Тайна пропавших детей - Дженни Спэнглер

Шарлотта

Живот Шарлотты сводило от голода. Они все трое ничего не ели с того самого праздничного пира перед последним сеансом. Сколько с тех пор прошло времени – три дня? Четыре? Конечно, смерть от голода ей не грозила – пленники магии Пинчбек вообще никогда не болели. Так же как и не взрослели. Похоже, магия Пинчбек как-то законсервировала их в стабильном состоянии и оберегала от всех возможных невзгод. Насколько Шарлотта знала на данный момент, было только две причины, по которым они – и прочие похищенные дети – могли умереть: если уничтожить их ковчежцы или если сама Пинчбек умрёт насильственной смертью, пока они в плену.

Но это не означало, что они не чувствуют голода, холода и боли. Несколько дней без еды – и желудок Шарлотты ощущался одновременно пустым и очень тяжёлым, как будто ей внутрь вложили потрескавшийся глиняный горшок. Скоро ей станет так плохо, что единственным выбором останется проводить как можно больше времени внутри ковчежца, где все телесные ощущения просто отсутствовали. Перспектива не из радужных.

Она занималась причёской Пинчбек, привычно завивала ей волосы, стараясь сохранять внешнюю невозмутимость. Не выказывать своего омерзения. За годы она, можно сказать, привыкла к своей работе и делала её бездумно, машинально – но появление Леандера в очередной раз напомнило девочке, какому чудовищу они все служат. Шарлотта не могла прикоснуться к этой ужасной женщине без отвращения.

– Вы сегодня собираетесь в город? – спросила она бесстрастно.

– Да, непременно. Мне нужно заглянуть на почту. Предложение сеанса может прийти в любой момент. А вы с мальчиками пока займитесь подготовкой к отбытию.

– Да, мадам.

– Шарлотта, я сейчас стою на пороге настоящей славы. Известности. Сама королева Виктория порой участвует в сеансах. Эти фотографии – мой пригласительный билет к ней во дворец. Наконец-то я начну вращаться в высших кругах, займу причитающееся мне место в обществе.

Пинчбек разложила по столу свои самые удачные фотографии, чтобы в процессе завивки наслаждаться результатами своих трудов. Дети на снимках выглядели потерянными, несчастными и измождёнными, что добавляло им призрачности. На паре снимков они даже казались полупрозрачными – сквозь них проступали элементы кирпичной кладки стен или предметы мебели.

– Это грядущее представление будет очень, очень масштабным. Весь мир вот-вот услышит об Августине Пинчбек.

– Мы уже очень давно не ели, – как бы невзначай заметила Шарлотта, укрепляя причёску хозяйки шпилькой с жемчужинкой. – Без хорошей трапезы у вас будет недостаточно сил для масштабного представления.

– И то правда. Слишком тощей и изголодавшейся выглядеть нельзя. Это неподобающе.

– Значит, вы принесёте из города каких-нибудь продуктов?

– Нет. Сейчас у меня нет времени на закупки. Вам придётся раздобыть еды самим. И приготовить что-нибудь к моему возвращению.

– Тогда не могли бы вы оставить нам сколько-нибудь денег?

– Денег у меня сейчас нет. Используйте какие-нибудь другие методы, чтобы обеспечить нам сытный ужин.

Шарлотта отправилась будить мальчиков.

– Значит, так, денег в доме нет, – сообщила она. – И при этом нужно раздобыть еды. Давайте что-нибудь придумывать.

– Спереть? – привычно предложил Леандер. – Безотказное средство. Но я думал, ты у нас презираешь воришек.

– Так и есть, презираю. Но сейчас у нас нет выбора.

Леандер сощурился:

– А у меня его никогда не было. Всякий раз, когда я что-нибудь крал, я это делал, чтоб не умереть с голоду.