Секрет «Тенистых Песков» - Николь Лесперанс

Марен догнала свою группу, когда они выходили из столовой. Но, вместо того чтобы отправиться на пляж, Кендалл повела их по тропе, которую Марен раньше не замечала.

– Куда мы идём? – спросила она Анику. Та была занята тем, что набивала рот арбузной жевательной резинкой, целой упаковкой.

– Фифафое фифуфо. – Аника протянула ей почти пустую упаковку, но Марен покачала головой.

– Что?

– Она сказала «прикладное искусство», – подсказала Эмма. У неё были брекеты, и она не могла жевать резинку.

– Что мы будем делать? – спросила Марен.

– Фе фаю, – ответила Аника.

– Без понятия, – сказала Эмма. – Рисовать свои сны или что-то в этом роде.

Марен надеялась, что она имела в виду, что они будут рисовать сцены из своих снов, а не раскрашивать пакетики, но её ничто бы не удивило. Напевая бейсбольную песню, Кендалл открыла дверь низкого белого здания и придержала её, пропуская девочек внутрь. В ярко освещённом помещении стояли три ряда столов, на которых лежали гаечные ключи, молотки, отвёртки и дрели. К передней стене была прибита старомодная классная доска, а перед ней стояла высокая женщина с растрёпанной причёской и в халате в фиолетовый горошек.

– Привет, ребята! – Женщина театральным жестом взмахнула рукой. Её лимонно-зелёные серьги качнулись. – Я мисс Муффелатта, и сегодня мы с вами познакомимся с искусством деконструкции.

Девочки растерянно зашептались и заняли места. Кендалл помахала на прощание, пообещав вернуться через час. В этот момент в класс ворвалась Айви и плюхнулась на стул рядом с Марен. Она по-прежнему не смотрела ей в глаза, но Марен надеялась, что это хороший знак. Похоже, Айви больше не дулась на неё.

– Зачем нам этому учиться? – выкрикнула с последнего ряда Эйвери, спортивного вида блондинка.

– Разве ты не читала буклет? – надменно спросила Пейтон. – Там всё написано. Искусство, боевые искусства и всё такое прочее.

– Разве был буклет? – шёпотом спросила Марен у Айви, но та пожала плечами.

– А теперь тихо, дети. – Мисс Муффелатта повернулась к доске и взяла кусок мела. Широкими штрихами она начала рисовать пьедестал с беспорядочно сложенными наверху треугольниками и квадратами. – Кто мне скажет, что это такое?

И снова растерянное перешёптывание.

– Скульптура? – предложила Эмма.

– В общем, да. – Мисс Муффелатта нарисовала поверх скопления фигур большой зонт, а затем из по бокам две длинные волнистые линии. – Но чья это скульптура?

Вспомнив плакаты на стене у Хэлли в комнате, Марен подалась вперёд.

– Похоже на вещи Клео Монклер.

– Exactamundo!^[24] Точно!

Мисс Муффелатта начала рисовать более причудливые абстрактные скульптуры, одни с телами животных и колёсами вместо ног, другие с машинами вместо туловищ и частями животных вместо конечностей.

Гадая, следует ли понимать слово «деконструкция» буквально, Марен взяла со стола гаечный ключ. Этот урок был самым странным из всего, что произошло за эти и без того очень странные несколько дней, и её мозг взрывался, пытаясь во всём разобраться. Связано ли это неким образом со вторым этапом? Но как связаны между собой хождение во сне и Клео Монклер? Интересно, был ли этот же урок сегодня у Хэлли?

У доски мисс Муффелатта начала добавлять к рисунку стрелки. Накрутив на палец прядь розовых волос, Айви время от времени со скучающим видом вздыхала и всё ещё отказывалась смотреть на Марен.

– Ну хорошо! – Мисс Муффелатта провальсировала к чулану в глубине комнаты. – Теперь собственно деконструкция.

– Полная бессмыслица, – пробормотала Айви.

Марен надеялась, что скоро появится какой-то смысл. Из чулана раздался ржавый скрип, и оттуда, толкая тележку, вышла мисс Муффелатта. Тележка была заполнена небольшими копиями скульптур Клео Монклер, каждая около фута в высоту или в ширину, в зависимости от формы.