Загадка почтового голубя - Анна Устинова

— Ну что, орлы? Как настроение? — с таким видом осведомился у класса Арсений Владимирович, будто хотел послать их в атаку.

— Нормально! — ответил за всех Марат Ахметов.

— Молодцы! — похвалил Арсений Владимирович. — Начинаем теоретическое занятие на тему: «Выживаемость в экстремальных условиях внештатных ситуаций»! Берите тетради. Записывайте название темы. Сегодня пройдем в теории. А на следующем уроке устроим практические занятие. На нем вы усвоите некоторые необходимые навыки.

Ребята послушно полезли за тетрадями и ручками.

— Вот блин! — вдруг громко раздалось с задней парты.

Класс обернулся. За последней партой стоял Марат Ахметов. В руках он держал тетрадь, с которой на парту и на пол стекали крупными каплями черные чернила. Ахметов переводил изумленный взгляд с тетради на сумку и обратно. Руки у него были черные.

— Какие вопросы, Ахметов? — проявил участие Арсений Владимирович.

— У мальчика ручка потекла! — хохотнул Вадик Богданов.

Примыкавшая к его «группировке» часть класса, как по команде, расхохоталась. Ахметов посмотрел на Богданова. Желваки на лице у признанного силача содружества «В» задвигались.

— Ручка, значит, течет, — посочувствовал ему преподаватель по ОБЖ. — Неприятно, Ахметов. Однако не смертельно. Сбегай в туалет. Помоешься и прибудешь обратно.

— Да уж. Помыться мальчику не мешает, — вновь подал голос Вадик Богданов.

Его «группировка» расхохоталась громче прежнего.

Марат поднял сумку. Из нее на пол тоже закапали чернила.

— Плохая у мальчика ручка, — с притворным сожалением произнес Богданов.

— Папа богатый, а на ручках для сына, видимо, экономит, — откликнулась Дуська Смирнова, ходившая по пятам за Богдановым.

Глаза у Марата недобро блеснули. Однако тратить времени на разговоры он не стал. Подхватив сумку, он устремился в коридор. Компания с Большой Спасской обменялась выразительными взглядами.

— Чует мое сердце… — склонился к Женькиному уху Темыч.

— Отстань, — перебил его долговязый мальчик. — Еще накаркаешь.

Тут Пашков с очень загадочным выражением лица сказал:

— Арсений Владимирович, разрешите обратиться?

— Обращайся, Пашков, — согрели Лешкины слова сердце бывшего кадрового офицера.

— Можно выйти? — спросил тот.

— Да ведь урок только начался, — возразил Арсений Владимирович.

— Мне вот так надо! — провел ребром ладони по горлу Пашков.

— Тогда валяй, — сдался заместитель директора. — Только недолго.

Пашков, подмигнув друзьям, мигом покинул класс.

— Кажется, наш великий изобретатель что-то задумал, — поделилась с Катей догадкой Таня.

— По-моему, тоже, — была согласна подруга. — Лешенька пошел инструктировать Марата, как лучше устроить бяку Богданову.

— Ты думаешь, это он Марату в сумку чернила вылил? — спросила Таня.

— Больше некому, — с уверенностью произнесла Катя.

— Разговорчики в строю! — грянул Арсений Владимирович.

Девочки, прервав обмен мнениями, покосились на Богданова. Тот сидел с очень довольной физиономией. А Дуся Смирнова кидала на него влюбленные взгляды. Таня повернулась к парте Олега. Он тоже посматривал на Богданова, однако совсем не влюблено.

— Кажется, Катька, быть беде, — прошептала Таня.

— Чует твое сердце, да? — отозвалась Катя. Однако и она явственно чувствовала, как воздух в классе словно электризуется.

— Название темы урока все записали? — спросил Арсений Владимирович.

— Кроме Ахметова, — ответил Богданов. — Он моется.

Дуся подобострастно прыснула.

— Дура, — прошипела на весь класс Моя Длина.

— Отставить, Школьникова! — мигом навел порядок Арсений Владимирович.

Класс затих. Доблестный заместитель директора вознамерился было диктовать тему, но потом счел более правильным дождаться отсутствующих Ахметова и Пашкова. Он поглядел на «командирские» часы. Стекло у них было так поцарапано, что циферблат и стрелки едва виднелись. Однако Арсений Владимирович дорожил часами как памятью о славных былых деньках. На задней крышке была выгравирована надпись: «Майору А. В. Котову от благодарных курсантов».

Прищурив глаза, учитель не без усилий определил, что с момента ухода Маратами Лешки минуло уже добрых семь минут и двадцать пять секунд.

— Беляев, — поглядел Арсений Владимирович на Олега. — Сходи-ка за Ахметовым и Пашковым. Вдруг там какая авария в туалете стряслась?

Опасения заместителя директора по хозяйственной части зиждились не на пустом месте. Здание две тысячи первой школы давно уже находилось, по меткому выражению Арсения Владимировича, «в состоянии, близком к аварийному». Денег на полный капитальный ремонт школе пока так и не выделили. Михаил Петрович и Арсений Владимирович латали здание по частям. Едва им удавалось отремонтировать что-нибудь одно, как начинало разваливаться что-то другое. Поэтому оба руководителя славного учебно-педагогического коллектива пребывали в постоянном ощущении надвигающейся катастрофы.

— Давай, Беляев, проверь, — повторил Арсений Владимирович, а про себя добавил: «Туалетики-то у нас на этом этаже еще с довоенным оборудованием. Рвануть может в любой момент. Хочешь — из кранов, хочешь — из бачков».

Олег поднялся, чтобы идти, но тут дверь открылась. Первым в класс вошел Марат, а за ним и Лешка.

— Почему так долго? — счел своим долгом спросить заместитель директора.

— Так уме вышло, — отвечал Лешка. — Понимаете, Арсений Владимирович, — остановившись в проходе, продолжил он. — Там в кранах вода плохо льется. Пришлось на третий бежать. На третьем заперто. Ну, я на второй.

Заместитель директора очень внимательно слушал, с горечью мысленно отмечая, что «сантехника стала совсем никуда и нужно в срочном порядке изыскивать средства на новую».

Марат в это время неспешно двигался по направлению к собственной парте.

— А на втором, Арсений Владимирович, тоже свои проблемы, — следя краем глаза за Маратом, продолжал Лешка.

— Какие проблемы? — заволновался доблестный заместитель по хозяйственной части.

— Да как вам сказать… — не выпуская Марата из поля зрения, тянул время Пашков.

— Как есть, так и говори, — весь внутренне сжался Арсений Владимирович. Он уже битый месяц твердил Михаилу Петровичу, что на втором этаже вот-вот начнется потоп.

— Проблема-то в общем… — не торопился

Лешка.

— Ты не тяни, Пашков, — даже сел от волнения голос у Арсения Владимировича. — Если залило, то аварийка срочно нужна.