Загадка назойливых звонков - Анна Устинова

— Хам! «Новый русский» проклятый! — завелась с ходу Школьникова.

Она хотела ударить Марата, но тот увернулся и захохотал.

— А ты не меняешься!

— И ты, я вижу, не изменился, — свирепо проговорила Школьникова.

Однако и она сейчас рассердилась не всерьез. Появление Марата ее обрадовало. Хотя вообще-то раньше они постоянно вступали в конфликты.

Тут из школьного здания послышались трели звонка.

— Бежим! Сейчас урок Андрея! — скомандовала Моя Длина.

— Я с вами, — сказал Марат. — Посижу на уроке.

— И на новеньких посмотришь, — сказала Катя.

— К нам один такой гад пришел, — не замедлила Моя Длина сообщить Марату.

— Какой такой гад? — живо заинтересовался Ахметов.

— Богданов, — продолжала Моя Длина. — Ты бы слышал, какие мерзости он про Андрея нес!

— Про Андрея? — переспросил Марат. — И вы с этом Богдановым ничего не сделали?

— Пока ничего, — с грозным видом изрек маленький Темыч. — Но пусть еще раз попробует.

— Эх, ребята, — осуждающе поглядел на друзей Марат. — Что-то я вижу у вас без меня какая-то нездоровая обстановка складывается. Вовремя я решил возвращаться.

Они вошли в вестибюль. У входа в гардероб, как всегда, возникла пробка.

— Савушкин! — задорно крикнул Марат. — Тряхнем стариной?

— А то, — улыбнулся Савушкин.

— Господи! — всплеснула руками пожилая гардеробщица. —Никак Ахметов!

И она предусмотрительно ретировалась подальше от входа в раздевалку. Дело в том, что все предыдущие годы бурное содружество «В» всегда пробивалось перед уроками в гардероб с боем. Руководили прорывами Ахметов и Савушкин. Под их началом класс превращался в несокрушимую лавину, которая, решительно сметая любые преграды на своем пути, устремлялась к заветным вешалкам. В таких случаях мудрая гардеробщица Кондратьевна всегда отходила в сторону. «Порядок порядком, — любила она повторять по этому поводу, — а здоровье дороже».

С уходом Марата и резким уменьшением числа «вешников» славная традиция стала как бы сама собой угасать. И вот теперь Марат ее возрождал на глазах у изумленной публики. Заметив Ахметова, члены бывшего содружества «В» даже не поинтересовались, почему он возник перед началом уроков. Просто-напросто половина десятого «Б» сгруппировалась и бодро пошла на приступ гардероба.

В это время навстречу им выходил пресловутый Богданов и примкнувшая к нему группа бывших «бэшников».

— Посторонись! Класс идет! — хором грянули Ахметов и Савушкин.

«Бэшники» хотели послушаться, но Вадик Богданов сказал:

— Сперва мы, а потом они.

— Че-его? — протянул Марат и, полуобернувшись к своим, прокричал: — Поднажмем, ребята!

Миг спустя Богданов и группа «бэшников» были оттеснены внутрь гардероба.

— Так ему, шкафу червивому! — возликовала Моя Длина.

Марат с ходу просек, что это и есть Богданов. А поэтому счел своим долгом заняться новеньким персонально.

— Какой-то ты хилый, — прижав Вадика к стене, заявил он. — Плохо напор держишь. Придется учить.

— Чему это ты, интересно, меня собрался учить? — презрительно ухмыльнулся Богданов.

— Многому, — неопределенно ответил Марат.

Тут от входа послышался окрик:

— Значит, опять Ахметов и, значит, опять все сначала?

Бывшее содружество «В», ныне ставшее частью десятого «Б», разом обернулось. У входа стоял заместитель директора по хозяйственной части Арсений Владимирович.

— А ну, прекратить! — по-офицерски зычно скомандовал он.

— Уже прекратили! — выкрикнул Женька. — Порядок в танковых войсках, Арсений Владимирович!

— А этот откуда опять взялся на нашу голову? — ткнул заместитель директора пальцем в сторону Марата Ахметова.

— Возвращается! — широко улыбнулся Пашков.

— Хорошо начинаешь свое возвращение, — укоризненно покачал головой заместитель директора по хозяйственной части.

— Арсений Владимирович, — кокетливо проговорила Катя. — Марат ведет себя так в первый и в последний раз.

— Это мы его попросили тряхнуть стариной, — снова вмешался Женька.

— Вот пусть больше не трясет, — свел брови к переносице Арсений Владимирович. — Иначе мы его, так сказать, навсегда из своих рядов вытряхнем. А вообще-то, — вдруг улыбнулся заместитель директора, — ты, Ахметов, у меня по ОБЖ всегда хорошо шел. Я не против, если вернешься. А ну, давайте-ка, на урок!

Ребята уговаривать себя не заставили и ринулись на четвертый этаж.

Андрей Станиславович уже был в классе.

— Садитесь, — коротко бросил он вновь прибывшим. — А ты откуда? — с изумлением уставился на Марата учитель.

— Здравствуйте, Андрей Станиславович! — громко приветствовал его тот. — Бот. В гости пришел. То есть это сегодня в гости. А так хочу насовсем.

— А отец твой знает? — счел своим долгом спросить учитель.

— Пока нет, — признался Марат. — Но это я беру на себя.

— Ну, если берешь… — Андрею Станиславовичу совсем не хотелось выяснять отношения с Ахметовым-старшим.

— Он берет! — с таким видом заявил Женька, словно и сам мог запросто уладить отношения с крутым Хамитяем Хамзяевичем.

— Ну, хорошо. О будущем поговорим после, — отозвался Андрей Станиславович.

— Если вас мое мнение интересует, — не преминула состроить глазки любимому учителю Школьникова, — то я за Маратика обеими руками.

— Я от своих старых учеников никогда не отказываюсь, — старательно избегая встречаться взглядом с Моей Длиной, сказал Андрей Станиславович.

— И посидеть сейчас на уроке можно? — спросил Марат.

— Сиди, если хочешь, — разрешил классный руководитель.

Тут в классе раздался отчетливый шепот:

— Во, дурак! Ничего лучше не мог придумать, как на историю попроситься. Сразу видно: фантазии у человека нет. Из одной школы сбежал, в другую пришел.

Марат обернулся. На него с наглой улыбкой смотрел Вадик Богданов.

— Точно! — подхватил Володька Седов из бывших «бэшников». — Раз обратно хочет, надо сперва как следует к классному подлизаться.

— Я что-то не понял, — медленно произнес Марат.

— Куда тебе! — хохотнул Вадик. — Сразу видно: все в мышцы ушло, а на мозги ничего не осталось.

Смешки в рядах сторонников Вадика зазвучали отчетливее прежнего.

Марат уже открыл рот, чтобы сперва ответить, а затем перейти к конкретным действиям, но Андрей Станиславович вмешался: