Шляпа Волшебника - Туве Марика Янссон

— Тогда я бы очень хотела, чтобы Муми-тролль перестал тосковать по Снусмумрику, — попросила Муми-мама.

— Не знал, что это так заметно, — сказал Муми-тролль и покраснел.

Но Волшебник просто взмахнул плащом, и печаль из сердца Муми-тролля мгновенно улетучилась. Тоска превратилась в радостное ожидание, и ему сразу полегчало.

— У меня есть идея! — крикнул Муми-тролль. — Дорогой Волшебник, прошу тебя, пусть весь этот стол с угощениями улетит к Снусмумрику, где бы он сейчас ни был!

В тот же миг стол взмыл до верхушек деревьев и поплыл на юг, а вместе с ним блины, варенье, фрукты, цветы, пунш, карамельки, а также книга Ондатра, которую он оставил на краешке.

— Безобразие! — возмутился Ондатр. — Прошу немедленно вернуть мою книгу обратно!

— Что сделано, то сделано! — сказал Волшебник. — Но господин Ондатр может получить новую книгу. Прошу!

— «Об осмысленности всего сущего», — прочёл Ондатр на обложке. — Это какая-то ошибка! В моей книге говорилось о бессмысленности.

Волшебник только рассмеялся.

— Вообще-то теперь моя очередь, — сказал Муми-папа. — Но как же трудно выбирать! О чём ни подумаю — всё не то. Теплицу гораздо веселее построить самому. Ялик тоже. К тому же у меня почти всё есть!

— Тогда ничего не загадывай, — предложил Снифф. — Уступи своё желание мне.

— Ну, не знаю, — сказал Муми-папа. — Когда ещё такая возможность представится…

— Только давай скорее, — сказала Муми-мама. — Пожелай, к примеру, нарядный переплёт для своих мемуаров!

— Отличная мысль! — обрадовался папа.

Все закричали от восторга, когда Волшебник протянул папе красный сафьяновый переплёт, расшитый золотом и жемчугом.

— А теперь я! — крикнул Снифф. — Хочу собственную лодку! Небольшую быструю лодочку с пурпурным парусом! Мачта пусть будет из древесины жакаранды, а уключины — из изумруда!

— Однако… — добродушно сказал Волшебник и взмахнул плащом.

Все затаили дыхание, но лодка не появилась.

— Ничего не вышло? — разочарованно спросил Снифф.

— Почему же? — ответил Волшебник. — Вышло, только я её, разумеется, пришвартовал у берега. Ты найдёшь её там завтра.

— С изумрудными уключинами? — уточнил Снифф.

— Можешь не сомневаться. Четыре штуки и одна про запас, — сказал Волшебник. — Следующий.

— Ну… — начал Хемуль. — Если честно, то я сломал копалку для сбора растений, которую мне одолжил Снорк. Поэтому мне очень нужна новая.

И он вежливо сделал книксен^[5], когда Волшебник протянул ему новую копалку.

— Вы не устали колдовать? — спросила Снорочка.

— Такие желания, как у вас, исполнить проще простого! — сказал Волшебник. — А чего бы хотелось юной фрёкен?

— Моё, наверное, будет потруднее, — сказала Снорочка. — Можно, я шепну вам на ушко?

Когда она тихонько сообщила своё желание Волшебнику, тот слегка удивился и спросил:

— А фрёкен уверена, что ей пойдёт?

— Да! Уверена! — выдохнула Снорочка.

— Что ж, хорошо! — сказал Волшебник. — Прошу!

И в следующий миг все вскрикнули от изумления.

Снорочку было невозможно узнать.

— Что ты наделала! — взволнованно воскликнул Муми-тролль.

— Я попросила глаза деревянной королевы, — сказала Снорочка. — Ты ведь говорил, что она красивая!

— Ну и что с того, — огорчённо пробормотал Муми-тролль.

— Тебе не нравится? — спросила Снорочка и заплакала.

— Ну будет, будет, — сказал Волшебник. — Если вы недовольны тем, что получилось, ваш брат может пожелать вернуть старые глаза обратно!

— Да, но я хотел попросить совсем другое, — возмутился Снорк. — Я же не виноват, что она загадала какую-то ерунду!

— А что ты хотел? — спросил Волшебник.

— Расчётную машину! — воскликнул Снорк. — Машину, которая может рассчитать, справедливо что-то или нет, хорошо или плохо.

— Это слишком сложно, — сказал Волшебник, покачав головой. — Такое мне не под силу.

— Ну, тогда машину, которая умеет писать, — сказал Снорк. — Моя сестра и новыми глазами вроде бы неплохо видит!

— Да, но выглядела она лучше со старыми, — возразил Волшебник.

— Пожалуйста! — плакала Снорочка, которая успела где-то раздобыть зеркало. — Попроси вернуть мои прежние маленькие глазки! Я стала такая некрасивая!

— Ну ладно, — великодушно согласился Снорк. — Только ради чести семьи. Надеюсь, хотя бы после этого ты образумишься и станешь поменьше думать о всяких глупостях.

Снорочка снова погляделась в зеркало и вскрикнула от восторга. Её прежние милые глазки вернулись, но ресницы, между прочим, стали чуть-чуть длиннее! Просияв, она обняла брата и воскликнула:

— Миленький! Любименький Снорк! Весной я подарю тебе машину, которая умеет писать!

— Да ладно, — смутился Снорк. — Необязательно обниматься при всём честном народе. Просто с этими глазами на тебя смотреть было страшно.

— Что ж, из домашних остались только Тофсла и Вифсла, — сказал Волшебник. — Загадывайте на двоих, потому что вас всё равно не различишь!

— А ты самсла себе ничего не загадаешьсла? — спросил Тофсла.

— Нет, — печально ответил Волшебник. — Я могу только исполнять чужие желания и в кого-нибудь превращаться.

Тофсла и Вифсла изумлённо посмотрели на него и склонились друг к дружке.

Они долго о чём-то шептались, а когда закончили, Тофсла торжественно заявил:

— Мы решисла пожелать за тебясла, потому что тысла добрый. Мы желамсла рубинсла, такой же большой и красивый, как нашсла.

До этого Волшебник не раз смеялся, но никто и предположить не мог, что он умеет улыбаться. Улыбалось всё его лицо. Да что там лицо — даже по его ушам, по шляпе и по ботинкам было видно, как он счастлив! Не сказав ни слова, он взмахнул плащом — и о чудо! Сад снова наполнился малиновыми всполохами, а на траве перед ними появилась Королева Всех Рубинов — сестра-близнец, как две капли воды похожая на камень Тофслы и Вифслы.

— Ну чтосла, теперь ты счастливсла? — спросил Тофсла.