Загадка исчезнувшего друга - Анна Устинова

— Он мне не старший брат, — надулся Темыч.

— Мы все одноклассники, — пояснила Моя Длина. — Просто он у нас мелкий.

— Слушайте, одноклассники! — прикрикнул водитель. — Или расплачивайтесь и уматывайте, или говорите, куда ехать.

— Езжай, шеф, на Кудринскую! — лихо скомандовала Моя Длина. — Выкинем там ребят, а потом повезешь меня на Тверскую. По бутикам хочу проехаться.

Шофер, рванув с места, зарулил в тоннель.

Выйдя из машины, ребята двинулись назад по Кольцу.

— И на фига мы так далеко заехали? — огляделся Женька. — Тут рядом подходящих магазинов совсем нет.

— Все равно для порядка прочешем, — возразил Темыч. — Я тут давно не ходил. А магазины теперь в Москве растут, как грибы! Вдруг открылось что-нибудь новенькое?

Так и не обнаружив ничего, с их точки зрения, достойного Александра Евгеньевича Волкова, друзья достигли угла Садовой и улицы Красина.

— Вот здесь Александр Евгеньевич мог запросто повернуть к торговому центру на Тишинке, — сказал Женька. — Может, сходим?

— Если там всех спрашивать, то мы на двое суток застрянем, — покачал головой Темыч.

— А зачем нам все? — спросил Женька.

— Потому что на Тишинке теперь куча магазинов, — объяснил Темыч.

— Так ведь нам по крайней мере половина из них без пользы, — уверенно произнес

Женька. — Пойдем только в такие, где Александр Евгеньевич мог что-нибудь покупать или хотя бы присматривать.

— Откуда ты знаешь, что он мог покупать? — спросил Темыч.

— Я пока не знаю, — отмахнулся Женька, — но на месте соображу.

— Каким образом? — не доходило до Темыча.

— Неужели сам не врубаешься? — победоносно глянул на него Женька. — Если Александр Евгеньевич покупал подарок для тещи, то обувные магазины мы можем исключить.

— А почему ты считаешь, что обувь — плохой подарок? — повернулся к нему Темыч.

— Я не считаю, а знаю, — убежденно изрек долговязый друг. — Однажды предок мой за границей матери дорогие туфли купил на глазок. Так дома такой скандал поднялся! Размер вроде что надо, а туфли не налезали. Мать предку прямо плешь проела. Мол, лучше бы себе что-нибудь купил. А так просто деньги пропали.

— Пожалуй, ты прав, — показались Темычу убедительными Женькины доводы. — В обувные магазины не пойдем.

— Вот видишь! — бодро воскликнул Женьку. — А на месте мы с тобой методом исключения еще какие-нибудь магазины откинем. Вот и останется нам от этого большого Тишинского центра всего ничего.

Друзья пустились по улице Красина. Примерно на полпути к торговому центру Женькино внимание привлек большой и нарядный цветочный магазин.

— Зайдем, Темыч!

— Зачем тебе? — спросил тот.

— Очень подходящий магазин для Александра Евгеньевича, — без тени сомнения заявил Женька. — Корзина цветов для любимой тещи — то, что доктор прописал.

— Зачем ехать с цветами на дачу? — не торопился входить в магазин Темыч.

— Так сейчас же октябрь. Цветы на даче уже не растут, — выдвинул новый аргумент в пользу цветочного магазина Женька. — А тут такое приятное событие — день рождения.

— Но ведь Александр Евгеньевич собирался как раз увозить тещу с дачи к врачу, — вспомнил Темыч.

— Подумаешь, — отмахнулся Женька. — Может, он собирался ее в тот же день обратно на дачу доставить. Или, наоборот, если бы теща в Москве задержалась, Александр Евгеньевич мог заказать, чтобы корзину ей доставили на городскую квартиру. В общем, пошли.

И Женька шагнул в магазин. Темычу, волей-неволей, пришлось войти следом.

— Здравствуйте! — с места в карьер атаковал Женька девушку-продавщицу.

— Вам, ребята, букетик? — настороженно оглядела она двоих друзей.

— Не надо, — торопливо проговорил Темыч.

— Неужели корзину или композицию хотите? — удивилась девушка.

— Да вы что? — замахал на нее руками Темыч.

— Зачем же тогда пришли? — рассердилась продавщица. — Кстати, прошу учесть. У нас цены высокие. Это магазин для обеспеченных покупателей.

— А вы позавчера работали? — огорошил ее вопросом Женька.

— Тебе — то какое дело? — с подозрением покосилась на него продавщица.

— Вот, — выложил Женька вместо ответа на прилавок фотографию Александра Евгеньевича и Бориса Олеговича на фоне цветущего розового куста.

Девушка, едва глянув на снимок, просияла.

— Ясно, вам точно такие же розы нужны. Вам сколько?

— Чего сколько? — уставился на нее Женька.

— Естественно, роз, — указала на снимок девушка.

Тут Женька понял, в чем дело.

— Кто же такие розы у вас выращивает? — спросила девушка.

— Тетя и дядя, — ляпнул Женька. — Вот видите, — и он ткнул пальцем сперва в Бориса Олеговича, а потом в Александра Евгеньевича.

— Где же тут тетя-то? — едва не вылезли из орбит глаза у продавщицы.

— В кадр не влезла, — ничтоже сумняшеся откликнулся Женька. — Она где-то рядом стоит.

И он для правдоподобия ткнул в прилавок рядом с фотографией, как бы обозначая место, где стояла вымышленная тетя.

— Понятно, — кивнула девушка. — А кто же из этих двоих твой дядя? — поинтересовалась она.

— Вот этот, — указал Женька на Александра Евгеньевича.

— Он пропал, а мы его ищем, — солидно изрек Темыч.

— Как пропал? Как ищете? — еще сильнее заинтересовалась девушка.

— Да вот, позавчера днем выехал с работы, а домой не вернулся, — объяснил Женька.

— И до сих пор нет? — даже раскрыла рот девушка.

— В том-то и дело, — почувствовав ее настроение, решил закрепить успех Женька.

— Неужели умер? — скорбно произнесла продавщица. — Так вам, значит, цветы-то на похороны нужны?

— Какие похороны! — возмутился Женька. — Дядя жив!

— А говоришь, до сих пор нету, — была явно разочарована продавщица.

— Нету, но мы надеемся, что он жив, — пришел Женьке на помощь Темыч.

— Он у них единственный кормилец, — указал Женька на Темыча.

— Чей кормилец? — не поняла продавщица.

— Вот его, — и Женька вновь простер руку к Темычу.

— Выходит, тебе он дядя, а ему папа? — ласково осведомилась продавщица.

— Ну! — не обращая внимания на свирепые взгляды, которыми награждал его Темыч, отозвался Женька.

— Бедненький, — посочувствовала Темычу девушка.

— Вот теперь ищем, — продолжал Женька.