Эзумрит - Анна Некрасова

– Теперь ты лучшая невеста? – обратила к ней круглые глаза водяная дива.

– Да нет! Я победила только в одном испытании, а будет еще два.

– Когда у нас проводился конкурс на лучшую невесту, я победила во всех испытаниях!

Тамея поняла, что Руя это только что выдумала, но спорить не стала, а речная подруга пустилась в пространные воспоминания. Тамея слушала вполуха. Внезапно ее внимание привлекло какое-то движение на стене Тмироса. Человек встал в полный рост, взмахнул руками и спрыгнул вниз. Он упал в траву под стеной, но тут же вскочил на ноги и стремительно понесся к реке. Не отрывая глаз от противоположного берега Харлы, Тамея поднялась с камня и начала одеваться. Человек уже почти добежал до реки, когда открылись ворота Тмироса и из них выскочили пятеро всадников. Люди сидели верхом на сильных и красивых животных, казавшихся более грациозными, чем даданы. «Лошади!» – догадалась Тамея. Всадники были в темных одеждах. У одного из них, скакавшего на сером жеребце, развевались на ветру длинные белые волосы и белая борода. Увидев преследователей, несчастный припустил быстрее, но тут первый всадник на черном коне выхватил лук, натянул тетиву и выстрелил. Беглец на мгновение замер, потом со всего маха плюхнулся в реку лицом вниз. Всадники осадили коней, двое из них длинными крюками подцепили тело убитого и поволокли его обратно в Тмирос. Вскоре все пятеро вместе со своей страшной ношей скрылись за стенами города.

Тамею била крупная дрожь. Более жестокого, чудовищного зрелища ей наблюдать не доводилось. В оцепенении она смотрела на стены Тмироса, но там снова все замерло.

– Кто это? – скорее машинально, чем рассчитывая на толковый ответ, спросила она.

– Тот, кто стрелял, правитель города, – ответила Руя. – Второй – колдун.

– Колдун?! – воскликнула Тамея. – Это о нем ты мне говорила?

– Остальные просто люди.

– Просто люди? – горько усмехнулась Тамея. – Разве люди стреляют в безоружного, беспомощного человека?

– Он убегал.

Сидеть у реки Тамее расхотелось. Попросив Рую быть осторожнее и держаться подальше от Тмироса, она поспешила к Онсиде. Соха, выслушав рассказ Тамеи о том, что случилось на реке и что, по словам Руи, в городе жгут мертвецов, отправилась к Луду. Тамея и Рока увязались за ней.

– Странные люди эти тмиросцы, – задумчиво проговорил Луд, когда Тамея поведала ему ту же историю. – Что там у них творится?

– Похоже, в городе какие-то распри, – сказала Онсида. – Но нам-то что за дело?

Праздник продолжался. Снова накрыли столы. Тамея успела только заскочить домой и слегка пригладить волосы гребнем, как гости и хозяева начали рассаживаться. Тамею и парня из Сохоты, которого звали Лер, как первых претендентов на звание лучших жениха и невесты пригласили во главу стола, но они отказались.

После ужина молодежь гурьбой повалила на луг. Темнело, и на столбах вокруг лужайки для конкурсов зажгли солнечник. Шур заиграл на дудочке, парень из Тохты на трике. Трик – инструмент, похожий на маленькую лодочку, прикрытую сверху дощечкой, на которой были натянуты толстые волосы с загривка даданы, – издавал тонкий дребезжащий звук, поначалу показавшийся Тамее неприятным. Парни переминались с ноги на ногу, не решаясь пригласить девушек, а те делали вид, будто не ждут приглашения. Тамея украдкой посматривала на Дала, когда он улыбался в ответ на кокетливые взгляды Дэвики. «Ну почему я не умею, как Дэвика?» – с досадой думала Тамея.

Лишь к ночи, поборов стеснительность, молодежь развеселилась вовсю. Стека и Дэвика, обступив Дала, наперебой привлекали его внимание игривыми шутками. Словно невзначай, они то и дело касались его рук, плеч, но, к своей радости, Тамея отметила, что Дал не отдает предпочтения ни одной из них. Торин как-то незаметно перебрался поближе к Роке. Идаре, скромно пристроившейся в сторонке, Тамея предложила сесть рядом. Они смеялись над шуткой Лера, когда к ним неожиданно подошел Дал.

– Там, я еще не поздравил тебя с победой, – широко раскинув руки, будто собираясь заключить ее в объятия, воскликнул он.

– Какая победа, конкурс ведь шуточный! – вмиг вспыхнула Тамея.

– Шуточный не шуточный, но ты оказалась сообразительнее других!

Дал позвал Тамею танцевать, Торин потащил следом Року и Идару. Тамея подпрыгивала, держа свою ладонь в руке Дала, с ума сходила от счастья и не думала о том, что рядом с хрупкими подругами выглядит неповоротливой. Однако вскоре на площадку пожаловали Луд и Онсида. Музыканты тут же прекратили играть. Старейшина напомнил, что кое-кого завтра ждет работа, а потому танцы окончены и пора расходиться по домам. Под пристальным вниманием старших парни и девушки поплелись в деревню.

Тамея с Рокой уселись на лавку возле дома Тамеи – им не терпелось обменяться впечатлениями. Стека, распрощавшись со своими подружками, плюхнулась рядом с Рокой. Онсида, о чем-то беседовавшая с пожилой тохтинкой, указала на Року и пошла домой. Гостья из Тохты приблизилась к девушке.

– Тебя зовут Рокалия? – спросила она.

– Да, – слегка удивившись, ответила Рока.

– Я Сита из Тохты, – сказала женщина. – Ульбан просил передать тебе это.

Она протянула сверток и, не дожидаясь, пока Рока развернет его, удалилась. По тому, как дрожали руки подруги, Тамея поняла, что Рока очень волнуется.

– Так это ты дочь Ульбана? – удивилась Стека. – Много слышала о твоей матери.

– Что это ты могла слышать о моей матери? – резко спросила Рока.

– Да разное говорят… Например…

– Стека, охота тебе сплетни собирать? – почуяв неладное, осадила ее Тамея, однако гостью было уже не остановить.

– Какие сплетни? Что хуттинская жена Ульбана была ведьмой? Так у нас об этом все знают! Бросила она тебя и сбежала!

– Замолчи! – Рока закричала так страшно, что Тамея даже испугалась.

Стека проворно вскочила и уже от калитки крикнула:

– Все говорят: не свяжись Ульбан с хуттинской ведьмой, не сгубила бы она Рохайду!

Рока взметнулась с лавки, дрожа всем телом. Тамея кинулась было за Стекой, но та уже скрылась в доме.

– Я ее ночью задушу, хочешь? – в бессильной ярости сказала Тамея.

Рока промолчала, двумя руками сжимая сверток. Позади хлопнула дверь, и во двор выбежала Лавидия.

– Мокрица вернулась. – Лав поджала губы, как это делала Стека. – Расчесывает свою солому перед сном. Ой, что это у вас? – взвизгнула она.

Рока осторожно развернула серую ткань. В гладком овале отразилось звездное небо.

– Зеркало! – ахнула Лавидия.

– Зеркало! – хором воскликнули Рока и Тамея.

Такого сокровища не было ни у одной девушки в деревне. Рока в восхищении гладила пальцами металлическую оправу. Тамея радовалась не меньше подруги, а уж восторгу Лавидии не было предела, словно зеркало подарили ей. Когда Рока побежала домой поделиться счастьем с бабушкой, Тамея с облегчением вздохнула: подарок Ульбана заставил подругу забыть об обиде.