Капкан на оборотня - Эдуард Веркин

– А что ты собираешься сейчас делать?

– Спать лягу. Ты же знаешь, сиеста – это...

– Залог любой успешной деятельности, – договорила за меня Тоска язвительным тоном.

– Делаешь успехи, коллега.

Но пособачиться мы не успели, потому что брякнула входная дверь. Я посмотрел на свои будильники – бабушка отсутствовала два с половиной часа.

– Вот разиня, – весело сказала баба Надя, переступая порог дома, – деньги забыла. Пришлось в долг в магазине взять. Вы не видели тут моего кошелька?

Тоска протянула портмоне.

– Он на подоконнике лежал, – сказала она и добавила капризным голосом: – Бабушка, а что ты так долго, мы совсем проголодались.

– А, – махнула рукой баба Надя, – пока то, пока се. Почему обо всем я одна должна думать?

– О чем думать?

– Сейчас суп сделаю, – не услышала бабушка. – А вообще, это наши деревенские заботы, вас они не касаются. Маленькие еще.

Бабушка поставила на плиту кастрюльку и стала доставать из авоськи продукты. На столе появлялись: хлеб, рыбные консервы, мороженое в вафельных стаканчиках, кетчуп и макароны.

Мы с Тоской ждали, что еще достанет бабушка. Но она больше ничего не достала. Авоська была пуста. Баба Надя перехватила наши взгляды.

– Я что-то забыла купить? Так ты, Тоня, сходи в магазин сама, купи чего надо, заодно и долг отдашь.

– Нет, бабушка, всего хватает, – поспешно среагировала Тоска.

Я уловил минутку и указал Тоске на бабушкины карманы, показывая жестами, что их надо проверить.

Тоска согласно кивнула.

Пообедав, я забрался к себе в переносную берлогу и моментально вырубился.

Я проспал до вечера и, наверное, спал бы дальше, если бы Тоска меня не подняла ужинать.

– А где бабушка? – спросил я.

– Ужин на огне готовит. Говорит, так вкуснее. Ванька Китов пришел, рыбу сушеную принес в подарок. Я ему твой компьютер дала, он в шахматы играет на веранде.

– Удалось что-нибудь новое выяснить? – спросил я, зевая во весь рот.

Антонина промолчала.

– Понятно. Все как всегда. Ну что ж, подождем. Подождем... Доложи обстановку.

– Никуда бабушка больше не ходила, а тоже спать легла. А я тут одна как дура сидела, ваш сон охраняла, милостивый государь.

– Ладно. – Я вышел на террасу.

Ванька Китов сидел за столом, задумчиво скучал над экранчиком.

– Хорошая машина, – сказал Ванька, бережно коснувшись пальцем компьютера. – Сколько денег стоит?

– Двадцатник.

– Ого! – в голосе Ваньки проскочили нотки почтительности. – Копить не накопить. Ну, да ладно. Я, кстати, спер из вашего сада саженцев, посадил себе в саду...

Как красиво, подумал я. «Спер из вашего сада саженцев, посадил себе в саду...» Какая речь.

– А кино тут смотреть можно? – спросил Ванька.

– Можно. Можно кино смотреть, можно музыку слушать, можно книжки читать. Что хочешь можно делать. Даже в игры можно играть.

– Отличная вещь, – вздохнул Ванька. – Заведу себе такой. Скоро и в нашей деревне будут такие яблоки! Я их продам и куплю себе такой же компьютер! Точно такой же! Сначала мопед, потом компьютер.

– Яблоки мало стоят, – сказал я. – Особенно в сезон. За пять рублей можно целое ведро купить, а то и больше.

– Это другие яблоки, – покачал головой Китов. – Здешние очень дорогие. Специально из ресторанов московских приезжают, покупают ящиками. А если загнать машину... Можно купить целый дом!

– Целый дом за машину яблок?! – удивился я.

– Угу, – кивнул Ванька. – Так что я тоже куплю себе компьютер.

– Наивный, – усмехнулся я. – Пока твои яблоньки еще вырастут. Ты лучше знаешь что сделай, ты лучше лисички собирай, они в городе кучу бабок стоят!

– Это точно, – подтвердила Тоска.

– Я и так собираю, – кивнул Ванька. – Только все уходит на еду. Насобираю грибов, насобираю ягод, сдадим, купим сахару, крупы. Вот и все... Я рыбу притащил вам. Это сорога. Настоящая, жирная. Я одно место знаю, там вот такие сороги на опарыша берут!

Ванька показал руками, какие именно. Принесенные им сороги тоже были не маленькие, каждая почти в две ладони.

– Спасибо, Кит, – сказал я. – Это кстати. Будешь в городе, заходи в гости.

– Буду, – грустно кивнул Китов. – Меня родители к тетке отправляют в сентябре. Хотят, чтобы я в школе нормальной поучился. А то у нас всего четыре класса да печка.

– Отлично! – сказал я. – Вот и встретимся.

– Ужинать идите, я картошки пожарила, – появилась бабушка. – Остынет все.

– Ну, я пошел, – сказал Китов и стал собираться.

– Куда ты пошел! – прикрикнула на него бабушка. – Сначала поужинай! Тоже мне, ходок нашелся...

Ванька покорно остался, и мы отужинали.

После ужина Ванька отправился домой, а мы дружно уселись глазеть в телевизор, потом спать легли.

Перед тем как запаковаться в свой мешок, я достал комп и вышел в Интернет. Написал письмо одному пронырливому компьютерному чувачку.

Вообще спать мне не хотелось, но стоило влезть в свой мешок, как он предательски начал меня убаюкивать.

Не спи, не спи, повторял я про себя, хотя это слабо помогало. Глаза продолжали закрываться. Тогда я стал думать. Мыслительный процесс – лучший способ не дать себе заснуть. Есть, конечно, еще один, но от него слишком много шума. Кажется, этот способ выдумал Александр Македонский. Ему, как великому полководцу, нельзя было просыпать начало битвы. Довериться в таком вопросе слугам он не мог, поэтому решал подобные вопросы сам. Садился в кресло, ставил возле себя большую хрустальную вазу и опускал туда руку с металлическим шариком. Как только он засыпал, рука ослабевала, и шарик выпадал из руки. Удар получался звонкий, и Шурка Македонский просыпался.

Поэтому я стал думать про Рукасова-старшего. На самом ли деле он псих или только притворяется? Может быть, своими словами он хотел нас еще больше запутать. А может, он что-то видел? Или кого-то видел? Такой псих, наверное, выходит по ночам на прогулки и в окошки разные заглядывает.

Неприятные мысли.

Я посмотрел на часы. Время текло к полуночи. Бабушка храпела. Я уже собрался вылезти и пошарить у нее в карманах, как вдруг скрипнули пружины.

Я прислушался. Бабушка поднялась с кровати, но при этом продолжала храпеть.

Первая мысль, которая пришла мне в голову: «Бабушка – лунатик». Я представил себе, как сейчас баба Надя начнет ходить по комнате с закрытыми глазами и вытянутыми руками. Жуть.

Но старушка вовсе не была лунатиком, я это быстро понял. Баба Надя оказалась хитрой особой. Она вовсе не спала, а продолжала храпеть только для того, чтобы мы ничего не заподозрили.