Тайна «Небьюлы» - Труди Трует

Он услышал щелчок засова. Дрон справился! Крузу оставалось только повернуть ручку, чтобы оказаться на свободе… но в какую сторону, направо или налево? Его мысли были похожи на кусочки пазла, в беспорядке рассыпанные в коробке, и он не мог выбрать хоть какой-то элемент.

Направо… Да, направо! Поверни направо… еще немножко…

Дверь открылась, и Круз выпал на холодный мраморный пол, заглатывая как можно больше воздуха, который только могли вобрать его легкие. Чистый воздух! В коридоре никого не было. Несколькими вдохами закачав кислород в затуманенный мозг, Круз повернулся к Эмметту и Сэйлор. Они на четвереньках выползали сквозь облако дыма. Протянув им руки, Круз вытянул обоих в коридор. Всем потребовалось несколько минут, чтобы перестать давиться.

– Это был… почти конец, – проговорил, откашливаясь, Эмметт. Его очки превратились в крошечные черные прорези, а рубашка прилипла к груди от пота.

– Я… не понимаю, – сказала, все еще задыхаясь, Сэйлор. – Если здесь все хорошо… то как газ попал…

Она остановилась и проследила глазами за взглядом Круза.

Они смотрели на белый контейнер размером с литровую бутылку газировки, который медленно катился по коридору.

Боль пронзила виски Круза. Он повернулся к Сэйлор.

– Дверь в кладовку… когда ты нашла ее, она была открыта?

– Э-э… д-да… кажется. – Она нахмурилась. – Ты хочешь сказать, что все было подстроено специально? Что кто-то хотел, чтобы мы туда забрались… и они смогут сделать вот это?

Круз начал было говорить, что именно это он и думал, но в этот момент в его глазах потемнело.

8

– С ним все будет хорошо?

– Должно быть. Все жизненные показатели стабильные.

Круз слышал голоса. Они звучали словно издалека.

– Может, позвать его тетю? Профессор Коронадо преподает здесь.

– Доктор Марисоль Коронадо? Она его тетя? Значит, он…

– Круз, – хрипло проговорил Круз. Он попытался открыть глаза. – Коронадо.

– Как ты, в порядке? – Сэйлор присела на колени рядом с ним.

– Я… я думаю, да.

В горле у него было такое ощущение, словно там поработал шредер. Приоткрыв глаза, Круз разглядел, что лежит плашмя на белой кушетке с подушкой под головой в какой-то белой комнате. Эмметт, нахмурившись, пристроился на противоположном крае кушетки. Комната маленькая, с тремя стеклянными стенами, но сквозь тонировку ничего нельзя разглядеть. Дверь закрыта. Когда Круз увидел, что красная точка на камере наблюдения под потолком мигает, он резко вскочил.

– Мелл?

– Все в порядке, – ответила Сэйлор, похлопав себя по карману. – Она у меня.

– Она?

– У Мелл есть жало, так ведь? – Сэйлор ухмыльнулась. – Только женские особи пчел имеют жало.

Сэйлор права. А Крузу все равно, девочка Мелл или мальчик, лишь бы она была в безопасности.

– Ты уже почти похож на самого себя, – заметил Эмметт. – Я раньше никогда не видел, чтобы человек становился цвета пренита.

Круз слабо улыбнулся. Кристаллы пренита зеленые.

– К счастью, доктор Майлз был рядом и…

– Джерико, – произнес человек. Он стоял к ним спиной, и Круз видел длинный хвостик светлых волос, свисавший поверх белого лабораторного халата. – Зовите меня Джерико. Никогда не любил титулов. Хорошо, что вы смогли вовремя выбраться из этой кладовки. Еще бы несколько минут, и…

– Джерико привел нас сюда, – пояснила Сэйлор. – Ну, тебя-то мы несли.

– Где мы? – спросил Круз.

– В моем кабинете, – объяснил Джерико. – Он… э-э… рядом с химической лабораторией для исследователей из старших классов.

Студенческая лаборатория? С тонированными стеклами и двумя… нет, тремя камерами наблюдения? Слабо верилось.

– Вот. – Джерико протянул Крузу стакан, похожий на мензурку. В нем находилась мутная фиолетовая жидкость.

Посмотрев на свет, Круз заметил, что в жидкости плавают какие-то гелевые шарики.

– Спасибо, я в порядке, – отказался он.

Принимать странное снадобье от странного человека, особенно если этот человек только что сказал ложь размером с белую акулу? Наверное, не стоит.

– Выпей, – посоветовал Джерико. – Это нейтрализует воздействие фербензогена. ФБЗ может сильно навредить.

– Все правильно, – подтвердил Эмметт, хотя Круз еще сомневался. – Мы тоже немного выпили. Помогает.

Сэйлор кивнула.

Круз взял стакан и отпил маленький глоток. Теплая жидкость оказалась не такой уж противной. На вкус похожа на яблоки. Гелевые шарики, тая на языке, пахли корицей.

– Должно пройти несколько минут, чтобы начало действовать, – сказал Джерико. – А тем временем я пойду к моим… студентам, а потом вернусь, чтобы отвести вас наверх.

– Спасибо, но мы лучше уже пойдем, – предложил Круз, опуская ноги на пол. – Нам надо попасть в Пещеру на тренировку…

– Вы еще не готовы куда-либо идти, особенно в Пещеру.

Круз не стал спорить. Он чувствовал себя так, словно находился на работающей карусели.

– Все равно уже поздно, – заметил Эмметт. – Мы пропустили нашу очередь.

– Я скоро вернусь, – повторил Джерико. Открыв дверь, он кивнул Крузу. – Закрываем люки.

Круз поднес мензурку к губам. Они смотрели, как Джерико вышел. Все обратили внимание на то, что, закрыв дверь, он запер ее.

– Мы в «Синтезе», – выпалила Сэйлор, едва они остались одни.

Круз чуть не подавился жидкостью. Он знал, что Джерико соврал им, но «Синтез»? Нет. Невозможно. Когда-то отец рассказал Крузу, что создание «Синтеза» стало главным достижением мамы и ее самым большим секретом. Лаборатория была настолько засекречена, что всего несколько человек за пределами Общества знали о самом факте ее существования. Никто – а тем более сразу три человека, как сейчас, – не могли так просто наткнуться на нее, а уже если по какому-то недоразумению и смогли бы, то Джерико Майлз уж точно не стал бы приводить их внутрь. А кстати, откуда Сэйлор знает про «Синтез»?

– Это самая засекреченная лаборатория в мире, – прошептал Эмметт. – Здесь раздвигают границы человеческих возможностей. Речь о кибернетике и сверхспособностях – это самые продвинутые темы. Вы понимаете, что только президент Соединенных Штатов и несколько членов Кабинета знают об этом месте, а мы сейчас в нем находимся?

– Правда? – переспросил Круз, стараясь, чтобы его голос звучал без нажима. – Если она такая секретная, то откуда ты о ней знаешь?