Загадка подслушанных разговоров - Анна Устинова

— Ну да. У дедушки есть ещё два брата, и они все — тройняшки.

— Выходит, у вас близнецовая династия? — всплеснула руками Варя.

— Не совсем, — возразил Илюшка. — Мы-то с Кириллом не близнецы.

— Вы ещё хуже, — Марго бросила многозначительный взгляд на двоюродных братьев.

— Почему это хуже? — удивились почти близнецы.

— Да понимаете, — медленно произнесла Маргарита. — Смесь в вас какая-то гремучая. Будто в фейерверке.

— Что есть, то есть, — с гордостью подтвердили Кирюшка с Илюшкой.

Наконец появился Сеня. На голове у него были наушники.

— Полный порядок, — сообщил он остальным.

— И чего у них там, на кухне? — поинтересовался Луна.

— Да вроде все то же самое, — поморщился Баск. — Бабушка опять Сашеньке про Колобка рассказывала.

— Тоска-а, — проворчал Герасим.

— Это как раз хорошо, — обрадовалась Маргарита. — Значит, у них пока все в порядке.

Одинаковые папы, неся на плечах лыжи и палки, вышли за ворота:

— Ну, в путь?

— Ага! — хором откликнулись почти близнецы.

Все поспешили к пропускному пункту.

По дороге Баск решил ненавязчиво наметить именно тот маршрут, который был нужен в интересах расследования.

— А что, значит, говорят, этих вчера не взаправду взорвали? — словно бы невзначай полюбопытствовал он у пап-близнецов.

— Там взаправдой и не пахло, — усмехнулся Кирилл Маркович

— Кто-то просто попугал мужиков, — добавил Илья Маркович.

— А наша горничная говорит, покушение, — Баск решил обострить ситуацию. — И следы какие-то за забором нашли.

— Ерунда, — отмахнулись папы Илюшки и Кирюшки. — Просто чья-то глупая шутка, а следы, естественно, были.

— Ой, а давайте сходим их посмотрим! — подыграла Баску Варвара. — Так интересно!

— Да что там интересного, — равнодушно проговорил Илья Маркович. — И где они, неизвестно. Придется вокруг всей территории бегать.

— Нет, — поддержал брата Кирилл Маркович. — Следы нам не нужны. Мы лучше сейчас кроссик по лесу затеем. Километров на пять. Кто быстрее.

При одном лишь упоминании о кроссе Каменное Муму позеленел. Остальные против лыжного забега ничего не имели. Однако главными для них оставались следы. Поэтому Баск скороговоркою произнес:

— А мы, например, точно знаем, где эти следы. Взрывы были в леске, возле детской площадки. Значит, и следы там остались. Сейчас за территорию выйдем и с той стороны подберемся к ограде.

— Правильно, — поддержали его Илюшка с Кирюшкой. — Глянем по-быстрому на следы, а после прямо оттуда кросс и затеем.

Герасим при новом упоминании о кроссе снова весьма опечалился и показал братьям кулак, но они дигрессивный выпад проигнорировали.

— Ладно, — сдались под общим натиском папы. — Следы так следы.

— Только предупреждаю, — уточнил позицию Кирилл Маркович. — Если выяснится, что там, где вы предполагаете, следов нет, мы их больше искать не будем.

— Забито! — воскликнули Илюшка с Кирюшкой.

Тут вся компания поравнялась с воротами и пропускным пунктом. Суровый охранник в камуфляже и с автоматом внимательно посмотрел на лыжников.

— Василий Васильевич, эти ребята с нами, — поторопился сообщить Илья Маркович.

Охранник услужливо распахнул калитку. Все шагнули за территорию престижного поселка.

— Итак, мы на свободе, — шепнула Марго на ухо Варе.

— Точно, — фыркнула та. — На волю с чистой совестью.

— Вы там о чем? — полюбопытствовал Иван.

— Ни о чем. Просто шутим, — чуть вздернулись уголки губ у Марго.

Папы первыми сошли на обочину тщательно очищенной от снега дороги и стали надевать лыжи. Остальные последовали их примеру.

— О-о! — радостно воскликнул Илья Маркович. — Кто-то уже лыжню проложил.

— Прямо как по нашему заказу, — разделил его радость Кирилл Маркович.

Ребята, поглядев на отчетливую лыжню, украдкой переглянулись. Она и впрямь была сделана словно нарочно, ибо вела как раз туда, где, по расчетам друзей, остались следы неизвестного.

Уже скользя на лыжах, Марго обернулась к шедшей позади Варе:

— Сдается мне, кто-то в Изумрудове уже поинтересовался с утра пораньше следами. Оттуда и лыжня.

— Такое всем интересно, — ехидно произнесла подруга. — Особенно если не знать, в чем дело.

Так как внимание Вари было поглощено разговором с Марго, она не заметила, что Герасиму зачем-то вздумалось остановиться. Девочка въехала в него на полном ходу. Высокий тощий Герасим этого совершенно не ожидал и рухнул, словно подкошенный, набок и почта исчез из вида.

— Мумушечка, ау! — крикнула Варя и с надрывом заголосила: — На кого ж ты нас, бедных, покинул?

Вверх взметнулись клубы снега. Лыжи и ботинки Герасима энергично барахтались в воздухе. Муму явно с чем-то боролся.

— Муму, ау! — продолжала кричать Варвара.

Тот не ответил. Лыжи и ноги двигаться перестали.

— Слушай, что это с ним? — Варя обернулась к Марго. И, не дожидаясь ответа подруги, позвала ушедших вперед друзей: — Стойте! У нас тут с Муму авария.

Ребята спешно вернулись.

— Ой, да тут же овраг, — бодрым голосом сообщил Илюшка. — Как его только угораздило? Ни фига. Сейчас вытащим. А ну, — обратился он к двоюродному брату, — помогай!

Оба брата схватились за торчащие на поверхности лыжи и с трудом выволокли Герасима из заснеженного оврага.

— Жив? — хором осведомились присутствующие.

— Наверное, да, — не слишком убежденно произнес Герасим и с трудом встал на лыжню. Справившись с этой нелегкой задачей, он сердито покосился на Варвару: — Еще раз меня толкнешь, тогда узнаешь.

Она молитвенно сложила руки:

— Слушаюсь и повинуюсь, о великий и ужасный Муму!

«Великий и ужасный» высокомерно хмыкнул, повернулся к Варваре своей узкой длинной спиной и неровным шагом прошествовал по лыжне дальше.

— По-моему, он кросса не выдержит, — покачала головой Марго.

А Варя ответила:

— Справедливо замечено. Но будем надеяться на лучшее.

Лыжня привела всю компанию именно к тому месту, где были вчерашние следы. Правда, сегодня количество их резко возросло. А если точнее, все было затоптано. По-видимому, охрана Изумрудова совместно с «секьюрити» напуганных фейерверком «олигархов» произвела накануне вечером большую исследовательскую работу. Да и утренний лыжник изрядно постарался. Даже невооруженным взглядом было видно, что он как следует поездил тут взад-вперед, а потом, вероятно, вдоволь налюбовавшись истоптанной вдоль и поперек лесной полянкой, с чувством выполненного долга унесся в сторону ельника.