Васек Трубачев и его товарищи. Книга 3 - Валентина Осеева

— А какой был красивый дом!.. — со вздохом протянула Нюра.

— Он совсем новый. Его до войны строили. Мы для землянки здесь дощечки брали. Помнишь, Мазин?

— Помнить-то помню… — неопределенно сказал Мазин.

Все хмуро и печально глядели на пустынное крыльцо и безглазые стены будущей школы.

Васек пробрался через щебень к дому, приложил ухо к стене, по-хозяйски постучал по ней палкой:

— Стены крепкие…

Мазин заглянул в окно и тихонько свистнул:

— Все печи развалены. Двери на полу валяются…

— Ну и что? Испугались? Подумаешь, окон и дверей нет! А руки есть? — задорно сказала Лида и, увидев, что Мазин усмехается, обрушилась на него: — А тебе-то, Коля, уж совсем стыдно! Здоровый, как этот самый… ну…

— Буйвол! — поспешно подсказал Одинцов.

Ребята расхохотались. Лида тоже не выдержала и засмеялась:

— Я, конечно, не то хотела сказать. Сила у нас у всех есть! Ну что нам страшно?

— Да кто тебе сказал, что страшно? Мы ведь осматриваем еще только, — пожал плечами Одинцов, — а что скажут, то и будем делать. Ты всегда наперед выскакиваешь!

— Да потому, что вы сразу скисли. Увидели, что трудно будет, и скисли, — заступилась за Лиду Нюра.

— Да подождите вы спорить! Вот у нас привычка, я заметил: как что серьезное — так мы сейчас же начинаем спорить. Пойдемте лучше посмотрим! — предложил Сева Малютин.

— Верно! Пошли комнаты осматривать! — крикнул Петя Русаков, вбегая по широким ступеням на крыльцо.

— Пошли!

Ребята бросились за Петей.

— Подумаешь, комиссия какая! Инженеры! — смеялась над ними Нюра.

— А вы — инженерши!.. Ну, полезайте, не бойтесь… Лида, не хватайся за дверь, а то еще сорвется. Болтается она, как довесок!

Перебравшись через сорванные, с петель входные двери, ребята очутились в просторном коридоре. Оттуда наверх вела широкая лестница.

— Лестница! Лестница! Совсем как у нас в той школе, только еще больше! — радовалась Лида.

Ребята обошли все комнаты, поднялись на второй этаж и, удовлетворенные осмотром, единогласно решили, что дом вполне подходящий для школы.

— Это как раз то, что нужно, — заявил Васек.

— Конечно! И дом хороший, и двор большой. Можно сад развести. Смотрите! — Сева подошел к окну.

Но Лида вдруг схватила его за руку и знаками подозвала остальных ребят:

— Тише! Директор! И еще кто-то…

Ребята сгрудились у окна. На высокой горке битого кирпича стояла группа людей. Леонид Тимофеевич, вытянув вверх руку, громко говорил:

— Второй этаж я думаю употребить под классы, маленькая комната над лестницей пойдет под учительскую. Несколько классов удастся сделать внизу. Там же — большой школьный зал, пионерская комната…

Ребята, схватившись за руки, едва сдерживали волнение.

— Тише, тише… Вот этот справа — товарищ Круглов из райкома партии, я его знаю, он живет за три дома от нас. А другой, с бородкой, это товарищ из роно… Помните, он к нам в школу приходил.

— А там еще кто-то, вон отдельно стоит.

— Тсс… Это Грозный… Чудачка! Грозного не узнала!

— Не шепчитесь! Дайте послушать!

Снизу донесся голос товарища из роно:

— Все это хорошо, но вот как насчет рабочей силы? — Он погладил узкую бородку и обернулся к товарищу Круг лову. Секретарь райкома молча посмотрел на дом, потом перевел взгляд на Леонида Тимофеевича.

В живых, блестящих глазах его мелькнул лукавый огонек.

— А вы как предполагали? — спросил он у директора.

Леонид Тимофеевич ответил ему таким же лукавым, смеющимся взглядом:

— Я, конечно, рассчитывал на вашу помощь.

— Может, из ремесленного можно отрядить бригаду? — спросил товарищ из роно.

— Вряд ли. Ремесленники у нас очень заняты — они делают огромную работу. На их плечи легла большая нагрузка. Это в наше время незаменимые кадры.

Секретарь райкома с живостью повернулся к Леониду Тимофеевичу:

— И вы не смотрите, что им по четырнадцать лет. Они такие дела делают, что впору взрослым.

— Ой, слышите! А мы-то? А мы-то? — округляя глаза, зашептала Лида.

— Пошли! — вдруг сорвался Васек. — Мы тоже можем работать! Мы не боимся работы!

Ребята, перепрыгивая через кирпичи и щебень, бросились во двор. Чумазые, перепачканные известкой и пылью, они неожиданно, один за другим, спрыгнули с крыльца и предстали перед директором.

— Здравствуйте, Леонид Тимофеевич! Мы прибыли в ваше полное распоряжение! — твердо сказал Васек и, не в силах скрыть охватившей его радости от встречи со своим директором, добавил взволнованной скороговоркой: — Здравствуйте! Мы вас ждали, ждали…

— Мы ждали, так ждали!.. — перебивая друг дружку, закричали ребята.

Взрослые с веселой усмешкой и удивлением глядели то на ребят, то на директора.

Леонид Тимофеевич сбросил пенсне, улыбнулся, сбежал с горки:

— Здравствуйте, здравствуйте! Пришли?.. Ну, молодцы! Ведь я еще не видел вас, вот девочек только…

Он обеими руками пожимал ребятам руки, глядел на них помолодевшими, веселыми глазами.

— Леонид Тимофеевич, мы будем работать! Мы изо всех сил будем работать! — кричали ребята.

Круглов звучно расхохотался, откидывая назад голову и разводя руками:

— А мы тут толкуем, где рабочую силу взять!

— Вот вам и наши школьники! — шепнул ему товарищ из роно.

— Подождите… в этом еще нет ничего реального. Это помощники, а здесь нужна основная рабочая сила.

Круглов подошел к ребятам и, притаив усмешку в черных глазах, серьезно спросил:

— Ну как, пионеры: если мы поручим вам отремонтировать этот дом под школу — возьметесь?

— Возьмемся! — хором ответили ребята.

— Хорошо! — Круглов вынул из портсигара папиросу, не спеша зажег спичку, затянулся дымом. Указал глазами на дом: — А ведь порядочно тут работы, верно? И работа нелегкая. Надо уметь связать рамы, надо наново сложить печи, подправить двери, оштукатурить стены. А? Ну как, беретесь?

Ребята переглянулись.

— Пообещать легко, но обещанное надо выполнить. Подумайте хорошенько!

Леонид Тимофеевич мельком взглянул на товарища из роно, и оба они украдкой улыбнулись.

— Мы уже все обдумали, — смело сказал Васек. — Как бы там ни было, а нам нужна школа. Летом еще наши ребята приедут, тоже будут помогать. А если мы что не сумеем, тогда Леонид Тимофеевич…