Склад съедобных улик - Елена Нестерина

В этот момент лицо отравительницы крыс как-то передернулось. Но тетенька быстро справилась с собой и улыбнулась Петру Брониславовичу. И тот начал делиться наблюдениями:

– Судя по длинным хвостам и толстым задам, это крысы. Крысы, факт. Видите, вон одна наглая морда опять высунулась. Ну-ка, я ее клюшкой.

С этими словами Петр Брониславович поднял брошенную клюшку и от всей души треснул по крысиной физиономии. Зверюга с обиженным писком тут же пропала за матами.

– Ну что ж, – заявила тетя. – Будем работать. Наметьте мне места их активного выбегания.

Петр Брониславович на миг растерялся.

– Ну, – замялся он, – выбегают они, наверно, из своих нор. Но вот где эти норы и чего крыс в спортзал несет – непонятно.

Тетенька вновь недовольно скривилась, точно Петр Брониславович чем-то ее обидел.

– Тогда покажите места их массового скопления, – потребовала отравительница.

– А, – оживился пострадавший учитель физкультуры, – так сказать, зоны их выпаса и кормежки? Это запросто. Да вот тут они хавают, тут, тут и тут. Видите, сколько нагрызли? И чего им так маты понравились? Бежали бы в столовую.

– Всему свое время, – пробормотала тетенька себе под нос, да так тихо, что Петр Брониславович даже не разобрал, что именно она сказала. – Так, тогда кладу вот здесь и здесь, вы только не растопчите. И вообще, идите отсюда.

Петр Брониславович увидел, как она раскладывает по полу между матами какие-то кулечки. Из одного из них тут же просыпалась гречневая каша с мясом. Не обращая на это внимания, тетенька принялась черпать из банки, которая стояла в ее большой сумке, натуральное черносмородиновое варенье. И стала тоже раскладывать его кучками на полу.

– Ого! – удивился Петр Брониславович. – Вы чего это – крысаков вареньем и кашей подкармливаете? Хорошо им жить будет!

– Это новейшая крысиная отрава, называется «Супердератизация-001», – с гордостью произнесла тетя. – Ну, где, говорите, еще?

– Вот тут… А подействует? Если бы вы знали, до чего эти крысы у меня тут обнаглевшие…

– Гарантия – сто процентов, молодой человек. Мрут, как мухи, – тетя щедро разложила кулечки и варенье и собралась уходить.

– Постойте, – кинулся к ней Петр Брониславович, – а если им мои маты вкуснее покажутся? А яды они ваши, так сказать, проигнорируют?

– Ни-ког-да, – решительно заявила отравительница. – Ну, я пошла. Значит, трупы по мере накопления будете отгребать, ссыпать в ведро, пудрить негашеной известью и выбрасывать в уличный контейнер.

– И они больше не прибегут?

– Не должны. Гарантия, – ответила тетя, протягивая Петру Брониславовичу клочок бумаги. – А если что, вот номер моего мобильного телефона, позвоните и сообщите буквально пару слов. Я приду и уморю всех остальных ваших крыс.

– Понимаю.

– В помещение неделю никого не пускать. Находиться тут в моменты отгребания подохших грызунов желательно в респираторе. Все. До свидания. – С этими словами тетя покинула спортзал.

Петр Брониславович с большим почтением, точно английскую королеву, провожал ее до самого выхода из школы. Мир снова расцветился для него яркими красками.

С этого момента крысы, и правда, начали дохнуть. Их скорченные трупики валялись тут и там по всему спортзалу. Петр Брониславович делал все, как велела ему специалистка по крысам: сразу же закрыл спортзал и принялся устраивать уроки физкультуры на улице. И пусть дети были этим очень недовольны и капризничали – их классный руководитель знал, что этим делал для них доброе дело, то есть спасал от крысиного нашествия. По нескольку раз в день он трудолюбиво, повязав на лицо респиратор, вооружившись совком, шваброй и ведром, сгребал дохлых грызунов, щедро засыпал их раздобытой у завхоза негашеной известью и выносил на помойку.

Однако крысы не пропадали. На место отравленных собратьев прибегали откуда-то новые. Напрасно лазил Петр Брониславович по углам, искал норы. Ничего найти ему не удавалось. Теперь враги стали еще хитрее – уже не выбегали всей кучей, а действовали по одному, практически не попадаясь своему отравителю на глаза. И такие хитрые крысы пошли, Петр Брониславович не переставал удивляться. То пакет вареных макарон откуда-то припрут, то бубликов. Как они это делают, Петр Брониславович еще мог себе представить – схватят пакет с макаронами своими острыми сильными зубами и волокут. А с бубликами-то и вовсе ясно как день. Бублик круглый, его и катить можно, и в зубах нести. Но вот каким образом им удалось банку борща в спортзал затащить – Петр Брониславович даже предположить не мог.

«Да, – в полном недоумении размышлял он, сидя возле банки борща, голубцов и кулечка с жареной картошкой, которые в очередной раз обнаружил припрятанными между гимнастическими матами, – вот это номер. Смеется, Петруша, над тобой природа, потешается животный мир. Ну и крысы! До чего смышленые. Серьезный у меня, стало быть, противник, хорошо подготовился к войне со мной, раз такие запасы провианта себе делает. Но я не сдамся – ни за какие коврижки!»

Петр Брониславович с еще большим рвением принялся бороться с крысами, то есть грести их недвижные тела в ведро и ссыпать в мусорный контейнер.

Проблемы и неприятности продолжали одолевать замученного крысами физкультурника. Тут и война с буйным восьмым «Г», который никак не хотел поддаваться дрессировке, тут и странное поведение пока еще своих учеников седьмого «В»: то они свирепую учительницу математики доведут, то двоек полный журнал нахватают. Да одна ученица Редькина чего стоила. После не поддающегося объяснению номера с залезанием в пианино Галина Гавриловна попросила мужа повнимательнее присмотреться к девочке, определить, может, с ней что стряслось, не обижать ее, не ругать, плохих оценок не ставить…

И вот сейчас Петр Брониславович, собираясь выносить из спортзала очередную порцию крысиных покойничков, услышал из коридора среди других приглушенных детских голосов и тоненький голосок Зои Редькиной.

Он открыл дверь. И действительно, все в сборе – Редькина и ее одноклассники тут же отскочили в сторону.

– Так, что это вы тут делаете? – не снимая респиратора, спросил Петр Брониславович.

– Мы… – растерялся стоявший ближе всех к двери Витя.

– Мы просто хотели посмотреть, – не очень уверенно проговорила обычно всегда знающая, что сказать, Арина Балованцева.

– Что посмотреть? – Петр Брониславович поставил инструменты за дверь и снял респиратор. – Нечего сюда заглядывать. Я же сказал, в спортзал не заходить! Крысы тут расплодились, а я их травлю.

Ученики в гробовом молчании смотрели на него и внимательно слушали.

– А это, – продолжал Петр Брониславович, вытаскивая из-за двери ведро, – так сказать, пострадавшие трупы. Наелись ядов. Так что нечего вам в спортзале делать, там крысиная отрава везде разложена. В кулечках. А от нее наверняка вредное излучение. Идите, ребятки, лучше на улицу гулять, а то еще чего доброго заболеете.