Рождение дракона - Валия Цинкк

– В следующий раз ты должна полететь со мной, – сказал Курмо фрау Тоссило, прежде чем заснуть.

Но из этого ничего не вышло. Фрау Тоссило не могла на такое отважиться. И кроме того, стояли жуткие холода. Йохан тоже не рискнул.

– Не могу сказать, что я прихожу в дикий восторг от идеи промчаться по небу, – заявил он. – А опасность свалиться вниз уж точно не радует.

А вот Янке очень хотелось полетать с Курмо. Только лучше дождаться весны. На такой высоте зимней ночью только с драконом ничего не случится, а вот человек точно погибнет.

В конце февраля даже на земле стояли лютые холода. Весь город замёрз. Берлинское ведомство водного хозяйства официально объявило Шпрее доступным для прохода водоёмом.

«А почему не говорится «доступным для проезда»?» – подумала Янка, ведь именно этим она планировала сегодня заняться. Поэтому на кухонном столе вместо записки: «Мы внизу у фрау Тоссило, вернёмся к ужину», лежала другая: «Я уговорила Йохана покататься на коньках, вернёмся в шесть. Целую, Янка».

Небо было безоблачным. В воздухе пахло углём, лёгкий ветерок обдувал лица брата и сестры, когда они, плотно укутанные, топали по обледенелым дорожкам к реке. У прибрежной лестницы возникла заминка. Похоже, половина Берлина тоже решила покататься на льду. Внизу у реки, выбравшись из толпы, они сели на бетонную набережную и надели коньки.

Время от времени Янка ходила на каток со своими одноклассниками, а вот Йохан давно этого не делал. Янке очень хотелось, чтобы он чувствовал себя уверенно и остался доволен. Поэтому сначала она поехала совсем медленно. Но её опасения оказались необоснованными. Йохан воскликнул:

– Классный лёд! Супергладкий и без снега, лучше не придумаешь! – и тут же помчался что есть силы.

Янка понеслась за ним.

– Хочешь колу? – крикнула она, пиная на ходу замёрзшую бутылку.

– Не-а, только не сейчас! Лучше прибавь газу, – бросил Йохан через плечо.

Обогнув семью с санками, он полетел вперёд по белой глади. Большой чёрный пёс неуверенно двигался навстречу, скользя лапами. Йохан объехал его, то же сделала и Янка. Под мостом она крикнула, чтобы услышать эхо. Йохан, подумав, что она окликнула его, сбавил скорость. Янка пронеслась мимо.

– Эй! – проревел Йохан. – Ну, подожди же!

Промелькнули грязно-чёрные кирпичные стены огромной теплоэлектростанции с серыми трубами. Затем – современные здания: изогнутые, зеркальные, иногда более широкие вверху, чем внизу. Но Янка не смотрела на архитектуру – ни справа, ни слева. Она просто наслаждалась скоростью и потоком воздуха, обдувающим лицо. По всему её телу распространялось тепло, и она чувствовала себя свободной. Вокруг – ни машин, ни автобусов – нечего опасаться. Нет стрелок, дорожных знаков и светофоров, указывающих, что ей делать. Она могла передвигаться, как хотела. И ей удавалось сохранять невероятную скорость. Причём – за счёт собственных сил. Наверняка что-то подобное испытывал Курмо в полёте. Янка посмотрела на небо. Самолёты расчертили голубую бесконечность на сектора своими белыми полосами. «На самом деле самое замечательное в полёте – это огромное свободное пространство, – подумала Янка. – Если бы все умели летать и парили там наверху, меня бы больше не тянуло туда с такой силой».

– Посмотри-ка! – Йохан внезапно оказался вплотную за её спиной, с трудом переводя дыхание и указывая на вмёрзший в лёд буй, используемый летом как ориентир для речных судов. – Там, случайно, не Лена носится вокруг этой штуки?

Девочка в неоново-зелёной шапке и чёрном анораке, догонявшая какого-то мальчика, действительно выглядела как Лена. А кто этот мальчишка? Да это же Марлон! А он как сюда попал? Янка совсем не ожидала его тут встретить. Она думала, что Марлон только и сидит дома, читая заумные книжки. По крайней мере, когда у них в школе бывали занятия на коньках, он каждый раз болел. Нарочно – как Янка всегда подозревала. И что теперь? Теперь он катается здесь, и совсем неплохо. Во всяком случае, он довольно ловко обгонял Лену.

– Приве-е-ет!!! – Янка помахала им обоим.

– Эй, Янка, как здорово! Привет, Йохан! – отозвалась Лена, направляясь к ним.

Марлон покатился следом за ней. Едва они приблизились, как Лена сдёрнула с Янки шапку и помчалась прочь.

– Ты за это поплатишься! – Йохан полетел за ней.

Но Лена не поплатилась, потому что, прежде чем Йохан схватил её, она отбросила шапку. Прямо под ноги Марлону. Он озадаченно посмотрел вниз. В нерешительности: что ему сейчас делать?

– Чего заснул, спасай нашу добычу! – взревела Лена.

Наклонившись, Марлон поднял шапку. Сорвался с места, прежде чем Йохан успел подъехать к нему. И очень быстро набрал скорость. Он выделывал такие невероятные крюки, что Йохану не удавалось его схватить. Но в итоге Марлон сам вернул шапку.

– Слишком холодно для подобных игр, – сказал он, улыбаясь Янке.

Затем они показывали друг другу разные фигуры и трюки. Марлон, разогнавшись, умел резко затормозить, высекая целый фонтан ледяных брызг, но не смог бы сделать прыжка с вращением, как Лена, или шпагат на льду, как Янка. Йохан воздержался от демонстраций своих навыков. Он умел только хорошо катиться по прямой. Но этим он никого бы здесь не поразил.

Потом они просто погнали вниз по реке, мимо гавани Трептов. Два экскурсионных судна, зажатые льдом, ждали более тёплых времен. Вскоре пред ними предстал Остров молодёжи. Заснеженный и тихий. Справа от них проплывали окутанные инеем деревья, слева – цементный завод.

– Может, пора возвращаться? – спросила Лена. – Уже довольно темно.

Янке очень хотелось ехать дальше. Дальше и дальше, за город, и всё дальше и дальше. Она снова подумала о Курмо. Он рассказывал ей, как ему каждый раз трудно поворачивать назад, когда он летает. Поэтому позавчера он договорился с фрау Тоссило, что его не будет дома две ночи. Днём он спрячется в лесу, а ночью хочет просто лететь и лететь, не думая о том, что пора возвращаться.

– Да, давайте вернёмся. Иногда, повернув назад, тоже можно достичь цели, – воскликнул Марлон.

Йохан взглянул на него с некоторым недоумением, а Янка крикнула:

– Ну ладно – назад, но только если цель – вафельный киоск!

Решив, что это отличная идея, они поехали обратно. Затем сменили коньки на обычную обувь.

Уже стемнело, когда они подошли к киоску с вафлями. Маленький ларёк, украшенный гирляндой из горящих лампочек, источал сильный сладкий аромат. Все четверо взяли себе вафли с корицей и сахаром, а ещё горячее какао, оказавшееся несколько водянистым на вкус, но Янка и Йохан всё равно выпили его с огромным удовольствием. Они не часто позволяли себе перекусить или выпить что-нибудь на улице. Так здорово было стоять здесь с Леной и Марлоном, наблюдая за облачками пара, вырывающимися изо рта, и чувствовать приятную усталость.