Уши вверх! - Анна Бём

На следующее утро у Джека снова заболел живот. И голова. И лапки. И ушки, и спинка. И вообще весь его сирийско-хомячковый мех.

– А с носом что? – участливо поинтересовался Фридолин. – Тоже болит?

– Да, и он болит, – буркнул Джек. – Ужасно болит.

– Мне кажется, это не болезнь, а страх, – Майли подлетела к хомячку и ласково положила крылышко ему на спину. – Ты просто боишься. Расскажи же нам, наконец, что происходит в этом жутком зоомагазине?

– Мх-мх, – Джек решительно замотал головой. Это означало НЕТ.

– Откуда такой страх? Чего ты боишься? – не сдавалась Майли.

– И, главное, кого ты боишься? – поддержала её Флопсон. – Этого Шписке?

Джек молча кивнул. Потом неожиданно встал, закинул на спину рюкзак и решительно посмотрел на друзей.

– Может, пойдём, наконец? – коротко бросил он и, не дожидаясь ответа, помчался в сторону забора.

Флопсон и Майли удивлённо переглянулись и понеслись за ним. Фридолин радостно присоединился к ним.

– А что с твоими многочисленными болями? – на бегу поинтересовался он.

– Они всё ещё болят, – сухо ответил Джек. – Но я полицейский, поэтому потерплю. Я вообще многое могу вынести. Главное сейчас – это найти пропавших кроликов.

С этими словами он с невероятной для него скоростью ринулся вперёд. Так, что другим пришлось как следует поднажать, чтобы догнать его. Флопсон была очень рада, что Джек преодолел свой страх и пошёл с ними. Ведь он знал зоомагазин «Мечты зверюшек» лучше, чем кто-либо другой.

Подойдя к магазину, друзья решили, что в этот раз Фридолину лучше будет остаться на улице.

– Ну воооот! – обиженно заныл Фридолин.

Но Флопсон была непреклонна.

– Ты слишком большой, – спокойно пояснила она. – Тебя мгновенно заметят, и вся наша операция пойдёт насмарку.

– Да знаю я, – печально кивнул Фридолин. – Но мне всё равно обидно!

Они подождали, пока Фридолин забрался под рекламный стол. Там, между многочисленными игрушками, собачьими консервами, кошачьими туалетами и пластиковыми мисками, его почти не было видно. Теперь можно двигаться дальше!

К их радости, дверь в зоомагазин стояла нараспашку. Друзья осторожно подошли к входу и остановились на пороге. Флопсон кивнула Майли.

Та влетела в магазин и сделала несколько обзорных кругов. Через короткое время она вернулась обратно и доложила обстановку.

– Он сидит за письменным столом и разбирает какие-то бумаги, – тихо сообщила она. – Если мы не будем шуметь, есть шанс, что он нас не заметит.

Флопсон была готова немедленно двинуться в путь. Но Джек стоял неподвижно. Как булыжник. Маленький, толстый булыжник. Очевидно, он не мог сделать ни шага вперёд.

– Идём! – Флопсон настойчиво потянула его за лапу. – Чего ты ждёшь? Нам нужно торопиться, пока он сидит за компьютером. Потом будет поздно.

– Я хочу, клянусь, – едва слышно выдохнул Джек. – Но я не могу пошевелиться. У меня не получается. Мне страшно. Безумно страшно.

Майли растерянно разглядывала бедного хомячка. Потом развела крылышками.

– Хочешь вернуться и подождать нас вместе с Фридолином? – спросила она.

– Нет, – упрямо ответил Джек. – Я должен себя пересилить. Я стараюсь. Но у меня пока не получается…

– Давай! Мы тебе поможем! Держи! – воскликнула Майли и протянула Джеку крылышко.

А Флопсон ещё крепче сжала его другую лапку. «Какая необычная у него лапа», – промелькнуло у неё в голове. Она была такой крошечной. И гораздо грубее её собственных лапок с их мягкими, нежными подушечками. И она была полностью покрыта мехом. Но, в конце концов, он же сирийский хомяк, а не красная панда!

Несколько секунд Джек собирался с духом. Майли и Флопсон терпеливо ждали, держа его за лапы. Потом хомячок едва заметно кивнул. Пора. И вот они медленно и осторожно переступили порог магазина. Шаг… Ещё один. И ещё один.