Толстый - сыщик подводного царства - Мария Некрасова

Тонкий плюхнулся за первый попавшийся стол, схватил меню и сделал вид, что читает. Главное, не выделяться. Нептун обернулся на ходу, скользнул взглядом по залу… Тонкий совсем закрылся папкой с меню, но это его не спасло. Подскочила Ленка и стала вырывать у него папку, галдя что-то про тетю Музу, которая ловит браконьера, и: «Где ты был?! Я ждала, ждала!», и, наконец: «Ты че, Сань, выслеживаешь кого-то?!»

Ору было на весь ресторан. Тонкий пытался сделать вид, что это шоу к нему не относится, и даже читал меню, скользя глазами по строчкам и ничего не понимая. А сестрица, канюча: «Сань! Ну, Саня же!» – рвала у него папку так, что сдвигала его вместе со стулом.

Продолжать игру в конспирацию стало глупо.

– Лена, ну в кого ты такая ДУРА?! – от души рявкнул Тонкий, отпуская папку.

И встретился глазами с Нептуном.

Браконьер уже стоял в дверях. Два шага – и его не стало видно. Еще полминуты – и он умчится на своем фургоне!

– Я?! ДУРА?! – надувалась Ленка, готовясь закатить скандал.

Тонкий вскочил и бросился к выходу. Сестра держала его за руки, тогда он схватил ее в охапку и потащил с собой.

– Куда?! Я еще с официанткой не расплатилась! – визжала Ленка, но было поздно. Тонкий уже выволок ее на улицу.

Нептун исчез. А сквер оказался рядом, в сотне шагов. За редкими деревьями Тонкий видел свою скамейку и рогатый руль Серегиной «Явы». (Значит, не ошибся начинающий опер Александр Уткин: браконьер возил его кругами.) Вскочить бы в седло, промчаться, заглянуть в каждый переулок. Но ключ зажигания остался в кармане у Нептуна.

Чертыхнувшись, Тонкий побежал вокруг ресторана в надежде найти браконьера на заднем дворе. Не через парадный же вход он разгружал свой фургон. Ленка перестала виснуть на нем и пыхтела рядом, боясь опять потерять брата. Скандал из-за «дуры» она отложила и вообще помалкивала. Только раз, обогнав Тонкого и заглядывая ему в глаза, спросила:

– Саня, это он?

– Он, – подтвердил Тонкий, не выясняя, кого имеет в виду сестра.

На углу он обернулся и увидел, что за ними семенит официантка в длинном китайском халате. Погоня разрасталась.

Еще один поворот, и Тонкий увидел синий фургон.

– Стой! – Он спрятался за угол и придержал сестру.

Водительская дверца была незахлопнута, в кабине пусто. Может, Нептуну что-то понадобилось в кузове? Во всяком случае, у начинающего оперативника Александра Уткина появилось время подумать о своих дальнейших действиях. Вот появится сейчас браконьер, сядет за руль и… Что? Ложиться под колеса? Или приготовить платочек, чтобы помахать ему вслед? Тонкий опять подумал о ключе от мотоцикла. И о ключе от «Газели». Если Нептун оставил его в замке…

– А платить кто будет?! – подбежала к ним официантка.

Ленка сунула ей скрученные в рулон гривны, официантка стала их пересчитывать. А Тонкий, схватив сестру за руку, потащил ее к фургону.

– Что случилось? – на бегу спросила Ленка.

– Кабина открыта. Нептун, наверное, где-то в кузове копошится.

– Какой Нептун, морской царь?

– Ага, с гарпуном… Браконьер он. Мы с тетей вчера не тех взяли. Или не всех, если Игорь с Ежиком его сообщники, – ответил Тонкий. – А теперь тихо!

Держась за руки, они подкрались к фургону. Ключ зажигания торчал в замке! Тонкий вытащил его и с наслаждением спрятал в карман. Око за око.

– И тут никого! – заглянула в кузов Ленка. – Раз он ключ оставил, то сейчас вернется. Давай спрячемся.

– Он уже не вернется, – вслух подумал Тонкий. Огляделся и увидел…

Метрах в ста от них вдоль дороги прогулочным шагом шел браконьер с поднятой рукой. Он ловил машину.

– Вон он, смотри, – показал Тонкий сестре. – Наверное, фургон сломался.

– Или он хочет бросить свою засвеченную тачку и уехать на чужой, – предположила Ленка (не зря она смотрела «Криминал» по телику). – Сань, а мы-то что?! Садись за руль!

Тонкий с содроганием вспомнил свою единственную поездку на тетином «жигуленке». Правда, с тех пор произошли кое-какие перемены: он за час научился водить мотоцикл, упустил на этом мотоцикле браконьера…

Ленка пихалась, подталкивая его к кабине «Газели»:

– Садись же, уйдет!

Он зажмурился и сел.

– Поймал! – влетела в кабину Ленка. – «Москвич», серый, в ту сторону поехал! – Она захлопнула дверцу и пристегнулась. – Ты чего не едешь?!

Класса до пятого Сашку в школе звали не Тонким, а Длинным, потому что он был самым высоким в классе. Но в пятом к ним пришел новичок ростом уж совсем с колокольню. И тогда Длинным по праву назвали его, а Сашу переименовали в Тонкого. Это все к тому, что маленьким ростом Тонкий никогда не отличался, но сейчас в «Газели» почувствовал себя лилипутом. Ноги еле доставали до педалей, было неудобно сидеть, а как поправить сиденье, он не знал.

– Поехали, а то его упустим! – зудела Ленка.

Тонкий сказал себе, что «ноги коротки» – это не так страшно для сыщика. По крайней мере это не то же, что «руки коротки». Так что догоним браконьера, будь спок. И включил зажигание. Сцепление, первая скорость, сцепление – вторая, руль… Фургон колыхался на ухабистом дворике ресторана. Выехали на дорогу – стало легче. Сцепление, третья скорость, газ сбросить, сцепление, четвертая, газ!

– Ты хоть номер запомнила? – без надежды спросил Тонкий.

– Далеко было. – Ленка взяла его голову двумя руками и повернула. – Вон он, серый, смотри!

Тонкий отвлекся от дороги и чуть не втемяшился в какой-то «Запорожец».

– Соображай, я же за рулем! – отмахнулся он от сестренки. Повернул за «Москвичом» и подрезал все тот же «Запорожец». Водитель возмущенно загудел и вдруг отвалил в сторону, как подбитый. Наверное, разглядел, кто управляет сумасшедшим фургоном, и решил держаться подальше.

«Москвич» ехал не торопясь, и Тонкий нагнал его на первом же светофоре. Оставалось потихоньку рулить за ним, соблюдая дистанцию. Если Нептун заметит погоню, ему ничего не стоит выйти из машины и надавать по шее надоевшим преследователям.

Тонкий сам не понимал, на что рассчитывает. Раз Нептун задумал удирать, то едет скорее всего на вокзал или в аэропорт, в общем – вон из города. Так далеко вести его Тонкий не смог бы. Единственный в его жизни поворот чуть не закончился столкновением с «Запорожцем», а сколько их впереди, поворотов? Разумнее всего было бы тормознуть у ближайшего поста, сказать гаишнику, что на сером «Москвиче» едет браконьер… Но, во-первых, ГАИ – не рыбнадзор и не милиция, во-вторых – фиг ему поверят и уж точно самого упакуют за угон и вождение без прав. И все же…

Сестренка пялилась в окошко и насвистывала – в общем, вела себя не как в погоне за преступником, а как в поездке на пикник.

– Лен, мобильник у тебя?