Похититель волшебного дара - Штефани Герстенбергер

– И это я во всём виновата, я знаю, – сказала Винни, с новой силой ощутив угрызения совести.

– Но разве леденцы действуют так долго? – удивлённо спросила Мариса. – Волшебные монетки Винни, конечно, очень сильные, seguramente, не спорю, но эффект слишком затянулся.

– То есть вы думаете, что пора поискать другие причины? – Хьюго погладил бороду.

Нинетт что-то написала маленькой ручкой в блокноте, вырвала страницу и передала её Хьюго.

– «Что ещё необычного они сделали? Встретились с другими людьми?» – прочитал Хьюго. – Что ж, Нинетт, вполне разумные вопросы. Давайте подумаем. С какими другими людьми они могли встречаться?

– Нет, никто не приходил, и они не уходили далеко от дома и от чудо-фабрики, – ответила Мариса.

– Потому что они теперь всегда спят или смотрят будто мимо тебя, – пояснил Генри, принимаясь за второе печенье, которое подтолкнула к нему Нинетт.

– Но это не так! Ведь заходил же один человек, которого раньше я здесь не видела, – сказала Винни. – Мужчина.

– Кто это был, carina, дорогая? – испуганно спросила Мариса.

– Почтальон! Он пришёл на фабрику, когда они только начинали пробовать леденцы!

– А, Стив! Да, но Стив совершенно безобиден! – Хьюго покачал головой, а Нинетт, что-то написав, шлёпнула на стол ещё один листок бумаги. – Ну да! – прочитав, воскликнул Хьюго. – Что ты хочешь сказать этим «Вот именно!», Нинетт?

– Я поняла! – взволнованно воскликнула Сесилия, глядя на Нинетт. – Стив принёс апельсиновый джем!

Все замерли, молча глядя друг на друга.

– …который никто из нас даже не попробовал! – выдохнул Хьюго.

– Кроме бабушки и дедушки! – добавила Винни.

«Предположительно посылка пришла от Старого Чеддера!» – приписала Нинетт на том же листе.

– Но это не точно!

– Они очень любят этот джем! И не раз ели его ложками прямо из банки.

– Большая банка!

– И случилось это как раз тогда!

После этой вспышки обмена мнениями снова наступила тишина, и только Нинетт отчаянно жестикулировала, пытаясь что-то сказать, чем насмешила Генри, повторяющего движения её рук.

– Как же мы раньше не догадались! – пробормотала наконец Сесилия.

– Первым делом надо избавиться от заколдованного джема, – вздохнула Мариса.

– Кто отправитель, теперь, я полагаю, нам ясно, – вздохнул Хьюго.

– ОН? – уточнила Сесилия. – А вовсе не старый друг, любитель сыра?

– Да, пожалуй, пришло время вашим бабушке и дедушке рассказать вам, кто такой этот ОН и что он натворил! Я не хочу рассказывать за них, это неправильно… – Хьюго пригладил густые усы. – Однако время поджимает…

– Мы знаем, что пять лет назад он разорил лакричную фабрику, – сказала Винни. Она с облегчением вздохнула. Слава богу, бабушка и дедушка превратились в зомби не от её леденцов! – И забрал с собой неудавшиеся дедушкины леденцы и просто просроченные… Наверное, они и помогли ему превратить апельсиновый джем в яд, который так ужасно подействовал на бабушку с дедушкой!

– Отличный джем, но есть нельзя! – приговаривала Мариса, со вздохом выкладывая апельсиновый джем из банки в кухонную раковину и смывая его водой без остатка.

– А теперь пойдём к ним и всё расскажем? – спросила Сесилия.

– Ваши бабушка и дедушка, возможно, не поверят, что всё это из-за джема, – проронила Мариса.

– Они расстроятся, – вздохнул Генри. – Им нравится апельсиновый джем.

В кабинете дедушка встретил их пристальным взглядом:

– Смотри-ка, Рути, сколько гостей! Чему обязаны такой честью?

Бабушка выпрямилась в кресле, где полулежала, прикрыв глаза светонепроницаемой маской для сна. Винни похолодела. Неужели старики их не узнали?!

– Это мы, ваши внуки, – быстро проговорила она. – И ещё Хьюго, Нинетт и Мариса, которые очень давно живут в вашем доме.

– Но мы это и так знаем – правда, Рути?

Рут кивнула и приветственно помахала рукой, однако вид у неё был довольно рассеянный.

– Мы хотели с вами поговорить. Как вы себя чувствуете? Что поделываете? – спросила Мариса, держа Винни за локоть и огибая вместе с девочкой стопки газет.

– Ничего. Отдыхаем. – Бабушкин голос звучал нетвёрдо.

– Раз уж вы зашли к нам, ребята, давайте вместе выпьем чаю, – предложил дедушка. – Я бы не отказался от чашечки. И к чаю подадим сконы, те маленькие булочки. Не забудьте взбитые сливки и апельсиновый джем!

– Хмм. М-да. – Хьюго прочистил горло. – Сконы со сливками – это пожалуйста, а вот апельсинового джема больше нет.

– Нет джема? – Бабушка встала с кресла. – Не может быть! Наверняка хоть немного осталось!

– Всё пропало. Смылось в раковину, – поделился информацией Генри.

– Генри?! – Бабушкину сонливость и рассеянность как рукой сняло. – Что ты сказал?! Тебя пустили на кухню, и ты…

– Генри не виноват. Это сделала я, – сообщила Мариса.

– Это ужасно! Нет! Невозможно! Объясни, что произошло, Мариса! – грозно воскликнул дедушка, сердито сдвинув брови как раньше.

– Апельсиновый джем, мистер Уоллес-Уокер, вреден, не говоря уж о том, что он был отравлен, – вмешался Хьюго.

– Мы подозреваем, что Ал… что это сделал ОН, подсунув вам и лакричный леденец, из-за которого вы забыли обо всём действительно важном!

– О чём таком «действительно важном»? Что такого мы делали в последние дни? Рути, ты помнишь? – спросил дедушка, но бабушка только растерянно взглянула на него. – Мы… мы делали то же, что и всегда.

Хьюго со вздохом покачал головой:

– Послушайте, мне очень неприятно об этом говорить, но в последние два дня всё было совсем не так. И сделали вы не слишком много.

«То есть ничего не сделали, если начистоту», – подумала Винни.

– Значит, апельсинового джема больше не будет? – обиженно, будто маленький мальчик, у которого забрали шоколадку, спросил дедушка.

– Мы этого так не оставим, правда, Герберт?! – воинственно воскликнула бабушка, но быстро сникла, словно забыв, где она и что происходит. – Ну ладно, если чая не будет, можно и вздремнуть. Пойдём, Герберт, – сказала она.

Держась за руки, старики медленно направились в спальню. Дети проводили их печальными глазами. Нинетт ласково потрепала Генри по кудрям.

– Бедняги, – прошептала Мариса. – По-прежнему не в себе!

– Утром выздоровеют, – сказал Хьюго. – Будем надеяться!