Склад съедобных улик - Елена Нестерина

– Она могла ведь и в другой одежде прийти, – резонно заметил Витя Рындин, присматриваясь к очередной тетеньке в длинном пальто, но в кепке и без намотанного шарфа.

– Вполне, – вздохнула Арина. – А мог и Антоша что-нибудь перепутать. Где он, кстати?

Антон не явился к назначенному времени.

– Я знаю. Он обиделся, – проговорила Зоя Редькина. – Его ведь сейчас хлебом не корми, дай что-нибудь расследовать. А тут вдруг мы все взялись за расследование. Вот он и сидит, наверно, дома. Грустит.

– Понятно, – кивнула Арина.

– Да и не нужен он тут особенно, – пожал плечами Витя.

В это время к палатке подошли две женщины. Одна в коричневом пальто, другая в черном с наброшенным сверху большим платком с кистями. Они долго стояли возле витрины, что-то рассматривали, одна из них в конце концов купила журнал, но от киоска по-прежнему не отходила.

– Редькина, смотри внимательнее, – указывая на женщин, прошептала Арина, – ты же ее тоже видела. Может, какая-нибудь из этих? Время-то уже прошло.

– Я плохо помню, как тетенька выглядела. Это Мыльченко за ней следил, – призналась Зоя, – она впереди все время шла, я лицо не запомнила. Сумку помню. И что тетенька была невысокая – тоже помню. А вот в чем одета – не очень…

– Это хуже, – вздохнула Арина. – Придется ориентироваться на мыльченковские приметы.

Она еще раз внимательно прочитала в блокноте все, что записала со слов Мыльченко.

– Слушайте! – воскликнул Витя Рындин, который вообще был очень внимательный и наблюдательный. – А может, эта тетка тоже не промах. Может, она за тем, как Петр Брониславович к киоску подойдет, откуда-нибудь из укрытия следит. Посмотрите-ка вон туда!

С этими словами Витя указал в сторону мусорных контейнеров, за которыми притаилась какая-то весьма подозрительная дамочка. Она то и дело высовывалась, вытягивала шею и приглядывалась к тому, что делается возле киоска «Пресса».

– Да, странная гражданка, – согласилась Арина Балованцева. – Зоя, посмотри, может, это она и есть?

Зоя Редькина прищурилась и пристально вгляделась в высовывающуюся из-за мусорного контейнера женщину в длинном дутом пальто, высоких сапогах и большой шляпе.

– Ну, она?

– Ой, даже не знаю… – проговорила Зоя в нерешительности. – Но как подозрительно выглядывает!

Все согласились с Редькиной и во все глаза уставились на подозреваемую. А Зоя мучительно морщила лоб и вспоминала…

– Есть! Пришла! – Антон чуть не подпрыгнул от радости.

Та самая женщина, которая приходила в спортзал и травила крыс, появилась, опоздав всего на несколько минут. Антон сразу ее узнал. А вот ребята, похоже, нет. Потому что они не бросились сразу ее хватать. А подозреваемая нервно и неуверенно ходила туда-сюда, то и дело озиралась, высматривая кого-то в толпе. Не кого-то, а Петра Брониславовича, понятное дело, она высматривала.

Время шло. Антон посмотрел на часы. Было уже двадцать пять минут шестого.

«Когда же она поймет, что Брониславовича не будет? – весь в нетерпении думал Антоша. – Когда же она меня поведет в свою штаб-квартиру? Вернее, я сам за ней пойду…»

И в этот самый момент подозреваемая вдруг покинула место несостоявшейся встречи.

«Не раздумывая ни секунды, сыщик Великолепенский бросился в погоню. Эта подозрительная женщина должна была наконец раскрыть ему тайну своей миссии». То есть, если говорить нормальными словами, Антоша Мыльченко со всех ног побежал вслед за тетенькой.

– Не знаю, она или не она… – неуверенным голосом произнесла Редькина. – Та, вроде бы, толще казалась. И пальто у нее было явно другое.

– Ну, пальто, – усмехнулась Арина. – Это не примета. У моей мамы знаешь сколько этих пальто – сотня, наверное. Так и у тети у этой. А вот то, что она одна-единственная тут за мусором прячется и кого-то высматривает, – это факт. Что будем делать?

– Ждать, когда она восвояси отправится, – предложил Витя.

Внимание было по-прежнему приковано к подозрительной гражданке за мусорными контейнерами. Она и сама, кажется, это поняла. А потому внезапно бросилась в переулок. Ноги ее в сапогах на высоких каблуках подламывались, гражданочка шаталась, путалась в полах пальто, придерживала руками шляпку, иногда чуть не падала, но бежала шустро.

– Уходит! – воскликнула Арина. – За ней!

Наблюдатели, утомленные долгим ожиданием, с большим удовольствием сорвались с места. Подозрительная гражданка вот-вот должна была скрыться за углом.

– Что делать-то с ней? – на бегу спросила у Арины Зоя Редькина. – Хватать, что ли?

– Неудобно как-то… – проговорил Витя Рындин, догоняя их. – Тетенька все-таки взрослая.

– Давайте хотя бы остановим и спросим, – предложила Арина.

И трое детей среднего школьного возраста с воем и улюлюканьем понеслись вслед за одинокой беззащитной женщиной.

«Того, что во время ответственной слежки за объектом наблюдения его будет преследовать оголтелая толпа, сыщик Великолепенский никак не ожидал. Подозреваемая все больше удалялась, а толпа приближалась. Оторваться было необходимо во что бы то ни стало. Мобилизовав все свои силы, отважный сыщик…»

Но что случилось с отважным сыщиком Великолепенским, Антон Мыльченко додумать не успел. Борзая тройка окружила его. Всего несколько вежливых реплик типа: «Извините, пожалуйста…», «А вы, случайно, не Петра Брониславовича ждали?» – успел он услышать. А потом…

– Гуманоид, придурок, ты что, совсем опух? – срывая с головы Антоши любимую шляпку его мамы, разъяренным голосом завопил Витя Рындин, который первым догнал странную женщину и с близкого расстояния признал в ней переодетого Антошку Мыльченко.

– Мыльченко! – Арина Балованцева никак не ожидала такого поворота событий. – Это ты? Но зачем, Антоша? Ты можешь нормально объяснить?

– Он нас нарочно запутал! – со слезами на глазах воскликнула изрядно натерпевшаяся от Антона Зоя Редькина. – Что ж за вредитель-то ты такой!

Она уже занесла кулачок, чтобы решительно треснуть артисту и предателю по лбу, но Витя Рындин – хранитель порядка – успел перехватить ее тощую ручку.

– Ты придумал все приметы, которые нам назвал, а сам женщиной переоделся, чтобы нас по ложному следу направить? – продолжала пытать Антошу Арина.

– Нет! Нет! – кричал он. – Я просто хотел сам! А ты… А вы мне не давали это… проявиться! Инициативу проявить! Вот! А я бы сам быстро нашел.

– Ишь, деловой какой, – усмехнулись ребята.

– Да, Антоша, вот уж не ожидала я от тебя такого… – вздохнула Арина. – Да, это провал. И тетку ту упустили. И в тебе разочаровались.

– Нет! – что было сил завопил Антоша. Он очень не хотел, чтобы в нем разочаровывались.