Агенты школьной безопасности - Валерий Гусев

– Отмоет он! – сказал дед. – От чертей да всякой нечисти не отмоешь.

– Каких чертей? – Алешка вытаращил глаза. Не от страха, а от интереса. – Рогатых?

– Каких-каких… Может, и рогатых – я их не видал. – Дед уселся на чурбачок, достал смятую пачку папирос, закурил, пустив в осенний воздух легкую струйку дыма. – Тот дом еще купец строил, в старое время. Да плотников обманул, плохо рассчитался с ними за работу. Один из них возьми да скажи в сердцах: «Не быть добру в том дому!»

– Интересно, – сказал Колумб, тоже усаживаясь на чурбак.

– Дальше еще интереснее, – заверил дед. – Не прижился купец в новом доме, не заладилось там житье-бытье.

– А что так? – Это Колумб спросил.

– А вот так! На чердаке по ночам чтой-то стучит, ктой-то бродит, бурчит. Горшки с полок вдребезги падают, свечи гаснут, на печи каша пригорает, ложки теряются. И всякая другая чертовщина.

– Полтергейст, – сказал Алешка.

– Не ругайся, – сказал дед.

– Купец, конечно, дом продал, – предположил Колумб. – И новый хозяин тоже в том доме не прижился.

– Точно сказал! – Дед обрадовался, будто ему цветочек подарили. – А вот после революции чертовня прекратилась. В дому сначала сельсовет поселился, а потом его под школу отдали.

– Ну, тут, конечно, опять началось! – сказал Колумб. – Чертенята забузили.

Дед кивнул, вздохнул.

– Как водится. Но не больно долго они бузили – война с германцем началась. Фашисты, как в наши края нагрянули, в том дому поселились, совсем дом испоганили. Сейчас пустой стоит, разрушается. И опять в нем нечистая завелась. По ночам шебуршит. Огоньки там неприкаянные бродят. Смешки хихикают. – Дед встал, покряхтел, распрямляя спину, и добавил: – Не бери, мил-человек, это здание. Не быть добру в том дому.

– Пожалуй… – Колумб изобразил на лице нерешительность. – Но все-таки взгляну на него. Как туда пройти?

– А вот просто. Тропочкой, мимо пруда, мимо ветелки – там увидишь. Но в дом не заходи, гляди со двора.

– Что так?

– Нечистая тута, сказано же. А потом – полы в нем посгнивали. Провалишься, не вылезешь, подвал под домом шибко глубокий. И на помочь никого не дозовешься. Энтот дом все стороной обходят.

Узкой тропочкой мы вышли к пруду. На самом берегу его стояла огромная старая ветла. Развесистая такая, с дуплом в стволе.

– В ней леший живет, – небрежно сообщил Алешка. – Лохматый такой, сучковатенький.

Колумб улыбнулся:

– Знакомый твой?

А мне и в самом деле показалось, что в темной глубине дупла мелькнула лохматая голова в бейсболке задом наперед. Да еще раздался пронзительный свист. Так только соловьи-разбойники свистят. Да наш Алешка. Он так свистнул в ответ, что с ветлы посыпались листья в пруд. А туда уж и сыпаться было некуда – весь пруд был покрыт разноцветными листьями: красными, бордовыми, зеленоватыми, золотыми. Будто лежал на воде красивый узорчатый ковер. Да такой плотный, что так и хотелось по нему пробежаться. Особенно – Алешке. Он на ходу подобрал и побросал в пруд камешки, полюбовался, как листья раскачиваются на волнах вроде маленьких корабликов. Лешка вообще резвился как весенний воробей под первым солнышком. Еще чуть – и на одной ножке поскачет.

– Ты чего? – не выдержал я. – Красивую пуговку на дороге нашел?

– Ага! – Алешка улыбнулся во весь рот. – Клад нашел! Смотри, Дим, все совпадает. И подвал в этом старом доме есть, и нечистая сила водится. Самое место для клада.

И что удивительно – Колумб одобрительно молчал и согласно покачивал головой.

Мы миновали пруд, прошли мимо красивого колодца шалашиком, остался позади последний с края села дом, начались густые заросли кустов и деревьев, меж которых вела нас к цели узкая, но хорошо заметная и протоптанная тропка.

Заросли становились все гуще, но тропка среди них не терялась.

– Интересно, – сказал вполголоса Колумб, – дом – заброшенный, а стежка к нему – живая. – Он помолчал. – Не удивлюсь, если в этом доме кто-то обитает.

– Нечистая сила? – обрадовался Алешка. – Щас мы ее посмотрим, вон дом, уже виднеется.

Заросли деревьев неожиданно кончились. Сменились зарослями лопухов и крапивы. Я таких в жизни не видел. Стволы у лопухов – толщиной с мою ногу, листья – как уши у слона. А крапива… В общем, из этих джунглей едва-едва высовывалась крыша, вся заросшая мхом по старому шиферу.

А тропа была незаросшая. И подвела нас прямо к двери. Вернее, к дверному проему, потому что самой двери не было. И вместо окон, в которые лезли листья лопухов, были одни мрачные дырки.

Мы заглянули внутрь… Мрак и жуть. Голые бревенчатые стены, из пазов свисают лохмотья пакли. Как ведьмины космы. Пола почти нет, только несколько гнилых досок, меж которых белеют шляпки тонконогих грибов. Сыро, пахнет как-то противно. Зато под потолком вовсю чирикают воробьи вокруг своих гнездышек. Это, наверное, они таскают паклю из щелей.

– Дом с привидениями, – вполголоса сказал Алешка. – Только что-то их не видать.

– До полночи еще далеко. – Это Колумб сказал. И, как мне показалось, с некоторым сожалением. То ли ему очень хотелось на призраков посмотреть, то ли домой поскорее вернуться.

Алешка тем временем развернул листочек со схемой.

– Вон туда надо идти, – сказал он, махнув рукой в сторону дверного проема в стене. – Там комната «Уч». Ты понял, Дим? Вовсе не учительская, как мы думали, а комната, где жил учитель. Вот тебе и «Уч». А направо – комната с подвалом.

Вот в этом темном проеме и появилось привидение, не дождавшись полночи. В правой руке привидение держало какой-то блестящий горшок.

– Чего надо? – спросило привидение грубым и злым голосом. – Чего приперлись?

Привидение было похоже на долговязого парня в черной кожаной куртке, увешанной стальными цепочками, гайками и болтами. А блестящий горшок оказался мотошлемом.

Обычно привидение всегда немного грустное и задумчивое, а этот призрак был злобен и агрессивен.

– Чего надо? – повторил он. – Чего вы здесь шарите?

– Меридиан ищем, – находчиво ответил старик Колумб. – Ты не видал его? Где-то здесь он был.

Парень растерялся. И даже немного испугался. Он, наверное, подумал, что Меридиан – это неизвестный ему бандитский авторитет, наш покровитель.

– Нет его тут, – сказал он уже почти миролюбиво. – Не заходил.

– Жаль, – вздохнул Колумб. – А он нам очень нужен.

– Он всем нужен, – вставил Алешка. – Без него никак нельзя.

– Пошли, возле магазина посмотрим, – предложил я. Мне не терпелось смотаться из этих сырых и недружелюбных развалин, подальше от злого призрака со шлемом.

Мы вышли из дома на яркий осенний свет. И я прямо всей спиной чувствовал недоверчивый и настороженный взгляд этого парня.