Загадка золотой чалмы - Анна Устинова

— Ребята, попробую залезть, — чуть поразмыслив, сказал Иван.

— Не вздумай, — начала отговаривать его Марго. — Откуда мы знаем, что там. Если тебя поймают…

— А если я не залезу и не выясню, — перебил её мальчик, — может, нам больше такой возможности не представится.

— Подожди, Иван, — Марго совсем не хотелось, чтобы он так рисковал. — Может, ещё найдем другое окно, в которое будет что-нибудь видно или слышно.

— А может, и то и другое, — поддержал её Герасим.

— Ладно, — Ивану вообще-то и самому было страшновато лезть внутрь. — Поищем. Но если не выйдет, я воспользуюсь этой форточкой.

— Хорошо, хорошо, — поспешила согласиться Марго, втайне надеясь, что по их возвращении форточка окажется закрытой и вопрос отпадет сам собой.

Они зашли за другую стену дома. Снова та же картина. Плотные темные шторы, и только. Внезапно Герасим замер как вкопанный.

— Слышите?

Друзья затаили дыхание. Со второго этажа доносился тихий и монотонный гул. Будто множество людей тихо мычали хором.

— Это ещё что такое? — посмотрел Иван на Марго.

— Не знаю, — пожала та плечами, и её вдруг почему-то передернуло.

— Ты чего? — Пуаро тронул Марго за плечо.

— Не знаю, — повторила девочка. — Но, по-моему, нам отсюда нужно уходить, и чем скорее, тем лучше.

— Согласен. Полностью поддерживаю, — Герасиму тоже категорически не нравилось это место.

Иван положа руку на сердце чувствовал себя здесь не более уютно, чем друзья, но проявлять слабость перед Марго… Нет уж. И он упрямо произнес:

— Наоборот, надо залезть и проверить.

— Ваня, — девочка предприняла последнюю попытку остановить его.

Однако, не удосужившись её выслушать, он решительно двинулся назад. Тщетно рассчитывала Марго, что форточку уже закрыли. Там все было по-прежнему.

— А как ты собираешься туда лезть? — осведомился Муму.

— С твоей помощью, — Иван уже все продумал. — Пригнись, я встану тебе на плечи. Поработаешь лестницей.

— Лестницей? — вытаращился на него Герасим.

— Ну, если тебе больше нравится, лифтом, — скороговоркой произнес Иван. — Давай, становись на корточки, не тяни время.

— Ты в неё все равно не пролезешь, — посмотрела на форточку Марго.

— Пролезу, — Пуаро и на сей раз не сдался. — Не такой уж я амбал. А она большая. Просунусь внутрь и открою ручки окна.

Даже упрямый Муму просек, что дальнейшие пререкания бесполезны, и, вздохнув, как усталый верблюд, опустился на корточки.

Иван немедленно встал ему на плечи. Муму, покачиваясь и цепляясь за стену, начал с трудом подниматься. Он был отнюдь не атлетом.

— Да перестань ты качаться, — шикнул на него Иван. — Упаду ведь.

— А я не обещал тебе не качаться, — сдавленным от натуги голосом отозвался Муму и последним титаническим усилием выпрямился.

— Уф-ф, — выдохнул Иван. — Марго, придерживай меня за ноги. А то вдруг башка перевесит, и я вниз ухну. Тогда слишком много шума будет.

Девочка крепко схватила его за лодыжки. Тут Герасим, который и так едва стоял на ногах, придавленный весом хоть и не толстого, но рослого и накачанного Пуаро, качнулся и едва не упал. Ивану и самому было до конца неясно, каким образом он ухитрился все-таки удержаться у него на плечах.

— Слушай, ты там осторожно, — шепнул он вниз.

— Делаю все возможное, — просипел Муму. — И вообще, чем трепаться, давай скорей. Иначе я вообще свалюсь.

— Спасибо, хоть предупредил, — Пуаро торопливо втиснул верхнюю часть туловища в форточку.

Дотянувшись до нижней ручки окна, он повернул её. Затем то же самое проделал с верхней и осторожно потянул раму на себя. Она со скрипом открылась. Звук показался Ивану столь громким, что он спрыгнул на землю.

Герасим от неожиданности наконец полностью потерял равновесие и свалился в сугроб.

— Совсем обалдел? — сердито уставился он на друга.

— Тише ты! — шикнула на него Маргарита.

Ребята прислушались. Кажется, скрип не привлек ничьего внимания. Комната по-прежнему оставалась пустой.

— Все. Полез, — наконец решился Иван. — Герка, подсади.

— Только, пожалуйста, больше без шуточек, — проворчал тот.

— Ваня, а нам что делать? — спросила Марго.

— Стойте тут на атасе, — скомандовал он. — Если в течение часа не появлюсь, вызывайте помощь. В общем, сами знаете, не маленькие.

И воспользовавшись, как ступенькой, плечом Герасима, он скрылся в оконном проеме.

На пол он слез почти бесшумно. Подошел к закрытой двери. Прислушался. Полная тишина. Он уже было собрался выйти из ничем непримечательной комнаты, когда до него донеслись быстрые шаги и голоса. Мимо двери, что-то бурно обсуждая, прошли две женщины.

От страха мальчика прошиб холодный пот. Еще немного, и он бы попался. В коридоре вновь воцарилась тишина. Глубоко вздохнув, Пуаро осторожненько приоткрыл дверь. Она выходила в коридор, освещенный редкими тусклыми лампами.

«Куда идти?» — Иван озадаченно потоптался на месте.

Направо или налево?

Справа простирался длинный-длинный коридор. Отрезок слева был очень короткий. Зато в конце его виднелась застекленная дверь. За такими обычно находится лестница. А Ивану, по идее, нужно было попасть как раз на второй этаж.

«Осторожненько и вперед», — скомандовал себе Пуаро и на цыпочках двинулся к двери.

Он беспрепятственно поднялся на второй этаж и оказался в таком же длинном коридоре, только ещё более темном и мрачном, чем тот, внизу. Слева доносился многоголосый гул. Здесь он был слышен гораздо лучше, чем на улице. Мальчик, постоянно озираясь, пошел на звук. С каждым его шагом гул усиливался, и в этом монотонно-унылом мычании крылось что-то такое, отчего Иван снова покрылся холодным потом.

На левой стороне коридора дверей почти не было, а на правой, наоборот, много. Вероятно, слева находится нечто вроде актового зала. Об этом свидетельствовала и единственная высокая двустворчатая дверь. Именно за ней и слышалось пугающее мычание.

Подойдя вплотную, Пуаро прижался ухом к двери.

— М-м-м-м! — гулко звучало изнутри.

«Что они там делают? — озадаченно размышлял мальчик. — По крайней мере, уже минут двадцать мычат». Взявшись за массивную ручку двери, он осторожно потянул её на себя. «Если скрипнет, тут же смоюсь», — мигом созрело решение. Но дверь приоткрылась совершенно бесшумно. Видимо, петли были тщательно смазаны.

Приникнув глазом к щели, Иван увидел множество людей, сидевших на расставленных рядами стульях. Тех, кто находился ближе к двери, Иван мог разглядеть довольно отчетливо. Их выхватывали из окутывающей зал темноты всполохи света, точно где-то в оставшейся для Ивана невидимой части помещения мерцал живой огонь. Лица людей были неподвижны, глаза закрыты, губы плотно сомкнуты. И все они, как заведенные, мычали.