевну, оставшуюся где-то глубоко-глубоко в обманутом городе.

Только жутковатое прозвище, еще недавно казавшееся связанным со смертельной опасностью (представьте, как если бы маму кого-то из нас сегодня назвали Очаровательной Чумой) – только оно не давало троице окончательно довериться этой высокой и красивой женщине. Почти сразу догадавшись, почему гости смотрят на нее так настороженно и диковато, мама Летяги Младшей попросила называть ее старым именем – Ниной Борисовной.

Лишних вопросов взрослые не задавали, а сразу провели в свою двухкомнатную палатку, где угостили нехитрыми яствами. Витьке, Димке и Насте выдали по целой тарелке густой похлебки, больше похожей на пюре, усадили на жесткие матрацы.

Внутреннее убранство хижины не отличалось роскошью или богатством – с первого взгляда становилось ясно, что в быту семьи Ходящих По Стенам пользовались только самым необходимым. Тем, что при тревоге можно оперативно собрать в тюки, унося с собой к месту следующей стоянки.

Исподлобья рассматривая дружелюбных хозяев, друзья набросились на еду, вполуха прислушиваясь к разговорам. Летяга Младшая увлеченно рассказала родителям, как наткнулась на чудных новеньких, как поведала им про внешний мир, как отвечала на вопросы. Взрослые слушали внимательно, время от времени с интересом поглядывая на гостей, но с расспросами лезть не спешили.

– Вы отдыхайте, – сказала Нина Борисовна, забирая вылизанные до блеска тарелки. – Я же вижу, совсем устали. А как отдохнете, так и поговорим.

– Ложитесь-ложитесь! – уверенно закивала Летяга Младшая, указывая на топчаны вдоль стен. – Тут вы в безопасности. Кончились ваши неприятности, теперь все будет по-другому!

И широко улыбнулась, стараясь поддержать ошеломленных теплым приемом чужаков.

Ходящие По Стенам, аккуратно прикрыв за собой полог, вышли наружу.

– Нужно как можно скорее поговорить со старостами, – шепотом произнес Витька. Но было слышно, как уверенность в его голосе борется с накатывающей дремотой. – Нужно задать правильные вопросы, а затем двигаться дальше. Мама уже места себе не находит, я уверен…

– Согласна. – Настя кивнула, покосившись на Димку. – Но подремать бы не мешало. У меня все болит, словно палками колотили… Мы же поспим чуточку?

– Отдохнуть, конечно, стоит, – рассудительно согласился Дмитрий, прислушиваясь к окружавшим их звукам лагеря. Однако задумчивый взгляд, которым он проводил Летягу Младшую, для его родных все еще не поддавался расшифровке.

– Но не долго, – тут же вставил Витя, пряча очки в карман рубашки, пересаживаясь на свободный лежак и подтягивая к себе тощую подушку, набитую ватой. – Кто первым проснется, разбудит остальных, договорились?

Но ему не ответили – Димка и Настя, улегшись прямо там, где сидели, уже погрузились в сон.

Их можно понять, не так ли? Измученные опасным походом, измотанные переживаниями и постоянным бегством, дети уснули в один миг, впервые за долгое время по-настоящему почувствовав себя в безопасности. И пусть отдых их был тревожен, этот сон был необходим всем троим. Палатку наполнило посапывание, и оно не прервалось даже тогда, когда внутрь вошла Робкое Перышко, чтобы заботливо укрыть гостей тонкими синтепоновыми одеялами…

Трудно оценить, сколько длился этот долгожданный сон, но в какой-то момент первым пробудился Витька. Вздрогнул, вдруг осознав, что находится отнюдь не в своей кровати в тихом и уютном Заботинске.

Сел на лежанке, подтянув ноги. Потер лицо и вынул очки. Тряпичные стены домика мерно колыхались под порывами всемогущего ветра. Ткань приятно гудела. От бьющего в хижину солнца было тепло и даже душно.

В ту же минуту на мальчика вновь навалились воспоминания о недавних событиях. А потом сон сдуло, будто крошки со стола. Осмотревшись, он вздрогнул, бросаясь к сестре. Тень мрачных предчувствий настигла его, прогоняя сладкое дремотное послевкусие, оставленное отдыхом.

– Настя! – зашептал он, наклоняясь низко-низко к сестре. – Тихо ты! Все хорошо, это я, просыпайся…

Та чуть не вскрикнула, непроизвольно отшатываясь, и брат удержал ее за плечо, другой рукой зажимая рот.

– Тише, не кричи.

– Что-то случилось? – Спросонья девочка тоже не сразу поняла, где находится, протирая глаза и вертя головой. – Ой, а где Димка?

Теперь покрывало недоброго предчувствия развернулось и над ней.

Убедившись, что сестра окончательно проснулась, Витька сел рядом. С тревогой посмотрел на пустой лежак, на котором засыпал третий член их крохотного отряда.

– Потому я тебя и растолкал. Нет его, – продолжал шептать мальчик. – Договаривались же, что, кто первым проснется, остальных разбудит. А его нет…

– Думаешь?.. – Настя задохнулась собственным вопросом, ошарашенно глядя на брата. – Думаешь, они его забрали? Думаешь, опять случилось что-то нехорошее?

– Не знаю, – честно сознался Витя, глядя на зашнурованный снаружи полог. – Надеюсь, что нет. Но если это так, нам нужно как можно скорее бежать…